Вдали виднелась бухта Черного Флага, растворяясь в небе цвета карамели. Эйра больше не стояла у штурвала «Шторма». Адела вновь взяла командование на себя и проложила прямой курс на Карсовию, их кладовые были полностью забиты. Как ни странно, несмотря на события этого дня, Адела, казалось, не была заинтересована в разговоре с Эйрой. Раньше это обеспокоило бы Эйру, но сейчас она не могла заставить себя беспокоиться.
Её тело всё ещё было расплавленным, пульсирующим от воспоминаний о Каллене и его губах на ней. Её бедро горело от ощущения руки Оливина, сжимающей его. Подумать только, в какой-то момент она разрывалась между этими мужчинами. Из-за таких вещей, как то, кто из них лучше для неё или, кто сделает её счастливее. Из-за чувства вины за то, что она не знала, к кому её сердце тянется сильнее.
Но в этот момент… она была свободна, как морской бриз. Ярка, как далекое солнце. Возможности были широки, как горизонт, а ее жизнь достойна изучения, как неизведанный путь. Ей не нужно было знать ответы на все вопросы прямо сейчас. Если бы она попыталась, то оказала бы им всем медвежью услугу. И она была абсолютно честна с обоими парнями (со всеми своими друзьями), в том, что касается её положения и того, чего она ещё не знала.
Вся ее жизнь была еще впереди. Ей так много предстояло узнать, когда со Столпами будет покончено. И, после полного разгрома их корабля, даже они казались ей преодолимыми. Впервые Эйра почувствовала, что в её распоряжении есть все ресурсы, чтобы поставить Ульварта на колени, а он даже не подозревает об этом.
Эйра оперлась руками о перила задней части корабля, размышляя о событиях прошедшего дня. Она даже не заметила приближения Каллена, пока он не занял место рядом с ней, прикоснувшись к ее боку.
— Думаю, я твой должник, — сказал он несколько застенчиво.
— Думаю, что да, — ответила она со смешком. — Я собираюсь убедить тебя в этом.
Каллен рассмеялся.
— Я надеюсь, что так. Я надеюсь, что ты оценишь меня гораздо выше. — Он с ухмылкой посмотрел в ее сторону.
— Я могла бы это устроить, как только мы окажемся вне корабля, где все смотрят друг другу через плечо. — Она отодвинулась от перил, демонстрируя свою силу и рост. Течения под ними по-прежнему подчинялись её воле — Боюсь, я не настроена на публику.
— Я тоже.
— Каллен… — Серьезность проскользнула в обращении. — Я тут подумала.
— Какое опасное занятие.
— Согласна. Я подумала, что как только все это закончится… как только Ульварт умрет, Столпы будут распущены, и останется не более чем несколько фанатиков, цепляющихся за ушедший идеал, с которым сможет справиться любое правительство, которое установит Меру… как только мои родители будут спасены, народы обретут мир, а Ви Солярис заключит свой договор…
— Всего лишь несколько вещей, — вставил он.
— Ну, парочка. — Она пожала плечами, будто все, что она перечислила, было пустяками. — Я тут подумала, что не собираюсь возвращаться на Солярис.
— Нет? — Он отодвинулся от перил, глядя на нее, нахмурив брови. Эйре стало интересно, вдруг он впервые увидел ее. По-настоящему увидел ее настоящую. Вероятно, потому, что она впервые почувствовала себя такой, потому что у нее сейчас появилось хоть какое-то представление, что она за человек.
— Я хочу, чтобы мои родители были в безопасности и вернулись домой, как и мой дядя. Но это их дом, а не мой, Солярис… не мой дом.
— Ты же знаешь, они любят тебя.
— Знаю. – Впервые она сказала это, недвусмысленно, без страха, без сомнений или оговорок. — Они проделали путь через полмира, чтобы посмотреть, как я выступаю. Они бросили всё, чтобы быть там, хотя я бы предпочла, чтобы они этого не делали. Я знаю, что они были несовершенны, и, если честно, есть вещи, за которые я никогда их не прощу… но я знаю, что они стараются. И, в каком-то смысле, этого достаточно. Может быть, недостаточно хорошо, чтобы мы могли проводить зимы вместе, греясь у камина, или лето на пляжах Опариума, но достаточно хорошо, чтобы сидеть за столом, когда я приеду в город, и вспоминать о тех временах, когда всё было просто, хорошо и легко. Они любили меня, как могли.
