Скарлет
Мой консультант однажды сказал мне, что слова «если бы она делала всё сама» чаще всего фигурировали в моих оценочных листах, чем у какого-либо другого кадета в истории Академии Авроры. И я почти уверена, что он имел в виду нечто иное, когда сказал мне:
— Практика — пусть к совершенству, кадет Джонс.
Но за сегодняшний день я умерла около тридцати семи раз, и оказывается, я довольно талантлива в этом. Звучит странно, знаю. Может быть, даже немного безумно. Но как бы странно и болезненно это не происходило, я начинаю подозревать, что главная причина, по которой люди боятся смерти — они не знают, что будет после. Зила, Финиан, Нари и я знаем, что будет после. По крайней мере, с нами. И от этого почему-то становится сложнее бояться, когда знаешь, что грядёт.
Чёрный свет.
Белый шум.
На мгновение у меня закружилась голова.
И вот я снова стою перед Финианом на борту нашего шаттла, с истребителем лейтенанта Нари Ким, которая ждет снаружи во мраке. Страх исчез не сразу. И поначалу странность всего этого была так тяжка, что на какое -то время я задумалась, не лучше ли просто оставаться мёртвыми.
В этом было нечто неправильное.
Даже неестественное.
Но, как я уже говорила, я девушка с наполовину наполненным стаканом. И как только страх исчезает, я должна признать…, вся эта штука с бессмертием почти удивительна. Итак, мы предприняли очередную попытку проникнуть в кабинет доктора Пинкертона.
Попытка №37, если быть точной, раскрыть секрет того, что творится в аду внутри этого объекта. Позвольте вкратце рассказать вам об этом.
Во-первых, мы обнаружили, что нам нужно получить доступ к уровням администратора через шахты лифтов, а не аварийные лестницы, как поначалу рассказала нам лейтенант Ким. Лестница А ведет в неэкранированную часть здания, а мы уже видели, что происходит, когда квантовый импульс достигает станции, а мы все просто стоим там и смотрим на это великолепие.
ЗААААААПППППП.
Вам, возможно интересно, почему мы не подождем, пока бахнет импульс, а после не поднимемся туда. Отличный вопрос. К сожалению, это мы уже пробовали, и обнаружили, что пока мы слишком долго болтались по нижнему уровню, охрана обнаружила нас, ни дважды, а целый три раза подряд.
БЛАМ.
БЛАМ.
БЛАМ.
Оказывается, даже несмотря на повреждения станции, некоторые камеры еще продолжают работать. Кто бы мог подумать, что парни из секретной службы на тайной военной базе так серьезно относятся к присутствию диверсантов? Я-то думала, что получить удар по сисечкам больно. Позвольте вас заверить, получить в них пулю еще больнее.
БЛАМБЛАМ.
Мы решили попытать счастья с лестничной клеткой В в наше следующее путешествие, но добавилась одна новая странность. Видите ли, добрый лейтенант Ким решила выбрать другой маршрут, чтобы встретиться с нами, дабы сэкономить несколько минут своего путешествия. Она вошла в коридор 16В, на уровне 6, и в этот самый момент переборка сломалась, и атмосфера коридора была выброшена в космос.
ХИИИИИИИИШШШШШШШ.
БАМ.
И хотя в этот самый момент Зила, Фин и я всё еще ползли по мусору, внезапно всё исчезло, черный свет, белый шум, головокружение…, я возвращаюсь на борт нашего шаттла, и снова смотрю в большие красивые глаза Фина. Это стало окончательным подтверждением моей теории. Так или иначе, все мы вчетвером замешаны в этом деле. Не важно как, не важно кто — если один из нас выйдет из игры, цикл обнуляется.
Снова.
И снова.
Нравится вам это или нет, все мы связаны.
Итак, мы снова занялись лестницей В. Мы предприняли три попытки, двигались настолько быстро, насколько могли, но прошли лишь половину пути до конца. Система жизнеобеспечения решила поиграться с коротким замыканием и по всей лестнице начался пожар.
