— Ты прав, нам нужно пойти куда-нибудь, где не так многолюдно! — сказал Киф, взглянув на проходившую мимо Альвара со своим маленьким сыном женщину.
Она не подошла бы так близко, если бы знала, на что способен Альвар.
С другой стороны, Киф не был уверен, знает ли он, на что способен Альвар в данный момент.
Но он точно знал, что это был не тот разговор, который они могли бы вести на оживленной улице в Стране Людей.
Люди уже начали на него пялиться.
— Есть что-нибудь на примете? — спросил Альвар.
Киф чуть было не сказал «нет», поскольку он точно не планировал искать безопасное место для встречи с предателем, который, как предполагалось, был мертв, но он хотел сохранить как можно больший контроль над ситуацией. Поэтому оглядел улицу и заметил ближайший переулок, который выглядел довольно пустынным.
— У меня есть идея, — сказал он, сокращая расстояние между собой и Альваром.
— Ну, тогда, конечно, показывай дорогу!
— Ты первый, — Киф ни на секунду не сводил глаз с Альвара.
Альвар фыркнул.
— Ты же понимаешь, что я не смогу руководить, если не буду знать, куда иду… в этом и заключается примерно девяносто процентов проблемы с Невидимками, тебе так не кажется?
Так оно и было… но Киф был не в настроении соглашаться или отпускать саркастические шуточки в адрес группы, которая каким-то образом продолжала побеждать, несмотря на ненадежное руководство.
Он указал на переулок.
— Мы направляемся туда.
Альвар тяжело вздохнул.
— Я так и думал, что ты это скажешь. Не лучше ли тебе зайти в милое тихое кафе? Мы могли бы отведать блинчиков! Здесь готовят как сладкие, так и соленые блюда, а блинчики с фасолью мунг просто восхитительны, хотя это может показаться немного странным.
— У нас не будет блинчиков!
— Почему бы и нет? Разве это не будет намного веселее, чем стоять в темном, грязном переулке? Ты раньше нюхал подворотни?
— Мне все равно! — Киф провел рукой по лицу, пытаясь разгадать игру Альвара.
Он что, тянул время?
Пытался выиграть время для прибытия подкрепления?
Или, может быть, он…
Альвар прищелкнул языком.
— Ого, смотрите-ка, кто стал таким угрюмым и параноидальным.
— Вот что происходит, когда тебя предают снова и снова, — огрызнулся Киф.
— Полагаю, это правда, — в голосе Альвара зазвучали нотки горечи, что сделало его более похожим на того, каким он был при последней встрече с Кифом, когда тот продолжал разглагольствовать обо всех, кто причинил ему зло, и о том, как это оправдывает его бунт. — Уф. Ладно, мы пойдем в твой вонючий переулок.
Киф не был уверен, что именно убедило Альвара, но ему было все равно.
Переулок был просто короткой остановкой.
Следуя за Альваром, он крутил в кармане следопыт, выбирая наугад грань, которая, как он надеялся, приведет их в тихое место, — и как только Альвар нырнул в тень, Киф схватил его за локоть, поднял кристалл и утащил их обоих в луч света.
Альвар закричал:
— НЕ НАДО! — когда стремительное тепло унесло их прочь, но Кифу было все равно, что он, по сути, взял его в плен.
Так или иначе, он получит ответы на некоторые вопросы.
Но он, по крайней мере, сосредоточился на Альваре, на случай, если вынужденный прыжок заставит его исчезнуть.
И когда они вновь сформировались…
— Ты хоть представляешь, насколько это было опасно? — спросил Альвар, задыхаясь и прикрываясь руками от слишком яркого солнечного света. — И ради чего? Чтобы затащить меня на крошечный остров?
— Здесь пустынно, не так ли? — напомнил ему Киф, радуясь, что случайный прыжок наконец-то привел его в уединенное место.
Единственными признаками жизни были несколько кокосовых пальм и несколько крабов, снующих по белому песку.
— А еще здесь миллион градусов тепла и влажность! — Альвар откинул капюшон, и Киф воспользовался возможностью рассмотреть его лицо.
Шрамы действительно выглядели лучше.
Большинство из них были просто тонкими бледными линиями.
И его щеки стали намного полнее, а темные волосы не были такими жирными.
Он все еще не был похож на того парня, каким был раньше, с модной одеждой и большими мускулами от постоянных тренировок.
Но и серьезно больным он больше не выглядел… и как человек, который чуть не утонул в контейнере, полном ядовитой оранжевой слизи.