Он долго молчал. Эйра гадала, не думает ли Каллен о своём отце. Конечно, он тоже задавался вопросом, что с ним стало… но Каллен почти ничего не рассказывал об этом, и Эйра чувствовала, что не должна давить на него. То, что он переживал, было только его личным делом, пока он ей не рассказал.
— Если не Солярис, то где? Что дальше? — наконец спросил он.
Эйра пожала плечами.
— Я не знаю, где или что произойдет, когда все это закончится, при условии, что я выживу.
— Конечно, ты выживешь, — твердо и быстро сказал Каллен.
Она слегка улыбнулась ему.
— Было чудом, что мы выжили в Колизее. Я ни на что не надеюсь. Я знаю, во что ввязываюсь. Но, — продолжила она, прежде чем он успел что-то возразить, — если я выживу, то, думаю, хочу отправиться на поиски того, что для меня является домом.
— Где ты собираешься его искать?
— Где угодно. Везде. — Слова были такими же лёгкими, как морские птицы, которые следовали за кораблём, без усилий паря в воздухе. — Может быть, мой настоящий дом где-то там, за далёкими морями. Может быть, он прямо за этим горизонтом. — Эйра указала вдаль. — Может быть, он всё ещё в Солярисе, и я не узнаю этого, пока не исследую всё остальное и не пойму, что нигде мне не будет лучше.
Эйра наслаждалась ощущением палубы под ногами, которая резко контрастировала с мягко покачивающейся водой. Огромный океан простирался далеко за её пределами, и всё же её сила смешивалась с ним. Солёный ветер в волосах… Здесь действительно было спокойно, и она могла бы остаться здесь, пока не найдёт место, предназначенное ей судьбой.
— Думаю, что сяду на корабль, который даст нам Адела, и когда все это закончится, я собираюсь исследовать все, что смогу, насколько позволят ветры и течения.
Каллен снова замолчал. Она дала ему время обдумать то, что она только что сказала. В животе у неё завязался узел, вытесняя жар, который остался после их близости. Каллен так же, как и она, искал себя. Но если какая-то часть его души стремилась к титулам, дворам и балам… для них это был конец. Может, не сразу, но в конце концов. Потому что, хотя Эйра ещё не знала, где ей суждено быть, она понимала, что ей не место среди знати. Оставалась надежда, что это не помешает им наслаждаться обществом друг друга в ожидании…
— Что ж, если ты собираешься зайти так далеко, как позволяет море, то иметь рядом с собой Гуляющего по ветру было бы полезно.
Эйра резко повернулась к нему. Она почувствовала, как у неё приоткрылись губы, а рот открылся от удивления. Она отчётливо услышала его. И всё же она сомневалась.
— Каллен… то, что ты говоришь…
— Я знаю, что говорю, — мягко остановил он ее. Каллен взял ее за руку и переплел свои пальцы с ее. — Каждому капитану нужен первый помощник. Или, по крайней мере, кто-то, кто может быть уверен, что ветер всегда дует в паруса.
— Но твоя семья…
— Мой отец, вероятно, мертв, — тихо сказал он. Инстинктивно он повернулся на восток, глядя в направлении Меру. — Моя мачеха, вдова, вызовет сочувствие при дворе. С ней всё будет в порядке. И я никогда не был её любимчиком… Там мне больше нечего делать, кроме как притворяться тем, кем меня хотят видеть другие. Бездумно существовать, где я никогда не спрашиваю себя, чего я на самом деле хочу.
Эйра молча признала, что это звучит ужасно… но это была жизнь, которую он выбирал или, по крайней мере, принимал до сих пор. Неужели он действительно хотел все бросить?
— Как бы то ни было, жизнь, которую я хочу прожить, не будет полна похвал и удобств. Это будут трудности, голодные ночи и холодные дни.
— Если я и изголодаюсь, то только по твоим поцелуям. Если мне будет холодно, то только потому, что я в ожидании, когда ты придешь и согреешь меня. — Он посмотрел ей в глаза, подойдя на полшага ближе. — Твой дом может быть где-то там… но я искренне верю, что мой дом может быть с тобой.
— А что, если я выберу кого-нибудь другого? — прошептала она.
— Оливина? Ты можешь произнести его имя. — Каллен усмехнулся. — Мы оба хорошо знаем друг друга.
— Никогда не знаешь, вдруг, какой-нибудь здоровенный матрос собьет меня с ног и похитит мое сердце. — Эйра перекинула косу через плечо и искоса взглянула на него.
