ДЖЕЙКОБ КОМПАСС
Сила, бурлившая во мне, была не похожа ни на что, что я чувствовал прежде. Я никогда не был так силен, наполненный энергией сразу четырех рас. Скорость вампиров; звериная натура оборотней; магия земных лей-линий от чародеев; и стихийная, древняя энергия фейри. Мы все это чувствовали, и то, что раньше отделяло меня от братьев, сместилось, пока мы не стали единым целым, где не было никого другого.
Кроме наших пар. Яркий, обжигающий свет четверых женщин — их сущности были «ян» для нашего «инь», светом для нашей тьмы. Мягкостью для нашей твердости. Благоразумием для нашей безрассудной мощи. Вторая половина наших душ.
Именно в ту секунду, когда сила продолжала расти, ощущаясь безграничной, я по-настоящему понял, почему мы не могли объединиться так до этого момента. Мы бы просто сгинули во тьме. Мощи… её было слишком много. Никто не смог бы направить её, не будучи поглощенным. Никто. Но теперь, когда четыре связи с парами были завершены, у нас наконец-то появился якорь, удерживающий нас от того, чтобы разнести этот мир в щепки.
— Вот почему узы четверки так редки, — выдохнула Джесса. Я не видел её оттуда, где стоял, но точно знал, какое ошарашенное выражение сейчас на её лице. — Вы четверо буквально могли бы уничтожить планету.
— Повезло, что у них есть мы, — добавила Миша, её голос звучал немного напряженно. Неудивительно, учитывая, какой объем силы мы удерживали. Щит под нашими руками начал мерцать, и у меня теплилась слабая надежда, что мы скоро разобьем его… если нет, то такая мощь начнет влиять на нас совсем не так, как нам бы хотелось.
— Мы так близки, — пробормотал Тайсон, и в вибрации его голоса отчетливо слышался гнев.
Луи откашлялся.
— Я всё еще здесь стою. Может, мне пора помочь? Сила у вас есть, но у новой связи всегда будут «детские болезни».
Как только он шагнул вперед, протянув руку, Тайсон выкрикнул:
— Нет!
Но было поздно.
Рука Луи коснулась щита, и сила среагировала с такой мощью, что его отбросило назад с громким треском, отправив в полет на мили за наши спины. Ти громко выругалась и рванула следом за своей парой на всплеске магии.
— С ним всё будет в порядке? — панически спросила Джастис. Инстинктивно она понимала, что руки убирать нельзя, хотя и хотела броситься за Луи. Грейс чувствовала то же самое — в ней проснулся целитель. Сейчас никто не мог разорвать восьмерку.
— Ти вернет его, она умеет исцелять, — напомнил им Тайсон надтреснутым голосом. — Никто из нас не может шевелиться.
Мои глаза встретились с его взглядом через шеренгу нашей семьи, и я увидел там усталость и смирение. Он знал, что должен сделать, но это не сулило ничего хорошего.
Это может уничтожить наши узы четверки, — сказал он мне через ментальную связь. — Если бы у нас было больше времени вместе, это бы сработало, но… как всегда, нас бросили на глубину без подготовки.
«А связь с парами?» — быстро спросил я.
Они должны быть в безопасности. Они на уровне выше того, что мы можем задеть. Но братские узы… я могу их испепелить.
Мысль о потере братьев в этом смысле отозвалась более острой болью, чем я ожидал.
«Это единственный путь?»
Секундное колебание.
Чтобы заставить узы эволюционировать до нужного нам уровня, мне придется шагнуть на следующую ступень. Мы фактически идем против самой могущественной лей-линии в мирах, и я ожидаю, что узы сгорят.
Джастис подняла голову и перевела взгляд с Тайсона на меня, будто услышала наш разговор.
«А если мы не шагнем на этот уровень?» — спросил я.
Лей-линия, скорее всего, нас убьет.
Я попытался оторвать руку от щита — как фейри, мне нужно было проверить и прочувствовать ситуацию самому, даже доверяя братьям безоговорочно. Я не смог поднять руку. Тайсон был прав. Другого выбора нет. Либо новый уровень, либо смерть.
Это всего лишь часть наших уз, — внезапно вмешался Брекстон, и я понял, что они тоже всё слышали. — Не надо ничего от меня скрывать. Мы все в этом вместе.
