ИЗОЛЬДА
КРОВАВАЯ КОРОНА на моей голове больше не кажется мне странной. После месяца ежедневного ношения её в уединении, где меня никто не видит, тяжесть стала привычной; случайные уколы её шипов почти успокаивают.
Как друг, который подталкивает меня в спину, когда мои мысли блуждают.
Я изучаю древний фолиант, разложенный передо мной на столе Блэкриджа, стараясь не повредить хрупкие страницы. В нем система притоков описана более подробно, чем где-либо в главной библиотеке Серебряных Врат, а нарисованные от руки карты показывают связи, о существовании которых я и не подозревала.
— Увлекательно, не правда ли? — голос Блэкриджа отвлекает моё внимание от текста. Он стоит у высокого окна в своём кабинете.
— Очень, — соглашаюсь я, намеренно не уточняя, какой аспект мне кажется наиболее интересным. — Хотя мне любопытно, почему вы решили поделиться этими личными архивами со мной именно сейчас.
Блэкридж отворачивается от окна, выражение его лица, как всегда, непроницаемо.
— Ты доказала, на что способна, мисс Морворен. Кровавая корона полностью приняла тебя. Пришло время тебе понять, что это значит в полной мере.
Он подходит к шкафу, достает графин и два маленьких бокала.
— Вина? Оно довольно старое, даже по моим меркам.
Я киваю, наблюдая, как он наливает тёмно-красную жидкость, которая, кажется, слегка мерцает в свете лампы.
— Сколько вам лет? — спрашиваю я прямо, хотя и не жду ответа.
Он протягивает мне бокал, и едва заметная улыбка касается его губ.
— Я довольно стар.
Я закатываю глаза и делаю глоток вина, удивляясь его сложному вкусу, ни сладкому, ни горькому, а чему-то совершенно другому.
— Что всё это значит на самом деле?
Блэкридж садится в кресло напротив меня, устремив на меня пристальный взгляд.
— Я начинаю уставать. Даже такие существа, как я, в конце концов ощущают тяжесть столетий.
— Такие существа, как вы, — осторожно повторяю я. — Какие именно?
— Обсудим это в другой раз, — он отмахивается от вопроса. — Важно то, что я довольно долго искал своего преемника.
Его слова повисают в воздухе между нами. Я осторожно поставила свой бокал на стол.
— Вы не можете иметь в виду меня.
— Почему бы и нет? — Снова этот призрак улыбки. — Серебряные Врата выбирают не случайно, мисс Морворен. Как и я.
— Мне двадцать один, — подчёркиваю я. — Я студентка.
— Пока, — он слегка наклоняется вперёд. — Но студенты заканчивают учёбу. Они становятся учёными, преподавателями и лидерами. Это естественный процесс.
— И вы действительно думаете, что я могу к этому стремиться? — я должна была бы ужаснуться той ответственности, которую он собирается на меня взвалить, но всё, что я чувствую, — это то, что всё встает на свои места, кусочки головоломки складываются вместе, открывая картину, которую я до конца не видела раньше. — Вы хотите, чтобы я когда-нибудь стала директрисой, — говорю я, и это звучит скорее как утверждение, чем как вопрос.
— Рано или поздно, — подтверждает он. — Не сразу, конечно, и даже не в ближайшем будущем. Сначала тебе предстоит многому научиться. Я предлагаю свой путь. После выпуска ты станешь моим ассистентом преподавателя, специализирующимся на изучении ядра. Позже станешь профессором. А когда придёт время, моей преемницей.
— И сколько времени займёт этот путь? — спрашиваю я, испытывая искреннее любопытство, несмотря на свои сомнения.
— Это полностью зависит от тебя, — Блэкридж встаёт и подходит к одной из стеклянных витрин. — Десятилетия, столетия, кто знает? Рассмотри моё предложение. Мы можем обсудить твоё решение, когда начнётся новый семестр.
Я беру ключ, ощущая его тяжесть в ладони.
— А если я откажусь?
— Тогда ты останешься защитницей Серебряных Врат, не более того, — выражение его лица ничего не выражает. — Выбор полностью за тобой, мисс Морворен. Это, пожалуй, самое важное качество из всех — готовность выбрать этот путь, а не позволять навязывать его тебе.
Поднимаясь со стула, я киваю.
— Я подумаю об этом.
— Это всё, о чем я прошу, — он бросает взгляд на декоративные часы на своём столе. — А теперь, я полагаю, тебе следует посетить празднование окончания учебного года. Твои друзья будут удивляться, куда ты пропала.
Отказ очевиден. Когда я подхожу к потайной двери, Блэкридж говорит ещё раз.
— Мисс Морворен.
Я поворачиваюсь в ожидании.
— Что бы ты ни решила, знай, что я выбрал правильно.