— Возможно. — Каллен, казалось, по-прежнему не был обеспокоен. — Эйра, я знаю, что ты не можешь обещать, что будешь чувствовать, кого выберешь, если вообще кого-то выберешь. Точно так же, как я не могу обещать, что буду чувствовать через год, пять лет или больше. Вечность — это очень далеко. Но сейчас я понимаю, что тебе нужно найти то, чего ты хочешь, для себя. Как и мне. Так что даже если он тоже будет рядом с тобой, даже если у тебя будет сотня любовников, я всё равно хочу пойти с тобой, потому что я иду не ради него, не ради них и не ради кого-то ещё, я иду ради себя и ради тебя.
Ее охватил шок. Вернулся жар, окативший ее тело с головы до ног и наполнивший тоской и восхищением. Со всеми эмоциями, которые она не испытывала к Каллену уже долгое время, и, возможно, никогда так искренне и сильно.
— Ты уверен? — Она старалась, чтобы в её голосе не прозвучала надежда. Это должно быть его собственное решение.
— Если я передумаю, я дам тебе знать.
— Но…
— Эйра, ты постоянно говорила мне, что я не могу всегда жить ради других. Что я должен жить ради себя. Я принял твои слова близко к сердцу. Это то, чего я хочу для себя, и я иду вперёд с открытыми глазами.
— Тогда… — её пальцы крепче сжали его руку, — для меня будет честью видеть тебя в своей будущей команде.
***
Якорь с грохотом и лязгом упал с борта корабля в воду. Вдалеке, на самом краю горизонта, виднелась серая полоса, где туманное рассветное небо встречалось с водой. Полоса была настолько тонкой, что, возможно, это была просто иллюзия. Но Эйра знала, что это не так.
Это была Карсовия.
— Ее Ледяное Величество хотела бы повидаться с тобой, прежде чем вы сойдете на берег, — прервала Ворона короткий разговор, который они все вели на носу судна, обсуждая, что им уготовила судьба. Они пытались составить план действий. Казалось, Эйра даст ответы на все вопросы.
— Я уверена, что скоро вернусь. — Она попрощалась с друзьями и последовала за Вороной в каюту Аделы. Ворона, как обычно, отошла в сторону, позволив Эйре войти одной.
Адела, как часто бывало, была за столом. Но вместо того, чтобы сидеть, она стояла, склонившись над картами. Металлические инструменты картографа сверкали на солнце, отбрасывая блики на выделанную и окрашенную кожу. Королева пиратов едва взглянула на Эйру, когда та подошла.
— Мы здесь, — сказала Адела без лишних слов, указывая на одно из побережий на карте. — Шахты находятся здесь. — Ее палец скользнул обратно на юго-запад.
— Почему бы не пришвартоваться в этом порту? — Эйра указала на город, примыкающий к шахтам, чуть юго-восточнее. Похоже, это был конец ближайшей к шахтам дороги.
— Слишком много кораблей. Нас мгновенно заметит флот Карсовии. Этот маршрут сложнее, но безопаснее. Больше гарантии, что вы доберетесь туда, при условии, что здравый смысл не покинет вас на суше. Как только сделаете, что нужно, пройдите через этот город и украдите лодку, чтобы вернуться.
— Ту лодку, которую вы нам обещали? — Эйра скрестила руки на груди.
— Что? Тебе мало? — Адела мысленно призвала трость и отодвинулась от стола.
— Это просто заставляет меня задуматься, почему я не украла лодку в бухте Черного Флага.
— Потому что все там убили бы тебя за это. И, если бы ты чудом выжила, ты бы перешла дорогу королеве пиратов, что не сулит долголетия. — Она указала на карты открытой ладонью. — Так ты получишь не только лодку, но и мою благосклонность.
— Действительно ценная вещь.
— Рада, что у тебя хватает здравого смысла так думать. Нам с тобой еще нужно поработать. — Адела сделала паузу, затем добавила: — Если что-то пойдет не так, и твое судно затонет в процессе возвращения на «Шторм» или оно окажется по-настоящему непригодным для плавания, я позабочусь о том, чтобы ты получила другое.
— Великодушно с вашей стороны.
— Мне сказали, что я неравнодушна к тебе. — Адела слегка улыбнулась.
— И почему это?
Она усмехнулась, покачала головой и проигнорировала вопрос, вернувшись к картам.
— Вам потребуется два дня, чтобы добраться отсюда до шахт. Я перемещу «Шторм» ночью на третий день и буду удерживать позиции один рассвет и один закат. Если вы не вернетесь к тому времени, я оставлю вас умирать.