— Давай, — сказал Альвар, убирая волосы с глаз. — Спрашивай меня. Я знаю, ты умираешь от желания.
Киф не стал притворяться, что не совсем понял, что имел в виду Альвар.
Он встретил слегка вызывающий взгляд Альвара и спросил:
— Как ты до сих пор жив?
— Долгая история. — Альвар рассмеялся, когда Киф сжал челюсти. — Расслабься. Я не говорил, что не буду рассказывать. Я просто подумал, что должен предупредить тебя на тот случай, если ты захочешь проявить смекалку и поскорее убраться отсюда, пока жара не лишила тебя концентрации. Еще не поздно воплотить в жизнь мою идею с блинчиками. Я упоминал, что сладкие блинчики посыпаны коричневым сахаром, корицей, орехами и…
— Хватит тянуть время, — перебил его Киф, хотя все эти блинчики звучали просто потрясающе.
От жары у него уже начинала слегка кружиться голова, но уединение стоило того, чтобы немного попотеть. Он снял пальто и повесил его на ближайший камень, затем закатал рукава как можно выше.
— Хорошо, — сказал Альвар, снимая пальто и бросая его кучей на песок. — Будь по-твоему. Но я, по крайней мере, перехожу в тень. — Он, спотыкаясь, пересек пляж и устроился в тонкой тени одной из пальм.
Киф последовал за ним… не то чтобы тень имела большое значение.
— Короче говоря, — сказал Альвар, обмахиваясь опавшей пальмовой веткой, — поскольку я хотел бы убраться отсюда как можно быстрее, то так… человеческая медицина спасла меня.
— Человеческая медицина, — повторил Киф.
Он вспомнил несколько историй, которые Фостер рассказывала ему о своих посещениях человеческих больниц, и невольно поежился.
— Я так и думал, что это будет твоей реакцией, — пробормотал Альвар. — Эльфам нравится думать, что все, что мы делаем, лучше, умнее и безопаснее, чем у представителей других видов. Но чем дольше я общаюсь с людьми, тем больше ценю их образ мыслей.
— Итак, — сказал Киф, когда Альвар не продолжил, — ты прибыл в Запретные города, потому что хотел встретиться с их врачами?
— Нет, я прибыл в Запретные города, чтобы умереть. — Альвар обдумал это, прежде чем добавить: — После того, как Софи убедила тебя отпустить меня, я отправился в пляжный домик твоего отца, решив, что должен предупредить его о том, что ты узнал о нашей сделке. Я также надеялся, что он позволит мне остаться, так как этот прыжок практически уничтожил меня. Я был слишком слаб, чтобы стоять, и мое тело не переставало дрожать. Но он сказал, что и так помог мне больше, чем я заслуживал, и лучшее, что он может сделать, — это дать мне флакон с Подпиткой от Исчезновения и указать путь туда, куда я хотел бы отправиться в следующий раз. У меня было пять минут, чтобы выбрать место.
— Похоже на дорогого папочку, — пробормотал Киф, не понимая, почему его удивляет, что отец ни разу не потрудился упомянуть об этом.
— Да? Я знал, что не переживу этого прыжка, — тихо продолжил Альвар. — Уверен, твой отец тоже это знал. И пока я пытался выбрать, куда пойти, я понял, что не хочу умереть в Затерянных городах. Не то чтобы кто-то собирался сажать саженец вместо меня…
— Твои родители бы это сделали, — перебил Киф.
— Стали бы они это делать? Или они попытались бы, а затем отступили бы, если бы Совет запретил это, или если бы на них оказали давление, чтобы они защищали «семейное имя»?
Последние слова он выплюнул, и Киф был уверен, что Альвар сейчас разразится какой-нибудь тирадой о наследии Васкеров — и если ему придется еще раз услышать, как он притворяется, что знает, каково это — быть выходцем из ужасной, порочной семьи, его действительно стошнит.
— Думай, что хочешь, — сказал Альвар, вероятно, прочитав отвращение на лице Кифа. — Это не изменит того факта, что мой брат пытался убить меня… и почти преуспел в этом.
Киф не мог с этим поспорить.
Он также не мог утверждать, что Фитц не попытается сделать это снова.
Но Альвар сам навлек это на себя.
— Мы оба знаем, что ты не жертва, — сказал ему Киф. — Ты сделал свой выбор.
— Да, — сказал Альвар, наблюдая, как волна разбивается о берег. — И я поддерживаю большинство из них.