Это больше всего похоже на комплимент, который я когда-либо получала от него, и даже больше. Он знал. Он с самого начала знал, кем я была и кем стану. Я киваю и выскальзываю за дверь в коридор.
Звуки праздника доносятся до меня ещё до того, как я добираюсь до Большого зала, музыка и смех разливаются в вечернем воздухе.
Я останавливаюсь у входа, любуясь происходящим. Зал преобразился благодаря серебристо-голубому освещению, столам, уставленным едой и напитками, а также студентам и сотрудникам, которые собираются группами. Атмосфера настоящего праздника, а не официальной церемонии.
— Вот и ты! — Айзек замечает меня первым и пробирается сквозь толпу, чтобы подойти ко мне. Он выглядит более расслабленным, чем я видела его за последние недели, его обычное самообладание смягчено неподдельным счастьем. — Блэкридж задержал тебя допоздна?
— Что-то вроде того, — отвечаю я, не совсем готовая делиться всеми подробностями нашего разговора. — Кажется, тебе здесь нравится.
— Как ни странно, нравится, — он протягивает мне бокал с чем-то игристым. — Сегодня разговаривал с Элизой. Она говорит, что восстановление Крепости Теней продвигается успешно. Приток течёт сильнее, чем когда-либо.
— Это хорошие новости, — я делаю глоток, пузырьки приятно покалывают.
— А вот и она! — голос Си-Джея пробивается сквозь толпу, когда он приближается, ведя за собой Уильяма и Кассиэля. Улыбка Си-Джея становится шире, когда он подходит к нам и целует меня в щеку. — Блэкридж, наконец, освободил тебя от того таинственного дела защитницы, которое он планировал?
— В конце концов, — говорю я с улыбкой.
— Как продвигаются исследовательские планы? — спрашиваю я Уильяма. Он снова стал таким, как обычно, крутым. Его сущность полностью восстановлена после насилия Дамадер, и он не оглядывается назад.
— Подтверждено участие в летней программе, — отвечает он. — Профессор Уинфилд считает, что мой опыт может дать уникальное представление о магии сущности.
— Это дипломатичный способ сказать, что «частичное извлечение твоей души делает тебя интересным лабораторным образцом», — замечает Си-Джей, заслужив сердитый взгляд Уильяма.
— Это лучше, чем твои планы на лето, — парирует Уильям. — Бесконечные совещания с семейным советом Аквил о том, какой изгороди в следующий раз придать форму белки.
Си-Джей морщится.
— Не сваливай это на меня. У моей мамы проблемы с садом.
— По крайней мере, ты отдохнёшь от нас, — поддразниваю я, прислоняясь к его плечу.
Выражение его лица внезапно становится серьёзным.
— Вообще-то, я хотел кое-что обсудить с тобой. Наедине.
Айзек, Уильям и Кассиэль так быстро переглядываются, что я едва успеваю это заметить. Здесь происходит что-то, во что я не посвящена.
— Сейчас? — спрашиваю я, оглядывая празднование в самом разгаре.
— Подходящий момент, — подтверждает Си-Джей, предлагая руку с необычной официальностью.
Я смотрю на остальных, ожидая объяснений, но все они приняли нарочито невинное выражение лица, которое никого не обманет.
— Ладно, — говорю я, беря Си-Джея за руку. — Веди.
Когда мы выходим из Большого зала, звуки праздника затихают позади нас. Воздух становится прохладным после тепла переполненного зала. Лето кажется таким далёким в разгар зимы.
Си-Джей ведёт меня по знакомой тропинке, но сегодня вечером что-то кажется другим. Среди листвы плавают крошечные огоньки, это не стандартная подсветка, а что-то более продуманное, создающее дорожку вглубь сада.
— Что ты сделал? — спрашиваю я, не в силах сдержать улыбку в голосе.
— Ничего особенного, — отвечает Си-Джей с притворной беспечностью. — Просто внёс некоторые коррективы в наш обычный маршрут.
Тропинка ведёт к небольшой поляне, которую я никогда раньше не замечала, укрытой вековыми дубами и выходящей окнами на западную часть Серебряных Врат. На траве расстелено покрывало, окружённое множеством плавающих огней, которые отбрасывают на всё мягкое золотистое сияние. За поляной на фоне темного неба возвышаются башни Серебряных Врат.
— Тут прекрасно, — тихо говорю я, любуясь пейзажем.
— Мне помогли, — признаётся Си-Джей, подводя меня к одеялу. — Манипуляции Кассиэля со светом пришлись как нельзя кстати.
Мы сидим рядом, любуясь видом.
— Лето будет странным, — говорю я после приятной паузы. — Все разбегутся по разным местам.
— Ненадолго, — уверяет меня Си-Джей, его рука находит мою. — Или вообще, если будет по-моему.
— О? — я приподнимаю бровь.
Си-Джей слегка переминается с ноги на ногу, его обычная уверенность внезапно сменилась тем, что я редко в нём замечаю: нервозностью.