ВУУУУУУУОООХ.
ЯААААААААРГ.
Итак. Шахты лифтов.
Хорошая новость заключалась в том, что повреждение станции повредило и камеры видеонаблюдения в них. Плохая новость, это также ослабило кабель и систему безопасности. Мы поняли это, когда впервые ползли по шахте А, и лифту, полному инженеров было приказано спуститься на нижний уровень в тот самый момент, когда мы пытались подняться.
ТВАААААНГ.
СКВИШ.
К счастью, шахта В не испытывала подобных недостатков, и после еще одной попытки, в ходе которой Финиан обнаружил структурную целостность 372 ступени доступа лестница сломалась (ЩЕЛК — О БЛИИИИИИИИИИИИН!), нам всё же удалось добраться до жилой секции, где и располагался кабинет доктора Пинкертона.
Рано радоваться, ребята.
Двери лифта здесь, наверху, запечатаны в целях предосторожности от атмосферных воздействий. А поэтому проникнуть Фину удается только через сорок три минуты сорок девять секунд. К сожалению, при открытии дверей срабатывает тихая сигнализация. Мы с трудом это выяснили. Прямо через минуту и двадцать три секунды после нашей первой успешной попытки, когда мы ворвались в офис Пинкертона.
— СТОЯТЬ!
— Прошу, не стреляйте! Меня зовут Скарлет Изобель Джонс, я….
БЛАМ,БЛАМ,БЛАМ.
Плохая новость в том, что обойти тревогу невозможно. Как только мы откроем эти двери, мы сразу нарвёмся на головорезов из службы безопасности. Хорошая новость в том, что после ряда испытаний..
— СТОЯТЬ!
— Дыхание Творца, неужели у вас, грязнуль, нет ничего..
БЛАМ,БЛАМ,БЛАМ.
…и ошибок
— СТОЯТЬ!
— Почему вы, придурки, вечно говорите «стоять», когда как вы просто нас всех..
БЛАМ,БЛАМ,БЛАМ.
…мы всё-таки придумали способ проникнуть в офис Пинкертона, не истратив при этом кучу времени, пытаясь пробиться через его дверь.
Всё происходит примерно следующим образом: Мы с Легионером де Сиилом продвигаемся по Шахте В. Пока я зависаю на лестнице под ним, наблюдая за тем, как искры отражаются в его глазах, Финиан открывает двери, ведущие на уровень администрации. Тем временем Зила и лейтенант Ким отправляются на уровень морга, где покоится тело недавно почившего доктора Пинкертона.
После четырёх попыток..
БЛАМ
БРАПП
— СТОЯТЬ!
ШЛЁП, ШЛЁП, ШЛЁП
…девушки так и не нашли способ обойти охрану и достать то, за чем они пришли: электронный пропуск на шее трупа Пинкертона. Но как я уже говорила, на этот раз у меня хорошее предчувствие.
Так что скрестите пальцы, детишки.
От металла дождем сыплются искры, слабое шипение резака Фина едва слышно из-за воя сирен, изредка к ним присоединяются сигналы тревоги. Я держусь ступенькой ниже, наблюдая за его работой: губы сжаты в тонкую линию, между бровями залегла глубокая морщинка.
— Могу я помочь?
Он улыбается.
— Ты спрашивала меня об этом последние три раза. Я в порядке, Скар.
— Как думаешь, что делают Зи и Ким?
— Ну, мы еще не исчезли во вспышке временного парадокса, — он утирает пот со лба рукавом. — Так что лучше, чем в прошлый раз.
Станция слабо вибрирует, и завывает еще одна сигнализация. Я ощущаю себя слегка бесполезной, просто дожидаясь, а мне это не нравится.
— Уверен, что я ничего не могу сделать?
Фин усмехается.
— Я, вроде как, пить хочу.
