Рваный крик вырвался из горла Кайтрионы, когда она выбросила руки вперед и призвала свою магию.
Золотой огонь взорвался в воздухе, устремившись к темной фигуре Лорда Смерти. Он вскинул руку для защиты; пульс серебристой магии вспыхнул вокруг него, отражая реку пламени в открытую пустошь и маленький ручей позади.
Оставшиеся Дети спустились с деревьев, призванные на защиту господина. У Кайтрионы нашелся ответ и для них. Она бросила то, что осталось от Экскалибура, и послала извивающиеся узлы огня в их сторону — один, три, пять — заставив их визжать, когда они падали, охваченные пламенем, или бежали под укрытие узловатых деревьев.
— Олвен! — позвала она.
Сестра ответила, бросившись за Детьми, отгоняя их всё дальше и дальше еще большим количеством огня.
— Дура! — прогремел Лорд Смерть, обращаясь к Кайтрионе. — Я предлагал тебе жизнь, полную славы, но я с радостью порабощу твою душу в смерти!
Его магия боролась с её, проталкиваясь через поляну, серебро пожирало золото. Руки Кайтрионы тряслись, капли пота стекали по лицу, когда она снова закричала. Огонь сопротивлялся, и возобновившееся столкновение рассыпало искры магии среди душ, всё еще парящих поблизости.
Наблюдают, подумала я. Бессильные остановить его без физической оболочки.
— Тэмсин, — выдавила Кайтриона сквозь стиснутые зубы. — Скажи Неве… скажи Неве, что мне жаль.
— Сама ей скажи! — огрызнулась я, поднимаясь на ноги. Страх пробежал по спине от её мрачного выражения лица.
Бесполезна, отчаянно думала я, наблюдая за битвой магии. После всего этого ты всё еще бесполезна.
Я попыталась потянуться к магии, которую чувствовала вокруг себя раньше, ощущая эти мерцающие импульсы. Их потенциал переродиться во что-то новое. Что-то, что могло бы нам помочь. Мне нужно было найти правильный способ призвать это.
Белая роза. Она должна быть ключом.
— Когда я опущу кольцо огня вокруг нас, хватай брата, — сказала Кайтриона; её ноги скользили назад под напором враждующих магий. — Бери его и Олвен и беги.
— Я тебя не брошу, — сказала я ей. Камень в кулоне Лорда Смерти светился изнутри, шевелясь от заключенных в нем душ. — Кейт, смотри!..
Предупреждение прозвучало слишком поздно, чтобы мы успели увернуться от корней, которые вырвались из-под земли, треща магией смерти.
— Нет! — закричала Кайтриона, но слово умерло у неё на языке, когда корни оплели её тело, как тиски, и швырнули на землю. Её золотой огонь погас с последней отчаянной вспышкой, когда её тело оказалось прижато к валунам. Она боролась, пытаясь вырваться.
После столь яркого света поляна, лес, мир — всё казалось темнее.
— Нет магии сильнее магии Аннуна. Ничто не может победить её, и уж тем более вздорная девчонка, не способная принять собственную жалкую слабость, — сказал ей Лорд Смерть. Его меч снова появился в руке, искрясь силой. — Возможно, я вообще не стану забирать твою душу. Как хорошо ты бы послужила мне в качестве одного из моих Детей.
Кайтриона напряглась, выгибая спину в попытке сломать хватку магии. Корни закрыли ей рот, заглушая любые слова или заклинания, что всё еще горели в её глазах.
— Непокорная до конца, — протянул Лорд Смерть.
Я рванулась к Кайтрионе, пытаясь перехватить его. Лорд Смерть даже не взглянул в мою сторону. Его рука поднялась, камень засветился, я отпрыгнула, но корни сбили меня с ног и обвили талию. Я упала вперед, когда они потащили меня прочь от Кайтрионы.
Я цеплялась за камни и гниющие листья. Грязь болезненно набилась под то, что осталось от моих сломанных ногтей. Лозы магии смерти дернули меня назад. Джинсы порвались о камни, сдирая кожу и оставляя за мной кровавый след.
Помогите мне, подумала я. Помогите, пожалуйста.
— Каким разочарованием ты оказалась, — сказал Лорд Смерть Кайтрионе. Он опустил острие меча к её горлу.