— Большинство, — повторил Киф.
Альвар пожал плечами.
— Никто не совершенен.
Киф не мог понять, шутка это или нет.
Он все пытался понять, что происходит с Альваром, но эмоции Альвара были подобны урагану. Кружась, меняясь и уносясь прочь, прежде чем он успел хотя бы начать переводить.
— В любом случае, — продолжил Альвар. — Я думал о том, чтобы отправиться на Нейтральную территорию и просто… исчезнуть. Но мне показалось, что должна быть какая-то запись о моем уходе, даже если это будет всего лишь нераскрытое досье на человека, найденного на улице, безымянное тело. Хоть какое-то доказательство того, что я существовал.
— Итак, ты жалел себя, — заметил Киф.
— Попробуй побыть в нескольких шагах от смерти и посмотрим, не сделаешь ли ты в точности то же самое.
Он ждал, что Киф начнет спорить, но у Кифа определенно была какая-то внутренняя вечеринка жалости в Лоамноре… даже если он и пытался притвориться, что ему не страшно.
— Вот именно, — сказал Альвар, с досадой догадываясь, о чем он думает. — Итак, я попросил твоего папу выбрать случайную грань на его синем следопыте, и он согласился. Мне было все равно, куда идти, лишь бы это был Запретный город. Потом я шагнул в свет, думая, что это мой конец, и после этого я почти ничего не помню. Только несколько разрозненных фрагментов. — Он закрыл глаза. — Я вижу лысого старика, склонившегося надо мной, и он говорит что-то, чего я не могу понять. И светлая комната с очень неудобной кроватью. И мои руки, — он поднял их и провел ладонями по коже, — я помню, как увидел все эти иглы, трубки и какие-то пищащие штуки, прикрепленные к ним. И я помню, как подумал, что, возможно, совершил большую ошибку, доверив свою жизнь людям. Может быть, меня собирались колоть и сканировать много-много дней подряд. Но потом… боль начала утихать. В голове прояснилось. Ко мне вернулись силы. Люди, приходившие проведать меня, начали улыбаться и делать пометки. Я не понимал их языка, но мог сказать, что больше не умираю. Через несколько дней я выписался из больницы и с тех пор живу сам по себе. В основном я прячусь в библиотеке, пытаясь выучить язык. У них на планшетах есть приложение с этими удобными маленькими обучающими программами. И это все… моя большая история выживания. Доволен?
— Э-э, не совсем.
— Шокирующе.
— Да ладно тебе, ты опустил все детали, например, что делали врачи.
— Я не знаю, что они делали, — перебил Альвар. — Я же сказал тебе, что не понимаю их языка.
— Тогда как ты раздобыл одежду, деньги, еду и…
— Это было нелегко, — признался Альвар, ковыряя ногой песок. — Я кое-что знал о Запретных городах из тех поездок, которые совершал для отца. Поэтому я понял, что мне нужно улизнуть из больницы при первой же возможности. У меня также было с собой кольцо, которое я смог продать. Остальное было просто методом проб и ошибок, плюс случайная доброта незнакомцев. Такова особенность людей — большинство из них довольно щедры и готовы помочь. Особенно для парня, восстанавливающегося после травмы, — он указал на свои шрамы, — который не говорит на их языке и потерял память.
— Ты потерял память, — повторил Киф, приподняв бровь.
— Нет. Но именно такие истории вызывают большее сочувствие. Кроме того, это удобный способ избавиться от необходимости отвечать на кучу вопросов.
— И это, вероятно, довольно легко провернуть, поскольку ты уже симулировал потерю памяти, — пробормотал Киф.
— Это не было притворством! Просто это… было непоправимо.
— Нет, это была уловка, чтобы мы потеряли бдительность, и ты мог предать нас в нужный момент.
— И у меня все получилось очень хорошо, не так ли? — возразил Альвар.
— О, у-у-у, мне так тебя жаль.
— А не должен! — Альвар глубоко вздохнул, снова убирая волосы с глаз. — Мне не нужно твое сочувствие, Киф. Мне ничего не нужно. Это ты начал следить за мной…
— Да, чтобы я мог убедиться, что ты не…
— Что? — спросил Альвар, когда Киф не знал, как закончить это предложение. — А что, по-твоему, я делал в той библиотеке? Собирал информацию, чтобы сформировать свою собственную человеческую армию?
Честно говоря, Киф не стал бы этого отрицать.
