Сестра Оливина.
С тех пор, как она услышала голос Уинри от камня, который та бросила в Эйру перед началом турнира… в сочетании с испытанием по спасению Йонлина и знанием о сложных отношениях Оливина со своей сестрой… Эйра не думала, что когда-нибудь сможет забыть его звучание.
Они с Дюко напряглись. Эйра засунула железный шар в сумку и быстро завязала ее. Закинув ее на плечи, она была готова двигаться. Без колебаний Эйра подошла к окну над тем местом, где когда-то сидел Каллен, и открыла его как можно тише, пока звуки тяжелых шагов наполняли холл.
Доверив Дюко следовать за собой, Эйра перепрыгнула через окно и направилась к стене, окружавшей Деревню чемпионов. Дюко приземлился с тяжелым стуком, земля захрустела под его ботинками, когда он подбежал к ней. Эйра поправила ремень сумки, убедившись, что тот затянут как можно туже.
Они оказались на открытом пространстве. Столпы прочесывали дома, так что спрятаться было негде. Им придется спасаться бегством.
Дюко начал говорить.
— Кто-то…
— Здесь кто-то есть! — крикнул Столп позади них.
— Приближается? Я знаю. — Эйра схватила его за руку и прижала к задней стене, которая окружала деревню. Время тонкостей прошло. — Преобразуй место!
К счастью, Дюко не тормозил. С рябью магии, исказившей воздух, камень перед ними изменил форму со стены на арку… обращенную к другому зданию. Эйра, держа Дюко за запястье, сделала шаг и коснулась стены дома.
Столп выпрыгнул из окна, за ним последовал другой.
— Еще раз! — скомандовала она Дюко.
Столп, который первым бросился в погоню, был почти рядом с ними, открывая рот. Он собирался использовать «Световорот», а у нее не было магии, чтобы остановить его, но это не означало, что она была беспомощна.
Она присела на корточки, схватила пригоршню земли и бросила ее в сторону Столпа, когда он вдохнул. Это вызвало у него приступ кашля, разрушив магические слова. Другие Столпы вылетели из задней двери дома, но ее действия дали им фору. Дюко проделал еще один проем в стене соседнего дома, и Эйра провела их внутрь.
— Мне закрыть его? — спросил Дюко, пока она тащила его через дом. Эйра переворачивала стулья и опрокидывала книжный шкаф позади себя, все, что угодно, лишь бы замедлить их движение.
— Не теряй времени, они просто разнесут стену вдребезги «Световоротом». — Эйра прорвалась к парадной двери дома, оказавшись на знакомой улице. Они были дальше от того места, где Элис сделала выход из туннеля, но достаточно близко, чтобы Эйра поняла, где находится.
Если бы только она могла сделать их невидимыми…
— Следуй за мной! — Ее тело было на грани истощения, но Эйра нашла в себе силы бежать. Ей пришлось отпустить Дюко из-за скорости, но, к счастью, улица была достаточно безлюдной, и ему не составило труда следовать за ней по ощущениям или звуку.
Позади них раздался взрыв — как и ожидалось, Столпы разрушили ее баррикады. Эйра резко повернула направо, ворвавшись в переулок с выходом из туннеля. Натиск подстегнул ее мышцы, и она подняла крышку входа в туннель Элис и спрыгнула вниз. Каждая частичка ее тела завопила, когда она приземлилась на твердый камень, и Эйра так сильно прикусила губу, чтобы не закричать, что почувствовала вкус крови.
Дюко позади нее спускался вниз.
— Используй «сдвиг», — выдохнула она. — Запечатай вход.
Он использовал магию, сделав именно так, как она просила. Тонкое кольцо света, которое обозначало, где выходное отверстие, исчезло. Дюко медленно закончил спускаться и опустился на колени рядом с ней, тоже тяжело дыша.
— … где… — Голоса были приглушены тонким слоем камня, что были едва слышны.
— Думал… они… здесь…
— … ищем… они… далеко…
Эйра зажала рот рукой, затаив дыхание, ожидая, когда они уйдут. Вытирая кровь с разбитых губ, она молилась Матери, Ярген, любому богу или богине, чтобы Столпы просто… двинулись дальше. В конце концов, голоса затихли.
— Хорошая мысль вернуться сюда. — Даже под землей Дюко по-прежнему говорил тихо. Они не хотели рисковать, что их эхо донесется до дома на другом конце туннеля.
— Делаю, что могу. — Эйра поднялась. Стоять стало тяжелее. Несмотря на то, что «Световорот» помог залечить раны на теле, он не придавал сил, и она быстро уставала.
— Впечатляет, что ты все еще можешь что-то без магии. — Дюко начал подниматься по лестнице.