Закрой глаза, прошептал голос в моих ушах. Слова неслись с ветром, в тумане. Отпусти свой страх. Ты знаешь, что должно быть сделано…
Сдавленность в груди, дрожь в руках — у всего этого теперь было имя.
Страх.
Отпусти его, шептал голос. Освободи себя.
Мое прошлое. Бессилие, которое я чувствовала маленькой девочкой, пытаясь собрать воедино жизнь, которую, как мне казалось, я хотела.
Отпусти.
Мое настоящее. Ужас, который сдерживал меня, затуманивал то, как я видела себя.
Отпусти.
Стена внутри меня рухнула, и я почувствовала, что ждало меня по ту сторону. Магия, которая была только моей, спала во тьме под снегом. Гниение, ожидающее трансформации с приходом весны.
Магия, существовавшая во всех природных вещах, в их жизни, была также потенциалом смерти превратиться во что-то иное.
— Это твой последний шанс, — пророкотал голос Лорда Смерти поблизости.
На Авалоне было лишь одно существо, жившее вне его контроля. То, что трансформировало само себя.
Воспоминания о ревенанте Верховной Жрицы Вивианы наводнили мой разум, но в них не было того ужаса, который я чувствовала, встречаясь с ней. Она создала себя заново из гниющей пустоши, собрала тело из мертвой коры, грязи, давно увядшей травы. Её душа оставалась непокорной до конца.
Теперь я видела её такой, какой она должна была быть: цветущей жизнью. Её тело восстановилось; корни, образующие конечности, обновились, став молодыми и зелеными; смятые мокрые листья превратились в цветущий бутон. Я представила других, вырастающих из гнили, усеивающей лес, встающих рядом с ней. Их тела новые, сильные. Под моим командованием.
Я заставила себя открыть глаза.
— Поцелуй… железо… ты… ублюдок… — выдавила Кайтриона сквозь корень. С её точки обзора она заметила что-то, отчего замерла.
Рука, созданная из корней и зеленых листьев, поднялась из грязи за спиной Лорда Смерти; её длинные жилистые пальцы развернулись лентами плетеной травы. Ладонь, затем запястье, рука — и голова, увенчанная цветами. У ревенанта не было лица, когда она поднялась, но она светилась внутренней магией.
Сосредоточившись, я представила, как рука сгибается, а затем сжимается в кулак вокруг лодыжки Лорда Смерти. Через нить магии между мной и ревенантом я потянула.
Он споткнулся с удивленным возгласом. Единственным, что доставило большее удовлетворение, чем его расширившиеся глаза, был вид других силуэтов, поднимающихся из земли, обретающих форму в тумане. Одно за другим мои создания расцветали из почвы.
Лорд Смерть рубанул ревенанта мечом.
— Будь ты проклят… будь ты проклят… что это за дьявольщина?
Магические путы на моей талии ослабли, когда его внимание рассеялось. Я вскарабкалась на ноги, но корни схватили меня снова, сжимая еще сильнее в наказание. Тела ревенантов задрожали, угрожая развалиться на части без моего направляющего фокуса.
Прежде чем я успела сосредоточиться, чтобы укрепить хватку на магических нитях, огни пронеслись вокруг меня, петляя сквозь искореженные ветви деревьев к Лорду Смерти.
Нет — не к нему. К ревенантам. К телам, которые я создала.
Нити, которые я изо всех сил пыталась удержать, провисли, и инстинктивно я отпустила их. Духи жриц Авалона пронеслись в ночном воздухе, погружаясь в кожу из листьев, грязи и корней моих ревенантов. Тела, которые я сделала, стали радужными, когда души вселились в них; их формы стабилизировались, укрепились, даже без моего контроля.
С яростным воем Лорд Смерть отшвырнул Кайтриону прочь, отправив её в полет сквозь деревья.
Лозы, обвитые вокруг моей талии, дернули так сильно, что выбили из меня дух. Они тащили меня к Лорду Смерти, пока тот рубил ревенантов с нарастающим возбуждением. Каждый раз, когда ему удавалось отсечь конечность, она отрастала заново, сильнее и быстрее.
Попытки упереться ногами в землю никак не замедлили магию Лорда Смерти; он втянул меня в свою протянутую руку. Один из ревенантов схватил меня, дергая назад, но сила его магии была такова, что оторвала руки ревенанта от тела. Новые конечности выросли из щепок коры, чтобы заменить их.
