ИЗОЛЬДА
МЫ идём по коридорам Серебряных Врат, знакомые каменные стены кажутся уютными и в то же время сковывающими. Студенты и сотрудники, мимо которых мы проходим, бросают на нас любопытные взгляды, но никто нас не останавливает. Тяжесть того, что нам предстоит сделать, с каждым шагом всё тяжелее ложится мне на плечи.
— Сперва защита, — бормочу я, мысленно протягивая руку к защитным барьерам, окружающим академию. Они немедленно откликаются, признавая мою силу как защитницы.
— Иззи.
Услышав своё имя, я оборачиваюсь и заставляю себя улыбнуться.
— Айзек.
— Всё в порядке?
Он приподнимает бровь, услышав мой резкий тон.
— В порядке, — он бросает сердитый взгляд на Си-Джея, Уильяма и Касса, прежде чем снова посмотреть на меня. — А ты как?
— Отлично. Нам просто нужно немного… позаниматься.
— Ты на год младше их, — он указывает подбородком. — Как именно позаниматься?
— Так, как тебе лучше не знать, — говорит Си-Джей, хлопая Айзека по плечу.
Айзек пристально смотрит на Си-Джея. Я вижу его раздражение, но также и печаль из-за того, что он скучает по своему другу. Я прикусываю губу, прежде чем выпалить:
— Когда мы вернёмся с нашей учебной сессии, как насчёт того, чтобы вы двое немного потусовались? Хм?
Айзек сердито смотрит на меня за то, что я вмешиваюсь, но, если бы я ничего не сказала, мы бы всё ещё стояли здесь завтра, и нам нужно было бы поджарить одну сучку.
Си-Джей кивает Айзеку, выражение его лица слегка смягчается.
— Определённо. Ты согласен?
— Да, — говорит Айзек.
И, судя по всему, они всё это выдумали, поскольку Айзек хлопает Си-Джей по плечу.
— Что бы это ни было, запомни свои слова.
Си-Джей кивает.
— О, это не изменилось. Если уж на то пошло, я имею в виду больше.
Айзек мгновение изучает его, а затем кивает.
— Увидимся позже.
— Пока, — говорю я и неловко машу рукой, надеясь, что это не последний раз, когда я его вижу, но на всякий случай я бросаюсь к нему и крепко прижимаю к себе.
Он отвечает мне тем же, а когда отстраняется, на его лице отражается беспокойство.
Прежде чем он успевает что-либо сказать, я заикаюсь.
— Нам тоже нужно скоро встретиться. Я скучаю по тебе.
— Я тоже скучаю по тебе, Иззи, — говорит он и отступает на шаг. Он не дурак. Он знает, что происходит что-то серьёзное, но я не могу допустить, чтобы он вставал на мою защиту.
Он нужен мне здесь, чтобы помнить обо мне, если всё пойдёт наперекосяк.
Я заставляю себя повернуться и уйти. Ребята следуют за мной, тихие и задумчивые.
Как только мы оказываемся на улице, напряжение немного спадает, и я откашливаюсь.
— И куда же приведет нас этот камень времени? — спрашиваю я.
— Куда бы ты ни захотела отправиться, — говорит Си-Джей. — Но в данном конкретном случае я бы посоветовал, как только это откроется, думать о ядре в моём королевстве. Думай об этом и не переставай думать, пока мы туда не приедем. Я должен быть в состоянии подключиться к любой частоте магии, на которой он работает, потому что это мой мир. Я понятия не имел обо всем этом дерьме до того, как пришёл сюда, — добавляет он, серьёзно нахмурившись. — Магия была просто магией, но теперь я вижу её совершенно с другой стороны. Откуда она берётся, в чем его красота, в чем её предназначение. Если я смогу почувствовать её и настроиться на её волну, она придаст нам столь необходимый импульс.
Я киваю, понимая всю серьёзность его слов.
— Интересно, где оно находится? — бормочу я, глядя на Серебряные Врата и представляя академию в его мире, под огненным шаром, который они называют солнцем. — Ладно, — говорю я, протягивая руку, чтобы в последний раз коснуться защитных чар, окружающих Серебряные Врата. Они мерцают под моей мысленной лаской, веками накапливаемая защитная магия признает мою власть. — Пора выходить в открытое пространство.
Защита растворяется от одной мысли, позволяя нам пройти сквозь неё.
Отсутствие их защиты сразу же вызывает тревогу, как если бы мы вышли на улицу без одежды в зимний день.
Мы поспешно пересекаем границу, и я снова поднимаю их, чтобы защитить не только студентов и персонал, но и ядро.