— Изольда, — начинает он более официальным тоном, чем обычно. — Прошедший год был, мягко говоря, неожиданным.
Я тихо смеюсь.
— Можно и так сказать.
— Когда я впервые встретил тебя, я подумал о тебе как о младшей сестре Айзека. Горячей и невинной. Той, кого я мог бы развратить, — его большой палец чертит круги на моей ладони, а глаза словно подзадоривают меня прокомментировать это. Ну уже нет. Я знала это с самого начала. — Я и понятия не имел, что ты станешь для меня незаменимой.
Напряжённость в его голосе застаёт меня врасплох.
— У меня была подготовлена целая речь, — продолжает он с лёгкой самоуничижительной улыбкой. — Очень красноречивая. Сейчас совершенно забытая.
— Си-Джей, — начинаю я, но он качает головой.
— Дай-ка я попробую ещё раз, — он делает глубокий вдох, не сводя с меня пристального взгляда. — Я никогда раньше не испытывал ничего подобного.
Он достаёт из кармана маленькую коробочку, обтянутую тёмно-синим бархатом. У меня перехватывает дыхание, когда он открывает её, и я вижу кольцо, сверкающее в мягком свете. Массивный квадратный сапфир в окружении бриллиантов, оправленный, похоже, в белое золото или платину.
— Папа подарил его маме некоторое время назад. Это кольцо в знак обещания, что однажды она выйдет за него замуж, — объясняет он, и его голос смягчается. — Там, откуда я родом, оно стоит целое состояние, но не это делает его таким особенным. У моих родителей были странные отношения, насчитывающие более тысячи лет. Это отвратительно, сложно и порой просто пугает. Но это, это стало началом новой жизни для них. Она хотела, чтобы я подарил его тебе.
Значение этого слова сильно поражает меня.
— Я сказал тебе, что дам тебе свою фамилию, и это часть этого.
Он достаёт кольцо из коробочки и держит его между нами, сапфир сверкает в свете парящих фонарей.
— Ты выйдешь за меня замуж?
— Да, — говорю я с улыбкой, чувствуя, как правильность этого слова окутывает меня, словно знакомый плащ. — Да, выйду.
Его улыбка затмевает все огни, когда он надевает кольцо мне на палец. Оно идеально подходит, оно несёт в себе всю историю и значение.
Ещё один символ, ещё одна связь.
Си-Джей наклоняется вперёд, и его поцелуй несёт в себе все эмоции, которые невозможно передать словами.
— Я так понимаю, остальные знают об этом? — спрашиваю я, когда мы отстраняемся друг от друга, вспоминая их подозрительное поведение ранее.
— Возможно, с ними посоветовались, — допускает Си-Джей. — И они могут ждать где-нибудь поблизости с шампанским.
С другой стороны поляны раздаётся голос Уильяма.
— Уже пора?
— Выходите, — смеясь, отвечаю я.
Уильям появляется первым, неся бутылку шампанского и бокалы, за ним следуют Кассиэль и Айзек. Никто из них, похоже, даже отдаленно не удивлён кольцом, которое теперь украшает мой палец.
— Поздравляю, — говорит Айзек, и в его голосе звучит неподдельная радость, когда он обнимает меня. — Хотя я оставляю за собой право пригрозить Си-Джею физической расправой, если он когда-нибудь причинит тебе боль.
Уильям открывает шампанское, наполняет бокалы и передаёт их по кругу.
— Я не понимаю этого ритуала, но я знаю, что он много значит для Аквилы. Я также знаю, что это не умаляет твоих чувств ко мне и Кассиэлю.
— Так и есть, — говорю я, качая головой. — Я люблю вас всех.
Кассиэль берёт меня за подбородок и дарит долгий поцелуй.
Си-Джей обнимает меня за талию, притягивая к себе, чтобы защитить от холода. Сапфир на моём пальце переливается всеми цветами радуги.
— Отличный год, — замечает Уильям, наблюдая эту картину. — Я понятия не имел, что стану цельным, когда вы все приехали сюда в начале семестра.
— А в следующем году? — спрашивает Айзек, глядя на меня. — Какой новый хаос нас ждёт?
Я думаю о предложении Блэкриджа, о возможном пути, который открывается передо мной.
Ассистент, профессор, директриса. Будущее, которое я никогда не представляла, но которое внезапно кажется возможным, даже правильным.
— Что бы ни случилось, у нас есть будущее.
Кровавая корона теперь стала частью меня, не только физически, но и по сути. Защитница Серебряных Врат, хранительница притока, возможно, когда-нибудь я стану преемницей Блэкриджа. У меня есть три парня, которые сделают для меня всё, что угодно, и я отдам за них свою жизнь в ответ. Мой брат сейчас ближе, чем когда-либо, и я не могла бы быть счастливее прямо сейчас, даже если бы попыталась.