— Ты под моим командованием! — взревел он на ревенанта. Рука, покрытая листвой, вырвала меч из его другой руки, отшвырнув его в лес.
Я врезалась в бок Лорда Смерти и тут же оттолкнулась, пытаясь избежать отвратительного ощущения его прикосновения. Вместо этого он обхватил мою шею предплечьем в латах, вдавливая мое лицо в изгиб своего ледяного нагрудника.
— Я думал освободить душу Крейддилад в Аннуне, — прошипел он мне, — но я с удовольствием сделаю это здесь.
Нити черной молнии поползли по его кулаку. Я расслабила ноги, пытаясь использовать элемент неожиданности, чтобы выскользнуть из его хватки. Но его вторая рука схватила меня за загривок, наматывая волосы на кулак. Там, где моя кровь капала на землю, прорастали клевер, чертополох и розы, отвоевывая выжженную землю.
Лорд Смерть отвел руку назад; магия трещала, усиливаясь. Готовый к удару. Он отклонился слишком далеко назад, чтобы я могла достать корону на его голове, но он открыл грудь.
Я сорвала цепь кулона с его шеи. Он злобно выругался, когда я швырнула её в ближайшую кучу камней.
Ревенанты навалились на нас, царапая его лицо, скальп, разрывая завязки его доспехов. И в этой борьбе я услышала голос, исходящий от ревенанта, рвущего его плечо.
— Я была Бетрис, ты сразил меня, но вот я стою…
Я отшатнулась от удивления, но хватка Лорда Смерти лишь усилилась, вырывая клок моих волос с корнем.
— Я была Роной… — донеслось от другой. — Ты отнял мою жизнь, но я осталась…
— Я была Серен, и я жива…
— Мари…
— Арианвен…
Их голоса были мелодичными, эхом отдающимися, сплетающимися друг с другом, словно гобелен; песня тумана и памяти, где каждый куплет звучал дерзко, а хор повторял одни и те же слова, снова и снова. Вот я стою. Я осталась. Я жива.
— Я была Чародейкой Серафиной…
— …Чародейкой Брайар…
— Ты мог убить меня, — раздался голос Лори, — но я выстояла…
— Довольно! — взревел Лорд Смерть.
Поток давления и света взорвался вокруг нас, когда магия Аннуна прорвалась сквозь ревенантов, разрывая их в пепел и клочья листвы. Но стоило им коснуться земли, как я создавала их заново.
— Нет, — начал Лорд Смерть, пытаясь призвать души мертвых к себе поднятым кулаком. — Повинуйтесь мне…
Огни танцевали в воздухе вокруг нас.
— Мы никогда не были твоими.
Сердце болезненно сжалось в груди. Фли.
Души Аннуна падали вниз сквозь разрыв в небе, словно снег, с визгом проносясь сквозь тьму. Чем дольше врата оставались открытыми, тем больше злобных духов наводняло наш мир, чтобы терзать живых.
Ревенанты кружили вокруг нас, медленно сжимая кольцо. Лорд Смерть оглядел их всех; его украденное лицо побледнело. Его взгляд зацепился за что-то позади них — темную фигуру, сидящую на корточках на валуне, почти скрытую сплетением ежевики и корней.
То, что я видела из его кожи, было покрыто синяками. Кровь текла по лицу из пореза на щеке. Он держал кулон с алым камнем высоко над головой. Кристалл отбрасывал на него жутковатый отсвет.
— Бледиг! — прогремел голос Лорда Смерти. — Принеси его мне! Неси сюда!
Молодой человек поднял глаза. Его слова поначалу были тихими, теряясь в ветре и ярости Детей. Но когда он произнес их снова и снова, они налились силой. Уверенностью.
— Меня зовут Кабелл.
Он обрушил кулон на камни, разбивая его, ударяя снова и снова, пока треск камня не утонул в первобытном вопле ярости Лорда Смерти.
Души вырвались из своей тюрьмы, закружившись по поляне или взмывая в небо, преследуя тех, кто сбежал из потустороннего мира.
Кэб, потрясенно подумала я.
На мгновение хватка на мне ослабла. Я попыталась дотянуться до брата — лишь для того, чтобы столкнуться с кулаком Лорда Смерти, когда он пробил им мою грудь насквозь.