— У нас есть максимум несколько минут, — бормочет Уильям.
— Хорошо, — отвечает Си-Джей, доставая из кармана камень времени. Маленький чёрный камешек, который содержит в себе такую сильную магию, выглядит как обычный камешек, и я проглатываю свои сомнения. Получится. Так и должно быть. — Все должны касаться меня, когда я активирую его. И помните, думайте об узах. Больше ни о чём.
Мы устраиваемся вокруг Си-Джея, кладём руки ему на плечи, на предплечья или в любое другое место, где можем поддерживать контакт. Мы, должно быть, выглядим нелепо, стоя здесь, прижавшись друг к другу. Дамадер наверняка поняла, что что-то не так.
Температура резко падает. Тени разливаются по земле, как чёрные чернила, и Дамадер материализуется из темноты между деревьями. Её серебристо-красные глаза тут же устремляются на нас, а совершенные черты лица искажаются маской холодной ярости.
— Убегаете, детишки? — её голос разносится издалека, мелодичный и смертоносный. — Какое разочарование.
Она идёт к нам со всей уверенностью женщины, которая думает, что у неё на руках все козыри, каждый шаг просчитан и обдуманней. Трава увядает под её ногами, оставляя за собой смертоносный след.
Никто из нас даже не дышит.
Тёмная энергия вырывается из её рук, хлеща нас, словно плети теней. Я инстинктивно поднимаю щит, серебряный огонь вспыхивает вокруг нашей группы, но я чувствую, как её сила давит на меня, выискивая слабые места.
— Тебе от меня не убежать, — рычит она, и её самообладание, наконец, даёт трещину.
— Уильям принадлежит мне!
Дамадер бросается вперед с нечеловеческой скоростью, выпустив когти. Она бьётся о мой щит, но затем останавливается, когда никто не убегает, не вздрагивает и не пытается напасть на неё.
Её глаза сужаются, и я сглатываю. Дерьмо. Она знает, что что-то не так. Я отпускаю Си-Джея. Касс стоит рядом и бросает на меня вопросительный взгляд. Я смотрю на него в ответ, он понимает, что я имею в виду, и тоже отпускает Си-Джея. Уильям делает то же самое и продолжает атаку кровавой ракетой, которая пронзает Дамадер насквозь, и, похоже, это причиняет ему боль.
Мы с Си-Джем обмениваемся разочарованными взглядами, но сейчас нам приходится импровизировать.
Каким-то образом мы должны скоординировать эту атаку, чтобы все мы оказались в ограниченном пространстве на расстоянии вытянутой руки друг от друга и это не выглядело слишком очевидным.
В моей голове рождается идея, и я поворачиваюсь по кругу с протянутой рукой, в то время как парни сосредотачиваются на Дамадер, оставляя меня наедине с безумным планом, который, как они знают, я придумываю.
И это безумие.
Я создаю вокруг нас защитный круг, который будет становиться всё меньше и меньше по мере того, как от него будет исходить всё больше магии. Это похоже на ограничения, которые становятся всё жестче, чем больше вы сопротивляетесь. Через несколько секунд мы будем раздавлены, и нам некуда будет идти, кроме как во владения Си-Джея, а камень времени перенесёт нас.
Серебряный круг вылетает из моей протянутой руки, расширяясь, прежде чем принять смертоносную форму. Дамадер слишком увлечена парнями, чтобы заметить, что магический барьер уже приближается к нам.
Чем больше магии попадает в круг, тем быстрее он сжимается, заставляя нас всех собраться вместе. Уильям врезается мне в спину, а Кассиэль отшатывается в сторону. Си-Джей держит камень времени наготове и крепко сжимает его. Нам просто нужно ещё несколько секунд, пока мы не окажемся друг на друге.
— Что это? — рычит Дамадер, когда её оттесняют на несколько дюймов от меня. Она шипит, но я рычу в ответ и швыряю в барьер струю магии.
Мы все объединяемся, и Си-Джей активирует камень времени. Я отчаянно сосредотачиваюсь на ядре в королевстве Си-Джея, на солнце, на месте, где мы наконец сможем покончить со всем.
Я не знала, чего ожидать, но не думала, что всё будет так просто и гладко. В одну секунду мы находимся под тёмным небом моего королевства, а в следующую уже стоим в очень большом вестибюле, залитом ярким светом, льющимся сквозь витражные окна. Я вскрикиваю и закрываю глаза рукой, чтобы защитить их от этой пытки, когда слышу, как Си-Джей рычит.
— О, ты, чёрт побери, должно быть, шутишь!