— Не такая уж и не неравнодушная, — сказала Эйра с игриво.
— Больше, чем к большинству.
— Тогда я воспользуюсь вашей привязанностью и попрошу, чтобы тех, кто из Квинта, отправили домой, если я не вернусь. Моих друзей тоже, если они справятся без меня. — Когда королева пиратов ничего не сказала в ответ, Эйра положила руки на стол и посмотрела Аделе в глаза. — Пожалуйста.
— Хорошо, — сказала она после минутного раздумья. — Но я ожидаю, что ты докажешь мне, что наши тренировки… все знания, которые я вложила в тебя, были не напрасны.
— Я сделаю все, что в моих силах, — поклялась Эйра и отодвинулась от стола. — Если больше ничего нет…
— Я хочу его правую ногу, как доказательство его кончины, — холодно сказала Адела. — Нога за ногу.
Эйра замолчала, уставившись на замороженную ногу Аделы. Королева пиратов с кислым выражением лица выглянула в иллюминатор, пронзая взглядом Карсовию вдалеке.
— Я принесу ее вам. — Эйра не колебалась ни секунды.
— Хорошо, меньшего я и не ожидала. — Адела продолжала смотреть в иллюминатор, когда Эйра уходила.
Большая часть команды окружила маленькую шлюпку, привязанную к поручню «Шторма». Ее друзья уже расположились в шлюпке вместе с Вороной и Пайном. К удивлению Эйры, среди них были Лаветт и Варрен.
— Варрен? — тихо окликнула его Эйра, подходя к перилам. — Что ты делаешь? — её голос дрогнул от удивления. Она уже знала ответ.
— А что, по-твоему, я делаю? — Он выдавил из себя улыбку, явно пытаясь быть храбрым, и явно терпя неудачу.
И все же, несмотря на это, он действительно казался еще сильнее, от его растрепанных ветром рыжих волос до румяных, веснушчатых щек. Вместе с кривоватой улыбкой, не сходящей с его лица, несмотря на все, через что ему пришлось пройти.
— Вам нужен проводник, а я единственный, кто действительно знает эту землю. Я знаю входы и выходы из шахт. К тому же, у меня там есть кое-какие незаконченные дела.
— Ты рассказал нам все подробности, с нами все будет в порядке. — Эйра запомнила каждую историю о Слипе и шахтах, которую он рассказал.
— Поверь мне, я приложила все усилия, чтобы отговорить его от этого, — сухо сказала Лаветт. В ее взгляде читалось недовольство. – Тебе действительно стоит сказать ему, не делать этого.
— Я не собираюсь этого делать, это его решение, — сказала Эйра, не обращая внимания на многозначительный взгляд Лаветт.
— Хорошо, давайте отчаливать, пока я не передумал. — Варрен устроился поудобнее.
Эйра села в лодку. Варрен и Лаветт сидели сзади. Эйра расположилась перед Лаветт в том же ряду, что Ноэль и Элис. Перед ними сидели пираты, между которыми втиснулся Дюко. Каллен, Оливин и Йонлин сели на носу.
Ворона приказала спустить лодку, и канаты застонали. Лодка слегка покачнулась, и Лаветт воспользовалась возможностью, чтобы высказать что-то Эйре. Эйра была готова.
— Если с ним что-нибудь случится, это будет твоя вина, – прошептала она на ухо Эйре, обдавая горячим дыханием.
Эйра оглянулась.
— Я не диктую людям, что они могут делать, а что нет.
— Это твоя работа. — Лаветт явно не хотела, чтобы Варрен шел с ними. Вероятно, она не хотела идти сама… и на то были веские причины. Эйра вряд ли винила их, поэтому проигнорировала язвительные замечания Лаветт.
— Моя работа — держать всех в курсе событий, чтобы мы все могли принимать наилучшие решения.
Лаветт фыркнула и отстранилась.
Эйра посмотрела на них обоих, и, прежде чем Лаветт продолжила, сказала:
— Адела сказала, что доставит вас двоих в Квинт, что бы с нами ни случилось.
— Что? – выпалили Лаветт и Варрен, казалось, в унисон. Они оба уставились на нее широко раскрытыми глазами.
— Я попросила ее об этом. Я не думала, что ты пойдешь, и хотела убедиться, что вы доберетесь домой. Если ты не хочешь идти, я могу соорудить тебе ледяную лестницу, чтобы подняться обратно на борт, — поспешно сказала Эйра.