Одной рукой уцепившись за перекладины лестницы, я размахиваю рюкзаком, который держится на плече. Залезая внутрь, я роюсь среди бесчисленных и бесполезных вещей. Но вместо воды мои пальцы натыкаются на что-то мягкое. Пушистое. Вынимая предмет, я ощущаю, как по коже разливается тепло, когда я понимаю, что именно я держу в руках, губы кривятся от улыбки.
— Ты захватил Шемрока?
Фин опускает взгляд на плюшевого дракона в моей руке и пожимает плечами.
— Я подумал, что нам пригодится каждый союзник на нашем пути.
Я прижимаю Шемрока у губам, глубоко вдыхаю, и смотрю на парня у себя над головой. Создатель, какой же он милый. Из всего, что он мог унести с собой, он спас ту частичку Кэт, которая у нас осталась.
Я всё ещё ощущаю её запах на этом драконе.
Я вдыхаю запах, оставшийся на мехе, аромат её духов и кондиционер для смягчения ткани, которым она пользовалась. В какой-то момент меня осеняет,.. я даже закрываю глаза от осознания того, как далеко мы забрались от дома, сколько мы потеряли по пути сюда, и что мы можем никогда не вернуться обратно.
— Ты в порядке?
Я открываю глаза и вижу, что Фин смотрит на меня, в его глазах беспокойство. Знаю, не следовало его тревожить…у него есть работа, и кто знает, что ждет нас впереди. Но внезапно я ощущаю себя настолько маленькой и ничтожной.
— Думаешь, всё будет нормально, Фин?
Он немного хмурится.
— Хочешь сказать..
— Обо всём этом. Аври, Тайлер, этом всё, мы. — я мотаю головой, ненавидя слезы, которые обжигают глаза. — Академия валяет дурака. И теперь мы по уши в дерьме, а я ощущаю себя абсолютно бесполезной. Всё, что я умею — это говорить, а я для этого сейчас очень не подходящее время и место. Быть может, если бы я почаще обращала внимание, если бы я..
— Эй, — он выключает фонарик, и постаравшись, опускается ниже на лестнице, чтобы заглянуть мне в глаза. — Ничего подобного. Ты не бесполезна.
Я закатываю глаза.
— Ценю ваш вотум доверия, легионер де Сиил. Но теоретическая физика явно не моя сильная сторона.
— Может и нет, — он пожимает плечами, его экзо-скелет шипит. — Но с тех пор как Тайлера схватили ВРУ, не знаю, заметила ты или нет, но именно ты тот самый человек, что сплочает весь наш дружный отряд. Ты. Ты нужна нам, Скар. — он тянется ко мне и смахивает слезу бледным пальцем. — Мне нужна.
Я мотаю головой.
— Ты столько времени был у меня перед глазами и я заметила тебя только сейчас?
Он улыбается, пожимая плечами.
— Я просто рад, что ты всё-таки заметила.
— Я тоже, — шепчу я.
Я придвигаюсь ближе и чувствую, как его рука скользит по моей талии, следом за этим я испытываю легкий шок, когда наши губы встречаются, внутри меня вспыхивает пламя, и бабочки порхают в животе, в это самое время станция вокруг нас раскачивается, и он еще теснее прижимается ко мне, тут раздается голос Зилы, перекрывая вой сирен.
— Вы двое тратите драгоценные минуты в разгар доселе неслыханного временного парадокса. Прекращайте заниматься фривольной предсексуальной активностью.
Мы опускаем глаза и видим, как Зила быстро взбирается по лестнице, Лейтенант Ким следует за ней.
— Ты такой безнадёжный романтик, Зи, — кричу я.
— У нас нет времени, чтобы тратить его на пустяки, нам нужно..
— Расслабьтесь, Легионер Мадран, — говорит Фин, подмигивает мне и выскальзывает из моих объятий. — К тому времени, как ты поднимешься, я уже закончу.
— Дамы, у вас есть пароль? — кричу я.