Но это был бы не очень реалистичный план.
— Или, может быть, ты думал, что я буду рядом с тобой, — медленно произнес Альвар. — Вот и все, не так ли?
— Э-э, ты был бы не первым, кто попытался бы схватить меня или убить, — напомнил ему Киф. — Или использовать меня, чтобы добраться до моих друзей.
— Нет, я бы не стал. Но опять же… ты последовал за мной. И ты действительно думаешь, что я не заметил тебя первым? Я заметил тебя в тот момент, когда ты вошел в библиотеку и начал приставать к библиотекарю.
— Значит, ты следил за мной, — заметил Киф.
— Да, сначала. Я хотел убедиться, что мой брат не послал тебя. Или мой отец. Или кто-нибудь другой, кто попытался бы затащить меня обратно в Затерянные города и запереть в какой-нибудь жалкой подземной тюрьме… или в маленьком жутком сомнатории для изгнанников. Но потом я понял, что ты совершенно не замечаешь моего существования, и решил, что так и останется.
— Так почему же ты не ушел? — спросил Киф.
— Ну, во-первых, было забавно видеть, как плохо ты разбираешься в элементарных человеческих технологиях. Но в основном я хотел убедиться, что был прав насчет того, почему ты там оказался.
— Теперь жалеешь об этом?
— Вроде того. — Альвар вытер пот со лба. — Признаюсь, я не ожидал, что окажусь на маленьком изнурительном песчаном островке посреди океана. Но, думаю, мне следовало предвидеть, что ты отреагируешь слишком бурно. Так скажи мне вот что, Киф. Каков твой следующий шаг? Поскольку, я думаю, мы оба знаем, что ты не собираешься тащить меня обратно в Затерянные города.
— И откуда тебе это знать?
— Потому что ты явно в бегах. В человеческой одежде. Без телохранителя. Без регистрационного кулона. С тобой нет никого из твоих друзей, особенно Софи. Предполагаю, ты прячешься от своей мамы, вероятно, чтобы она не узнала, что у тебя проявилась еще одна способность, и я не говорю о том факте, что теперь ты явно Полиглот. Уверен, что это очень кстати, но не стоит убегать из своего мира, чтобы спрятаться. Так что ты, должно быть, представляешь тройную угрозу: Эмпат, Полиглот и что-то еще…
Он поднял брови, глядя на Кифа, как бы провоцируя его отрицать это.
Киф попытался придумать какую-нибудь шутку, но в голове у него было пусто.
— Не волнуйся, я не собираюсь спрашивать тебя, что это. Честно говоря, мне все равно. Я покончил со всем этим. Я покончил с Затерянными городами. У меня нет абсолютно никакого желания когда-либо возвращаться туда снова. Я понимаю, что, учитывая мое поведение в прошлом, тебе будет трудно в это поверить. Но, по правде говоря, все, чего я хочу, — это провести оставшееся мне время в мире, где люди были бы достаточно неравнодушны, чтобы спасти меня. Так почему бы тебе не вернуть меня туда, где ты меня нашел, и не позволить мне продолжать мое невероятно обычное существование? С тех пор, как я здесь, я никому не доставлял проблем, не так ли?
— Это не значит, что не будешь.
— Нет, полагаю, это не так. — Альвар несколько раз глубоко вздохнул, глядя на океан, прежде чем сказал: — Понимаю. Ты никогда не будешь мне доверять. И это прекрасно. Мне это и не нужно. Мне просто нужно, чтобы ты понял, что я не представляю угрозы. Так что я собираюсь поделиться кое-чем, что планировал держать при себе, потому что это делает меня довольно уязвимым, и надеюсь, что это, по крайней мере, доказывает, что тебе не стоит беспокоиться обо мне. — Его взгляд переместился на Кифа, и он сделал еще один глубокий вдох, прежде чем сказать: — Я не могу пригать по свету. Больше нет. Может быть, дело было в человеческом лекарстве или в том, насколько близко я был к смерти… не знаю. Но моей концентрации даже близко не хватает. Как ты думаешь, почему я закричал, когда ты потащил меня? Если бы ты не защитил меня своей концентрацией, я бы исчезл задолго до того, как мы появились снова. Вот почему я здесь стою, — он замахал руками, указывая на весь остров, — весь мокрый от пота и весь в колючем песке, а не выхватывая свой кристалл и отправляясь домой за блинчиками. И если ты оставишь меня здесь… Я буду есть кокосы. — Он вздрогнул. — Я очень надеюсь, что ты этого не сделаешь. Точно так же, как надеюсь, что ты используешь свою концентрацию, чтобы вернуть меня в город, где ты меня нашел, и если ты это сделаешь, я останусь там. Я не смогу никуда больше пойти.