Слова ранили, но были правдой. У нее не было магии, и как бы тяжело это не было принять, она должна была помнить об этом. Иначе, попав в опасные ситуации, она будет ожидать, что ее силы помогут ей выбраться. Эйра отогнала эти мысли подальше и порылась в сумке, которую, к счастью, не потеряла, чтобы достать одну из рубашек Каллена и свой плащ, пока Дюко изучал туннель импульсами магии.
— Элегантное сооружение… — пробормотал он. — Вплоть до того, что его легко спрятать.
— Элис просто невероятна, — согласилась Эйра, когда он открыл вход и вскарабкался наверх. Она подбросила рубашку, прежде чем забраться за ним. — Я знаю, ты крупнее Каллена, но это лучше, чем ничего.
— Они будут искать нас. — Он с готовностью принял одежду.
— Как думаешь, они нашли Аделу? — Эйра наполовину надеялась, что нашли. Восхитительные мысли о том, что королева пиратов тут же прикончит Столпов, наполнили ее.
— Ради нас самих, будем надеяться, что нет. — Дюко вернул каменный диск на место.
— Ради нас?
— Если она почувствует беду или кто-нибудь узнает, что она здесь, она сбежит.
— Какая могущественная королева пиратов, — пробормотала Эйра.
— Я не знаю, что отпугнуло ее от Меру, но это было что-то значительное, — сказал он с ноткой суровости. — И ко всему, на то, что пугает Аделу, стоит обращать внимание.
— Может, это были Ульварт и Столпы?
Дюко покачал головой.
— В моем детстве Ульварт торчал поблизости, и тогда у нее не было проблем с разграблением побережья Меру.
— У тебя есть какие-нибудь предположения, что это могло быть? — Тайна чего-то, пугающего Аделу, очень заинтриговала ее. Если это был не Ульварт, возможно, это было что-то или кто-то, кого они могли использовать против него.
Он отрицательно покачал головой.
— Но я знаю, что сейчас это не важно.
— Ну да, нам надо идти. — Эйра протянула руку. — Хочешь, я поведу?
— Спасибо за предложение, но я в порядке. Я возьму тебя за руку, если понадобится. — Дюко жестом предложил ей продолжать.
— Хорошо. — Эйра направилась к выходу из переулка.
За всю обратную дорогу они не произнесли ни слова. В доках было тише, чем в прошлый раз, когда они проходили мимо. Но Дюко все равно взял ее за руку, когда дым стал густым. Несколько человек, вышедших наружу, больше походили на мародеров, чем на Столпов. Тем не менее, Эйра свернула в несколько извилистых переулков после доков, пытаясь убедиться, что за ними никто не следит. Раз или два ей показалось, что она заметила движение краем глаза. Но это ни к чему не привело.
Она вздохнула с облегчением, которое отдавало привкусом пожарища в тот момент, когда увидела Фена. Эйра никогда не думала, что один из пиратов Аделы может так успокоить ее одним своим присутствием. Но когда альтернативой были Столпы, она выбирала пиратов.
— Хочу, чтобы вы оба знали, я ждал дольше, — Фен взглянул на свои карманные часы, — на десять минут.
— Твоя доброта не знает границ? — спросил Дюко, слегка запыхавшись.
— Только когда это касается тебя. — Фен похлопал Дюко по щеке, и Дюко отмахнулся от руки собеседника. — Итак, они у тебя?
— Да. — Эйра поправила сумку, висевшую у нее на плече.
— И, похоже, еще чего-то немного. — В глазах Фена появился голодный блеск, который заставил Эйру остро осознать, что при ней были рубины размером с монеты.
— Тебе не о чем беспокоиться, — холодно сказала Эйра. — А теперь пойдем, мы не хотим заставлять Аделу ждать.
— Ах, Аделу? — повторил Фен. — Я думал, что жители Опариума до сих пор не произносят ее имени, опасаясь проклятия. — То, как он подчеркнул это слово, показало, насколько нелепой ему показалась эта идея.
— Может, я и из Опариума, но мое сердце никогда не было там. — Эйра сохраняла спокойствие, думая о том, что будет дальше. Адела потребует дневники, и она ничего не сможет сделать, чтобы помешать ей получить их. Но они также были единственным козырем в ее переговорах с королевой пиратов. Она не могла просто… отдать их.
— А где было твое сердце? — спросил Фен.
— Может, тебе не надо знать?- Эйра бросила на него острый взгляд, который вызвал только смех, но он не стал настаивать дальше. Так что это кое-что значило. Она воспользовалась молчанием, чтобы продолжить обдумывать свои следующие шаги.