— Мы добились успеха, — отвечает Зила. — Благодаря быстрому мышлению Нари.
— Нари? — бормочет Фин. — Она и эта грязнуля теперь называют друг друга по имени ?
— Веди себя прилично, — бормочу я.
— А что, если мне не захочется? — спрашивает он, снова мне подмигивая.
Замок щёлкает, Фин выключает резак, и с натужным воем экзоскелета, он широко распахивает двери лифта, в то же самое время Зила и Ким добираются до нас. Как обычно, где-то звучит сигнал тревоги, пока мы тихо выбираемся в коридор, у нас осталось не так уж много времени, прежде чем нас снова перехватят сотрудники службы безопасности. Так быстро, как только можем, мы мчимся по задымленным коридорам, добираясь до офиса Пинкертона. Зила проводит ключом доступа мертвеца по считывающему устройству, и проходит несколько мучительных секунд, прежде чем замок загорается зеленым, и мы спешим внутрь под мелодию завывающих сирен.
Офис шикарный — ну, примерно такой же шикарный, как космическая станция, по крайней мере. По всему помещению расставлены десятки стеклянных витрин, тускло освещенных аварийным освещением. Внутри плавает куча странных предметов, подвешенных на подставках в невесомости. Это немного напоминает мне офис Касселдона Бьянки на Вечности. Похоже, Пинкертон был кем-то вроде коллекционера.
Я щурюсь на один из артефактов, медленно вращающийся в тонком луче света. Он плоский, прямоугольный, с потрескавшейся поверхностью. Возможно, на ней были надписи, но она стёрлась со временем. А внутри…бумага?
— Что это? — спрашивает Фин, вглядываясь сквозь стекло.
— Понятия не имею, — бормочу я.
— Ты шутишь?
Мы оглядываемся назад и обнаруживаем, что Нари смотрит на нас, словно мы — простейшие.
— Практически, постоянно, — пожимает плечами Фин. — Но в этом случае, я, честно говоря, понятия не имею что это такое.
— Разве в будущем нет книг?
— Так вот как раньше выглядели книги? — спрашиваю я, сбитая с толку.
— Около ста лет назад, — кивает Нари. — Доктор Пинкертон коллекционирует антиквариат. В первый день моего назначения на станцию он прочитал мне лекцию о сохранении реликвий прошлого. — она пожимает плечами. — Потом он больше со мной не заговаривал.
— Это книга? — моргает Фин. — Она же завернута в шкуру животного!
— Так раньше делали.
Фин вскидывает бровь, глядя на меня.
— Ну, вы и дикари, клянусь..
Я улыбаюсь, оглядывая комнату. Вижу голографические снимки семьи Пинкертона. Рядом горшочки с кактусами, которые, должно быть, стояли напротив окна, но от удара по станции все они перевернулись, и теперь разбитые в дребезги лежат на полу.
— Кто сажает колючие растения там, где можно… Неважно, даже не пытайтесь объяснить, — бормочет Фин, осторожно обходя их.
У стены стоит длинный стеклянный стол, сияющий экран компьютера освещает полумрак. Зила уже скользнула в кресло, провела ключом доступа по терминалу и начала печатать. Что хотите говорите об успехах в технологическом развитии человечества за последние два столетия, помимо того, что они были довольно медленные, как и этот компьютер, судя по всему.
Вскоре перед Зилой открывается меню, она начинает размахивать руками перед сенсорами, размашистыми голографическими дисплеями, смахивая страницы в сторону, в поисках нужной информации. Лейтенант Ким стоит у неё за спиной, оглядываясь через плечо. Фин тоже бормочет советы.
— ВНИМАНИЕ, ПЕРСОНАЛ «ХРУСТАЛЬНОГО БАШМАЧКА». ПРОБОИНА В КОРПУСЕ НА ПАЛУБАХ 13 И 17.