— Ты мог бы использовать человеческие способы передвижения, — возразил Киф.
— Но это и близко не приблизит меня к Затерянным городам, — напомнил ему Альвар. — Для этого также нужны вещи, которых у меня нет. Мои ресурсы ограничены… и это нормально. Мне нравится, где я нахожусь. Мне нравится быть незаметным. Никакого давления. Никакого прошлого. Никакого наследия.
Киф вздрогнул на последнем слове.
— Значит, все еще борешься с этим, — заметил Альвар. — Хорошо. Я имел в виду то, что сказал в Кэндлшейде. Ты никогда не будешь таким, как хочет твоя мама, и чем больше ты будешь на этом сосредотачиваться, тем больше у тебя шансов остановить ее.
Киф закрыл глаза, пытаясь скрыть на лице какие-либо эмоции.
Но он был уверен, что Альвар это видит.
И хотя Альвар, вероятно, не тот человек, кому он мог бы задать этот вопрос, он должен был знать.
— Ты действительно думаешь, что я смогу остановить ее?
— Думаю, — сказал Альвар, растягивая слова, — что ты достаточно упрям, чтобы делать практически все, что захочешь. У тебя также есть несколько могущественных друзей, которые могут тебя поддержать. Так что у тебя действительно хороший шанс. Но.
— Ух, всегда есть «но», — проворчал Киф.
— Раздражает, не правда ли? Но твоя мама планировала все это очень, очень, очень долго. Может показаться, что она придумывает по ходу дела, потому что Невидимки настолько разобщены и неорганизованны и постоянно меняют главных. Но иногда мне кажется, что она сделала это нарочно.
— Что сделала? Позволила свергнуть себя? В итоге оказалась в тюрьме огров?
— Возможно, с ограми что-то пошло не по плану, — признался Альвар. — Но твоей маме нравится, когда ее недооценивают, и это на самом деле разумная стратегия. Пусть оппоненты думают, что они знают, чего ожидать, а затем поразить их тем, чего они никогда не увидят. Итак, что бы ты ни придумал о ее плане, гарантирую, что в нем есть нечто большее.
— И предполагаю, что ты не станешь делиться тем, что знаешь, — сказал Киф, не потрудившись сформулировать это как вопрос.
Альвар вздохнул и пнул ногой песок.
— Честно говоря, Киф, я бы хотел, чтобы у меня было чем поделиться. Мне бы сейчас не помешал хороший козырь. Но я потратил слишком много энергии на свои собственные планы, пока работал с Невидимками. Поэтому лучшее, что я могу предложить, — это еще один совет: что бы ты ни делал прямо сейчас, отправляясь в свое маленькое путешествие по Запретным городам, какие бы планы ты ни строил, делай это ради своего будущего. Не зацикливайся на разоблачении прошлого настолько, чтобы забыть, что у тебя впереди целая жизнь. В противном случае ты закончишь так же, как и я, в чужом мире, и я не пытаюсь вызвать у тебя жалость ко мне. Мне нравится моя жизнь сейчас. Вот почему я стою здесь и пытаюсь придумать, как убедить тебя вернуть меня обратно. Полагаю, я еще не покорил тебя?
— Нет, — согласился Киф, хотя и не был уверен, что собирается делать с Альваром.
Если бы он потащил его обратно в Затерянные города, то, вероятно, застрял бы там.
Но если он отпустит его, и что-то случится…
Он повернулся и принялся расхаживать.
— Думаю, я просто постою здесь и попотею, — сказал Альвар после того, как Киф пару раз обошел его. — И надеюсь, что тот факт, что я не буду тебя бить, принесет мне несколько очков.
— Это серьезно должно заставить меня доверять тебе? — спросил Киф.
Альвар пожал плечами.
— Почему бы и нет? Это правда. Я не скован. И я не так слаб, как ты можешь подумать. Если бы я хотел сбить тебя с ног, тебя бы прямо сейчас придавило песком. Ты также никогда не обыскивал меня на предмет оружия, и хотя у меня его нет, ты не думал об этом, пока я не сказал. Так что, мне кажется, все это доказывает, что ты должен хотя бы немного доверять мне.