— Эй, Пайн! — Фен махнул рукой, подзывая другого пирата, который высадился вместе с ними. — Они вернулись.
— Пайн[1]? — выпалила Эйра, не сумев сдержаться.
— У многих в команде интересные имена, — сказал Дюко. — У многих из нас не было семей. Или, если и были, мы не хотим помнить или чтить их именами, данными им при рождении.
— Верно… — Эйра оглянулась при упоминании семьи. У нее не было времени попасть в Колизей, в то, что от него осталось. Что случилось с ее родителями? Неизвестность стала глубоко укоренившейся болью. Как раз тогда, когда она думала, что отношения с ее дядей улучшаются, когда она была готова помириться с родителями, все это было у нее отобрано. Еще одна вещь, которую украл Ульварт.
— Ты дал им дополнительное время, — проворчал Пайн, когда они направились по илистому берегу реки туда, где ждало судно.
— Я ничего подобного не делал. — Фен приложил кончики пальцев к груди, как будто был шокирован простым предположением.
— Дюко всегда был твоим любимцем.
— Ну, можно ли его винить? У Фена исключительный вкус. — Дюко прихорошился.
— У Фена вкус слепца, — сказал Пайн.
— Вот именно, поэтому мы так хорошо ладим. — Дюко помахал рукой перед лицом с ослепительной улыбкой. Все трое рассмеялись.
Их разговор выдавал глубокое знакомство. Это были узы, которые были такими же прочными, если не более, как у Эйры с ее друзьями. Дюко говорил правду… он был пиратом до мозга костей. Это были его союзники, друзья и, судя по тому, что он ей сказал, семья. Она предположила, что они знали его с тех пор, как он был мальчиком.
Когда вода дошла ей до груди, Эйра подняла сумку до головы, чтобы старые, хрупкие дневники оставались сухими. Она затянула ремешок петлей под мышками, а затем вокруг руки, закрепляя его на месте. Это было не особенно удобно, но не душило ее, и дневники останутся целы.
— Хочешь, я подержу? — предложил Фен, когда был на полпути к лестнице. Он протянул руку. – Давай, передавай.
— Нет, сама справлюсь. — Следующей поднималась Эйра. Если бы у нее была магия, она бы просто прошла к кораблю по льду. Возможно, не сделав так, это выдаст ее? Эйра поднималась по лестнице, ступенька за ступенькой. Она не могла тратить время на беспокойство о вещах, которые не могла изменить, только о том, как она будет управляться впредь.
— Ты дал им дополнительные десять минут, — эхом повторила Адела слова Пайна, обращенные к Фену, когда они вышли на палубу. Она сидела на деревянном складном стуле, кожа которого была подвешена между двумя сторонами для ее удобства. Несмотря на то, что кресло было простого изготовления, когда она сидела на нем, оно выглядело как трон.
— Я решил, что десять минут — это лучше, чем не получить обратно дневники, — ответил Фен.
— На нас напали Столпы как раз в тот момент, когда мы уходили, и это нас задержало, — объяснил Дюко.
Адела напевала, глядя, как Эйра расстегивает ремешок сумки, снова вешая ее на плечо.
— Эта сумка выглядит ужасно полной для нескольких дневников.
— Я захватила еще несколько вещей для себя и моих друзей. — Эйра не видела смысла скрывать это. — Это не заняло много времени.
— Что ж, тогда давайте посмотрим на них. — Адела положила обе руки на набалдашник своей трости, слегка наклонившись вперед и разведя колени в стороны.
Эйра схватила сумку, но вместо того, чтобы подойти, она отступила назад и перекинула ее через перила. Пираты двинулись к ней, но Адела остановила их, медленно подняв руку. Королева пиратов склонила голову набок, разглядывая Эйру.
— Скажи мне, чего ты надеешься достичь, маленькая Эйра? — Ее слова были подобны колючему морозу, стелющемуся по палубе вокруг ног Аделы, забирая все тепло из воздуха.
— Эти дневники довольно старые, не так ли? Я полагаю, что немного воды испортит пергамент и чернила. Вы потеряете все свои записи.
— До сих пор я прекрасно обходилась без них. — Адела опустила руку обратно на трость. Легкая улыбка тронула уголки ее губ.
— Верно, но вы так сильно хотели их, что зря потратили время… вы задержались здесь, в Меру, — теперь Эйра знала, что это было важно, благодаря Дюко, — чтобы позволить мне пойти и забрать их для вас. Даже если вам они не нужны, тогда… никто не стоит того, чтобы быть сентиментальным дураком, даже вы.
— Ты называешь меня дурой? — Адела встала.