Я стою у окна, глядя на хаос за окном. Космос умопомрачительно велик. Даже подпространственный карман Складки слишком огромен, чтобы человеческий мозг мог его охватить. Но та буря темной материи настолько массивна, что внушает ужас. Когда я смотрю на пульсирующую бурю, снова возникает то самое чувство.., что я крошечная, незначительная, и это все за пределами моего понимания. Я думаю о Тайлере. Думаю об Аври. Даже думаю о Кэле. Думаю, где они. Надеюсь, что с ними всё хорошо.
Я отворачиваюсь от космоса, он слишком большой, слишком необъятный. Я оглядываю коллекцию доктора Пинкертона, пока Фин и Зила продолжают искать. Есть в этом нечто успокаивающее, реликты из прошлого с Терры, пережившие века. В каком-то смысле, эти предметы тоже путешественники во времени, как и мы. Я прохожу мимо старого квадратного куска пластика с круглой цифровой клавиатурой, и это оказывается странный телефонный аппарат. А это может быть что-то вроде пистолета, его поверхность изъедена крошечными пятнышками коррозии. А в футляре у окна…
— Срань Господня, — шепчу я, глядя рабочее место. — Фин?
— Вот, — бормочет Фин Зиле. — Попробуй вот этот.
— Вижу, — кивает она.
— Фин!
Он оглядывается на мой оклик.
— А?
— Подойди и взгляни на это.
Он слегка хмурится, но оставляет Зилу и Нари наедине, выйдя из-за панели, он подходит ко мне.
— Что такое?
Сердце бешено колотится, я указываю на предмет внутри футляра, который медленно вращается в луче невесомости. Тонкая серебристая прямоугольна коробка. Идеально обыденная. Но невероятно знакомая.
— Это..? — его большие черные глаза широко распахиваются, красивые губы приоткрываются в изумлении.
— Дыхание Творца…, — шепчет он, глядя на меня. — Это же портсигар. Тот самый, что де Стой и Адамс оставили для Кэла в хранилище Доминиона!
— ВНИМАНИЕ, ПЕРСОНАЛ «ХРУСТАЛЬНОГО БАШМАЧКА». ВСЕМ ИНЖЕНЕРАМ НЕМЕДЛЕННО СОБРАТЬСЯ В ГАММА СЕКЦИИ, ПАЛУБА 12.
— Скарлет, — зовёт Зила. — Финиан, думаю, вам стоит это увидеть..
— Зила, ты же не собираешься..
— Это важно, Финиан.
Мы переглядываемся, и, кажется, у меня перехватывает дыхание, но мы уже спешим к Зиле и Нари. Парочка стоит у терминала и в воздухе перед Зилой висят голографические изображения, потоки данных сияют в полумраке. Большая их часть непонятна тем, кто прогуливал лекции по физике, и теперь я жалею об этом, но я вижу, что папка названа «Проект Хрустальный Башмачок». И подсвеченный сияющим светом, над множеством нечитаемых графиков я вижу знакомую фигурку. Кусок полированного камня в форме слезинки, огранка как у ювелирного изделия, свет отражается в тысячах граней. Предмет, который я узнаю.
— Это зонд, — шепчу я. — Это эшваренский зонд!
Зила откидывается на стул.
— Интересно.
— И что теперь? — не понимает лейтенант Ким.
— Это исследовательское устройство, — объясняет Финиан, широко распахнув глаза на увиденное. — Создан инопланетной расой под названием Эшварены. Они запустили тысячи таких в Складку тысячелетия назад. А наша подруга Аврора использовала один вот такой, чтобы раскрыть свой психический потенциал, чтобы продолжить дело Эшваренов, древняя война против..
Он замолкает, поняв, что Нари смотрит на него, как на сумасшедшего.
— Долгая история, понимаешь? Суть в том, что это инопланетная технология. Очень крутая.
БУМ.
Вся станция содрогается, когда внутри неё что-то взрывается.