— Эйра, — мягко перебил Варрен. – Спасибо, но я не уйду. Мне нужно это сделать. Не только ради вас всех или чтобы вернуться домой, но и ради самого себя.
Она увидела решимость в его глазах, когда лодка с плеском опустилась на воду. Решимость и страх Варрена были одинаково ощутимы. Значит, это было не только ради неё. Эйра слегка улыбнулась ему и кивнула, повернувшись вперёд. Лаветт могла продолжать винить её, и Эйру это устраивало. Она могла справиться с ответственностью и сопутствующей ей виной.
— Эйра, если ты не против. — Ворона указала на материк.
Призывая магию, она вызвала волну. Та собралась позади лодки, и они помчались вперёд, подгоняемые течением, созданным Эйрой. Лодка описала дугу в воде, направляясь к берегу. Солнце поднималось, освещая далёкую полоску суши, которая росла над морем по мере их приближения. Это были не пологие, мягкие берега пиратского острова, а скалистые утёсы, больше похожие на утёсы Соляриса, с которыми Эйра была знакома в Опариуме.
— Видишь ту темную трещину в скале? – перекрикивая ветер, спросила Ворона. Эйра кивнула. — Направляйся туда.
Она сделала, как ей было сказано. Трещина в скале на самом деле была расщелиной между двумя утёсами, которая спускалась к океану, где разделялась надвое. Эйра замедлила течение, когда они вошли в естественный туннель. Камни здесь были другими, чем в Солярисе, бледно-белыми и спрессованными, как колонны.
— Это создал чародей? — спросил Йонлин. Скала выглядела слишком идеально, чтобы быть естественного происхождения.
Элис провела кончиками пальцев по одному камню, когда они его миновали.
— Если и так, то это было очень давно…
— Возможно, ты ничего не сможешь почувствовать, — сказал Варрен. — Скалы существуют здесь целую вечность. В Карсовии этот регион называют Разрушенной Стеной Текула.
— Кем был Текул? — спросила Ноэль.
— Чародеем, настолько могущественным, что он создал эти отвесные скалы по всему восточному побережью одним взмахом руки, чтобы сдержать бушующие моря древних веков, которые могли поглотить землю Карсовии. — Варрен говорил так, будто ему приходилось повторять эти «факты» (щедрый термин) много раз. — Он стал первым императором Карсовии. Говорят, что он прожил тысячу лет и переспал с тысячей женщин. Он был тем, кто объединил дальние королевства под своим знаменем. Они называли его Повелителем Бесконечной Крови.
— Весело, — пробормотала Ноэль.
— Это Карсовия. Если история не написана кровью побежденных, то ею не стоит делиться… — Варрен замолчал. Его взгляд был затуманен в тусклом свете магического круга Оливина.
— Не знаю, насколько хорошо стена защищает от первобытных морей, но она совершенно не защищает от пиратов. — Ворона ухмыльнулась.
Туннель вывел к небольшому озерцу, окружённому камнями, похожими на ступеньки. Когда вода закончилась, Эйра направила лодку к одному из самых низких каменных плато. Её друзьям не нужно было никаких указаний, чтобы высадиться на берег.
Они сходили с лодки по очереди. Дюко, Каллен, Оливин и Йонлин вышли первыми. Затем Эйра, Элис и Ноэль. Она протянула руку назад, помогая вылезти Лаветт.
Затем настала очередь Варрена.
Он стоял в лодке совершенно неподвижно, пока Эйра придерживала лодку на воде. Варрен уставился на камень так, словно собирался сразиться с человеком, который сам управлял шахтами.
— Еще не слишком поздно, Варрен. Ты можешь вернуться, — мягко сказала Эйра.
— Никто из нас не будет думать о тебе хуже, — добавила Лаветт. Остальные согласно кивнули. — Если хочешь, я вернусь с тобой. С радостью.
Варрен перевел взгляд с камня на Лаветт. Он протянул ей руку, девушке, которая направляла и охраняла его с первого момента, как он покинул Карсовию. Эйра отступила в сторону, давая им пространство. Лаветт неохотно взяла его за руку и помогла выбраться из лодки.
Одна нога. Затем вторая. Варрен встал, уставившись на ноги, затем снова на лодку. Как будто он не мог поверить, что ему удалось это сделать. Как будто они двигались сами по себе.
С огнем в глазах Варрен повернулся к ним. Его тон не оставлял места для вопросов.
— Вперед.