— Не приближайтесь. — Эйра протянула другую руку в сторону одного из пиратов, который попытался подобраться к ней, надеясь, что идея о том, что она обладает магией, может сработать, по крайней мере, отчасти, как правдоподобная угроза. — Я брошу их.
— И потеряешь козырь? — Адела приподняла брови. Сердце Эйры упало. Что-то, должно быть, отразилось на ее лице, потому что Адела продолжила. — Мы обе знаем, что уничтожение дневников тебе невыгодно. Теперь я могла бы забрать их силой. Ты ничего не можешь сделать, чтобы остановить меня, но ты достаточно заинтриговала меня этой маленькой уловкой. Что для тебя так дорого, что ты рискуешь навлечь на себя гнев королевы пиратов?
— Мои друзья.
— Ах, да. Кстати, о том, чтобы быть сентиментальным дураком… — Голос Аделы звучал так, будто она насмехалась над мыслью о готовности пожертвовать собой ради тех, кто дорог, но разве она не та же самая женщина, которая приютила осиротевшего Дюко? Судя по кратким представлениям и знаниям, которые удалось почерпнуть Эйре, она могла бы поспорить, что в Аделе было больше сентиментальности, чем она показывала.
— Ты должна знать об этом, чтобы распознать.
Улыбка Аделы стала шире, но глаза сузились от раздражения.
— Ты все еще не назвала свою цену. Я устала от этой игры.
— Я хочу, чтобы вы освободили меня и моих друзей, — потребовала Эйра. — У нас нет с вами никаких дел.
— Эйра… — прошептал Дюко. Она почти слышала, что он сказал тогда, в Вариче. «Адела — единственная женщина, которая могла бы помочь тебе вернуть твою магию».
Ее слегка затошнило. Он был прав. Адела могла бы. Но это обойдется дороже, чем Эйра подозревала, что хотела заплатить. Ей лучше попытаться найти своего дядю или вернуться в Райзен, а затем в Солярис. Кто-нибудь сможет помочь ей на этом пути.
Требование, казалось, смутило Аделу.
— Твоих друзей — да, но тебя… у тебя нет со мной никаких дел? Говорит та, кто украла мое имя?
— Я говорила вам, что даже не думала об этом, — повторила Эйра то, что говорила ранее. Хотя то, как Адела сказала «тебя»… Были ли верны подозрения Эйры, что Адела солгала, что она не ее мать? Надо ли рисковать, продолжая бороться с тем, что, как она знала, было лучше для ее друзей. Но Эйра осталась непоколебима в своем решении.
— Я знаю, ты говорила, но мне еще предстоит вынести суждение по этому вопросу. — То, как говорила Адела, не оставляло сомнений, что она была судьей, присяжными и палачом. Эйра приготовила возражение, но Адела продолжила, прежде чем она успела вымолвить еще хоть слово. — Очень хорошо. Пусть будет по-твоему.
— Неужели? — скептически спросила Эйра.
Адела пожала плечами.
— Я пират, но также женщина своего слова. Оно так редко дается, почему бы и нет.
Это было слишком просто. Эйра порылась в своих мыслях, что далось ей тяжело. Она устала… очень устала. Близился рассвет, а она почти целый день не спала.
— А теперь, пожалуйста, мои дневники. — Адела разжала руку, выжидая. — Я не буду вежливо просить еще раз.
Эйра подтянула сумку обратно к себе и, волоча ноги, подошла к королеве пиратов. Вблизи Адела была еще более устрашающей. Эйре не нужно было чар, чтобы понять, что в воздухе витает угроза убийства. Она могла только представлять, какая непостижимая сила постоянно потрескивала вокруг нее.
— Вы отпустите нас?
— Конечно, — заверила ее Адела.
Эйра передала сумку в протянутую руку королевы пиратов.
— А теперь, друзья мои…
— Схватить ее, — просто приказала Адела.
— Но вы сказали…
— Я сказала, что отпущу вас всех. Я никогда не говорила, когда, как и в каком состоянии. — Она наклонилась вперед, нависая над Эйрой, заставляя ее замолчать силой одного своего присутствия. — Первое правило, которое ты должна усвоить, если собираешься когда-нибудь вступить в союз с королевой пиратов — быть предельно конкретной в своих переговорах.
Эйра хмуро посмотрела на женщину. Она сжала руку в кулак, а затем разжала пальцы, желая, чтобы ее канал открылся, но сила не пришла.
И она была слишком измучена и слаба, чтобы сопротивляться, когда голос позади нее произнес:
— Лофт нот.
Против своей воли Эйра погрузилась в глубокий сон без сновидений.
[1] Pine (англ.) – сосна.