В груди Максимуса заурчало, когда он начал проявлять свою вампирскую сущность. Что бы ни случилось, ничто нас не сломит. Еще до появления уз четверки мы были ближе, чем любая стая. Мы научились держать удар, и… кстати, мне очень нужно врезать одному дракону, так что давайте сделаем это.
Почувствовав нашу поддержку, Тайсон смирился с тем, что должен сделать. Он закрыл глаза, и сила превратилась в бушующее инферно. Тихий вздох привлек моё внимание.
— Ты в порядке, Руби? — спросил я, не пытаясь подслушивать её мысли через узы. Она выставила легкий блок, несомненно, чтобы отгородиться от калейдоскопа чужих мыслей.
— Такое чувство, будто я подключаюсь к самоцветам, — тяжело дыша, произнесла она. — Меня будто разрывает надвое.
— Меня тоже, — отозвалась Грейс; её голос был полон боли. — Что нам делать?
— Примите их! Ваши камни!
Это крикнул Луи — он выглядел потрепанным, но живым, стоя в нескольких ярдах от нас.
Взгляд Джастис впился в меня, и в этих широких, похожих на драгоценные камни глубинах я увидел страх и беспокойство.
— Я с тобой, — сказал я ей, решив, что чего бы это ни стоило, эти слова останутся правдой. — Сияй ярко, Принцесса.
Как и Тайсон, она приняла решение, которое было сделано за неё. Свет вырвался из её рук — ослепительно красный, как её рубин, а вспышка блесток подсказала мне, что Алмазная принцесса тоже вступила в игру.
— Держитесь крепче, мать вашу! — крикнул Тайсон, и я приготовился, черпая силу из стихий, что давали мне опору. Мои ноги стояли твердо, решимость была непоколебимой.
Дракон взревел, пламя скользнуло по барьеру в тот самый миг, когда он взорвался, отбрасывая нас всех назад. Моя энергия затрещала и начала гаснуть, и, как и предсказывал Тайсон, я перестал чувствовать братьев, пока мы летели по воздуху. Слава богу, я всё еще чувствовал Джастис в том уголке сознания, который она занимала.
Воздух отозвался на мой зов медленнее обычного из-за крайнего истощения, но этого хватило, чтобы замедлить наше падение. Я обхватил её руками, смягчая удар о землю.
— О-ох, — простонала она, скатываясь с меня и держась за ребра. — Мать твою, это не самый веселый способ пробивать барьеры.
— Зато мы его пробили, — прохрипела Джесса, поднимаясь на ноги. — И дракон этому совсем не рад.
Он и правда не был рад.
Пролетая в милях над нашими головами, сосредоточенный на своей задаче по нейтрализации лей-линии, он до этого момента, казалось, не обращал на нас внимания. Но теперь он всё прекрасно знал. Тайсон успел воздвигнуть магический щит, чтобы отразить поток огня, летящий в нашу сторону. Жар был невыносимым, но никто из нас не поджарился.
— Мы превращаемся! — крикнул Брекстон, и я использовал ветер, чтобы обвить наших женщин, действуя как невидимые руки силы, поднимая их и унося подальше от нас. Все они закричали в знак протеста, но четыре дракона, меняющих облик прямо рядом с ними — это верный способ раздавить супа.
«Ну что, готов, приятель?»
Он рванул вверх сквозь мою истощенную энергию и ноющую боль в груди от потери братской связи. Мой зверь тоже оплакивал её, но он не колебался, поднимаясь на поверхность, отчаянно жаждая свободы.
Было что-то первобытное и простое в том, чтобы отбросить всё сверхъестественное и стать драконом. Пока моё тело менялось, душа расширялась, чтобы вместить в себя гигантского зверя. Первый же взмах крыльев вызвал мощный прилив адреналина, и хотя моя магия была сильно истощена, я больше не чувствовал усталости или медлительности. Драконья мощь дала мне силы, чтобы сразиться с этим ублюдком.
Нам нужно атаковать с четырех сторон света, — сказал Тайсон. Наше фамилия — Компасс — всегда помогало в сценариях атаки. Так мы тренировались, так мы работали лучше всего.
Нам оставалось лишь надеяться, что на этот раз у нас хватит сил, чтобы принять на себя всю ярость этого дракона.
— Разрушение щита ранило его! — крикнул Луи снизу, когда мы начали подниматься в воздух. — Теперь он уязвим. Не дайте ему накопить больше энергии из линии. Вы должны отсечь его…
Его голос затих, пока мы набирали высоту, но мы услышали достаточно. Отсечь этого дракона от линии было нашей единственной надеждой.