Или это доказывало, что Кифу еще многому предстоит научиться, когда дело доходит до борьбы с врагами.
Ему следовало проверить Альвара на наличие оружия, как только он оказался рядом с ним.
И ему следовало бы нарубить несколько пальмовых веток или разорвать свое пальто и связать Альвара по рукам и ногам.
Возможно, то, что Альвар не воспользовался ни одной из этих ошибок, кое-что доказывало, но Киф все еще не был уверен, к чему это приведет.
— Хорошо, — сказал он после еще нескольких минут хождения. — Уверен, что у нас обоих есть только два варианта. Первый, — он поднял палец, — я могу оставить тебя на этом острове и вернуться через пару недель. Если ты все еще будешь здесь, это, вероятно, означает, что ты не лжешь насчет того, что не можешь совершить прыжок по свету…
— О, ты — эмпат, — вмешался Альвар. — Ты можешь сказать, вру ли я прямо сейчас.
Это было правдой.
Но Альвар уже обманывал его раньше.
И Киф все еще не мог его раскусить.
Возможно, он все еще привыкал к своим способностям.
Или, может быть, Альвар был слишком самоуверенным.
В любом случае…
— Думаю, что разумнее провести тест, — сказал ему Киф. — Оставайся здесь. Докажи, что ты не лжешь. Тогда, может быть, я отведу тебя туда, куда ты хочешь.
— А если я совру и убегу? — возразил Альвар.
— Тогда ты все равно это сделаешь, и, по крайней мере, мне не придется корить себя за то, что я снова тебе доверился.
Альвар потер виски.
— Удивительно, как у тебя получается, что это звучит так, будто это хороший, логичный план.
— Я никогда не говорил, что он хороший. Я сказал, что вижу только два варианта.
— А второй вариант?
Киф поднял второй палец.
— Или я возьму тебя с собой, когда буду уходить отсюда, чтобы приглядывать за тобой.
— И что? Я — твой пленник?
— И да, и нет. Я не собираюсь тебя связывать, но ожидаю, что ты будешь вести себя наилучшим образом, и если ты что-нибудь предпримешь, у меня не будет проблем с тем, чтобы забросить тебя на вершину горы или в центр пустыни и оставить там.
— Чем это лучше, чем отвезти меня обратно в мой город и освободиться от меня?
— Это не так. Но я бы все равно знал, что не просто поверил тебе на слово… и я также не предполагал худшего и не наказывал тебя до того, как ты что-то сделал. В любом случае, я даю тебе возможность проявить себя.
Он не хотел уподобляться Фитцу, отказываясь дать Альвару еще один шанс.
У него также было чувство, что, если бы Фостер была там, она сделала бы Альвару такое же предложение.
На самом деле, нет, она, вероятно, придумала бы более разумный план.
У нее это получалось намного лучше.
Но он был предоставлен самому себе, и это было лучшее, что смог придумать его измученный мозг.
Возможно, позже он пожалеет об этом, но… он просто отведет Альвара обратно в Лондон.
Там Альвар мало что мог сделать, разве что устроить беспорядок в гостиничном номере.
— Итак… — сказал он, встретившись взглядом с Альваром. — Какой это будет вариант?
Альвар вздохнул.
— На самом деле это не выбор, не так ли? Остаться на необитаемом острове или позволить тебе таскать меня по планете? Думаю, мне придется выбрать вариант «Б», но. Если я буду хорошим маленьким эльфом и буду держаться подальше от неприятностей, мне нужны гарантии, что ты, в конце концов, отведешь меня обратно в мой город. Все эти «может быть» недостаточно хороши.
Тот факт, что Альвар поставил это условие, многое говорил о его приоритетах.
Возможно, это даже означало, что он на самом деле был простым парнем, пытавшимся вести обычную жизнь.
Есть только один способ выяснить это.
Киф пожал плечами.
— Отлично. Мы договорились?
— Я так думаю, но надеюсь, что ты знаешь, что делаешь, — предупредил Альвар.
— Я тоже. — Киф поднял пальто и достал из кармана следопыт. — Готов?
Альвар тоже взял пальто.
— Я так понимаю, мы собираемся в холодное место.
Киф кивнул, и Альвар вздохнул и стряхнул песок с пальто, прежде чем надеть его.
— Помни, я рассчитываю на твою концентрацию… и лучше отведи меня куда-нибудь, где есть блинчики, — сказал он, когда Киф схватил его за плечо и потащил их обоих в стремительное тепло.