— НАРУШЕНИЕ ГЕРМЕТИЧНОСТИ. НЕМЕДЛЕННАЯ ЭВАКУАЦИЯ ПАЛУБ С 5 ПО 6. ПОВТОРЯЮ, НАРУШЕНИЕ ГЕРМЕТИЧНОСТИ.
— Должно быть, они нашли ещё один, — выдыхаю я. — Здесь, в этом времени.
— Он повреждён, — Зила показывает на сколотый край в виде слезинки.
— Очевидно, инертный. Проект «Хрустальный Башмачок» пытается выявить свойства кристалла. Потенциально, он может стать оружием. Главный его фрагмент помещен в ядро станции, и подвергается испытанием квантовой энергии. Той, что в тёмной буре, — она хмурится, управляя голографическим изображением.
— Но есть и гораздо меньший фрагмент, который..
Стены гудят. Настенная панель над компьютером отодвигается, открывая цилиндрический стеклянный шкаф, как и все остальные в офисе. Но вместо античной вещицы в тонкой стеклянной колонне в невесомости…крошечный кусочек хрусталя. В буре из темной материи этот импульс квантовой энергии ударяет в парус и движется по дуге вдоль кабеля к станции. Прошло сорок четыре минуты с тех пор, как мы оказались здесь, как и всегда. И, как всегда, осколок у меня на шее в ответ начинает светиться черным. Но на этот раз это свечение отражается в кристаллах, плавающих внутри этого футляра. Точно у близнецов, один повторяет свечение другого…
— Срань Господня, — шепчу я.
Моя рука тянется к медальону, висящему у меня на шее. Медальону, который, как и портсигар Кэла прождал меня в Изумрудном Городе десять лет. Оставлен там людьми, которые, кажется, знали, что произойдет задолго до того, как всё случилось.
— Скар.., — Фин смотрит на стеклянный футляр. — Это ведь твой кристалл..
— Как?.. — Лейтенант Ким качает головой, переводя взгляд с хрустального футляра на кулон, что у меня на шее. Эту форму ни с чем нельзя спутать. Идентичны. — Как это возможно? Если вы из 2380?
— Не знаю, — отвечает Зила. — Но это он. Он и есть причина временной петли. Взаимодействие во времени и пространстве между Оружием, этой станцией, квантовым импульсом и Кристаллами Эшваренов. Все это вплетено в единое целое. Уроборос.
Импульс достигает станции. Здание содрогается, огни вокруг нас мерцают.
— ВНИМАНИЕ: КРИТИЧЕСКОЕ НАРУШЕНИЕ ГЕРМЕТИЧНОСТИ. ЭВАКУАЦИЯ ПАЛУБ СО 2 ПО 10, НЕМЕДЛЕННО. ПОВТОРЯЮ: КРИТИЧЕСКОЕ НАРУШЕНИЕ ГЕРМЕТИЧНОСТИ.
Лейтенант Ким и я смотрим друг на друга с одинаковым недоверием в глазах. Фин и Зила начинают копаться в данных, читая так быстро, как только могут. Сияние в медальоне уже угасает, остаточный отпечаток выжжен белым на внутренней стороне глаз.
— ВНИМАНИЕ: ПРОИСХОДИТ НАРУШЕНИЕ ГЕРМЕТИЧНОСТИ, ПАЛУБА 11 ПРИМИТЕ СООТВЕТСТВУЮЩИЕ МЕРЫ.
Станцию снова трясет. На этот раз сильнее. Дверь в офис открывается, и полдюжины лазерных прицелов освещают мерцающий полумрак.
— СТОЯТЬ!
Фин вздыхает.
— Ох, ради всего..
— ПОВТОРЯЮ: ПРОИСХОДИТ НАРУШЕНИЕ ГЕРМЕТИЧНОСТИ, ПАЛУБА 11 ПРИМИТЕ СООТВЕТСТВУЮЩИЕ МЕРЫ.
Я машу рукой охранникам.
— До встречи, мальчики.
БЛАМ,БЛАМ,БЛАМ.
Любительские переводы книг всего мира