НАРУШЕНИЕ ГРАНИЦ
Спустя несколько часов Офелия осознала, что день прошел, пока она бесцельно бродила по улицам города. Она решила, что Женевьева, вероятно, нашла карету и поехала домой сразу после их ссоры, и решила дать им обеим немного времени побыть в одиночестве, прежде чем возвращаться. К сожалению, она не предполагала, что так погрузится в свои мысли, и теперь уже был поздний час, чтобы идти домой пешком. Но у неё не было возможности потратить лишние деньги на вторую карету.
— Завтра вечером они откроют ворота, — вдруг произнес голос справа. — Я слышал, что в последнем соревновании было больше смертей, чем за последние два десятилетия. Двадцать семь жертв. Это плохой знак.
Офелия обернулась и увидела двух молодых людей, остановившихся в нескольких шагах от неё у газетного киоска возле входа в парикмахерскую. Они склонились над газетой, шепотом обсуждая её содержимое.
— Всего двадцать семь? Я думал, там было почти сто участников, — сказал один из них.
Другой пожал плечами:
— Большинство выходит из игры, не дожидаясь гибели. По крайней мере, умные так делают.
Его спутник презрительно фыркнул:
— Умные вообще не участвуют.
Первый парень кивнул в знак согласия, бросил на землю сигарету и раздавил её ботинком, оставив на мостовой маленькое пятно. Они сложили газету и бросили её обратно на стопку, после чего поспешили вверх по улице.
Офелия подошла к киоску и развернула верхнюю газету, пролистывая страницы, пока не нашла статью, которую искала.
23 октября: Фантазм, поместье Дьявола, прибывает в Новый Орлеан
Она быстро пробежала глазами по строкам крупного чёрного текста.
Зловещая репутация соревнования продолжает терроризировать континент, оставляя за собой кровавый след. Это место, где кошмары бродят на свободе, но мечта о волшебном призе продолжает привлекать участников.
Офелия засунула газету под мышку и поспешила домой. Не может быть, чтобы это было правдой. Поместье Дьявола — всего лишь слух, способ развлечь публику и поднять продажи газет. Но разговор между мистером Мутоном и мистером Лафиттом в машине внезапно стал гораздо понятнее. И было справедливо, что после того, как она наговорила Женевьеве, ей теперь придётся идти домой в темноте, одной, в тот самый час, когда по улицам начинают разгуливать дьяволы. Тем более, что в городе появилась такая зловещая достопримечательность, полная демонов.
Она ускорила шаг по дороге домой. Улицы были выстроены в ряды домов, окрашенных в белые, розовые и зелёные тона. Каждый из них был как минимум в два этажа, с большими окнами и верандами, обрамлёнными яркими дверьми. Она всегда знала, что останется в поместье Гримм, но иногда мечтала о жизни в пастельно-зелёном доме в городе, достаточно близко к Французскому кварталу, чтобы по утрам можно было пешком ходить в кафе, а по вечерам — в книжный магазин. Но её матери больше не было, и эта мечта была похоронена вместе с ней.
Почему ты не понимаешь, что сдерживаешь себя, пытаясь соответствовать образу, который создала для тебя мама?
Она попыталась выбросить из головы слова Женевьевы.
Всё будет хорошо, говорила она себе.
Стараясь сохранить спокойствие и сосредоточиться на дыхании, Офелия шла по главной дороге, ведущей из центра города. Она знала, что нельзя позволить своим мыслям захватить её здесь, в одиночестве, в темноте. Она отсчитывала минуты, зная, что ей осталось пройти около тридцати шести минут до ворот поместья Гримм. Но не успела она пройти и пяти минут, как боковым зрением уловила призрачную голубую вспышку.
Офелия застыла на месте. Здесь где-то должен был находиться старый собор, но через внезапно сгустившийся туман его очертания нельзя было разглядеть. Сердце застучало в её груди, когда она нарушила первое правило своей матери — она прищурилась, вглядываясь в темноту. Она не видела Призрака, но знала, что он где-то рядом — воздух лёгкими вибрациями заставлял кожу покрываться мурашками.
Она подошла к воротам, выискивая знакомую голубую вспышку. Каблуки хрустели по дубовым листьям и желудям, рассыпанным по земле. Она положила руки на прутья ворот и пошатнулась вперёд, когда они с ржавым скрипом раскрылись. Быстро выпрямившись, она отряхнула руки о юбку и проскользнула в образовавшуюся щель между створками.
— Эй, есть кто? — прошептала Офелия. В её голове сразу прозвучал укоряющий голос матери. Если нельзя смотреть в темноту, то уж точно нельзя с ней разговаривать.
Но поблизости не было никакого Призрака. Она уже повернулась, чтобы уйти. Странно. Ей казалось, что она видела…
— Ты меня видишь? — раздался тонкий, писклявый голос.
Офелия обернулась в сторону звука, но ничего не увидела. Её мать классифицировала Призраков, с Другой Стороны, на четыре категории: Упыри, Призраки, Полтергейсты и Фантомы. С каждым новым уровнем способности существ становились всё сильнее и непредсказуемее. Офелия знала, что, если существо было слегка прозрачным, это просто обычный Призрак — душа умершего, которая ещё не перешла на Другую Сторону. Все остальные существа были более плотными, способными изменять свою внешность различными способами, в отличие от простых Призраков, которые могли появляться только в том виде, в каком были похоронены. Тем не менее, все они должны были быть видимы. По крайней мере, для неё.
— Я тебя не вижу, но слышу, — осторожно ответила Офелия.
— Ты здесь, чтобы развлечь меня?
— Нет, — произнесла Офелия, её дыхание сбилось, когда энергия в воздухе изменилась. Если раньше она ощущала лёгкую вибрацию, то теперь энергия окутала её кожу тёплым, тяжёлым электрическим напряжением.
Это ловушка?
Офелия отступила от ворот.
— Почему нет? — голос протянул с недовольством. — Мне скучно. Мы могли бы поиграть.
Офелия открыла рот, чтобы снова отказаться, как вдруг медальон на её шее начал пульсировать. Издалека послышались приближающиеся шаги.
— Тебе здесь не место, — раздался новый, гораздо более низкий голос из тумана.
— Ой-ой, — прошептал первый Призрак, и его энергия исчезла в тот же миг.
Офелия сглотнула. Как и с первым Призраком, она не могла видеть этого нового незнакомца, но чувствовала его присутствие. И оно было совершенно другим.
Чем ближе он подходил, тем дальше разливалось электрическое напряжение по её коже, лаская каждый открытый участок, заставляя мурашки появляться на предплечьях и ногах. Когда… другие части её тела тоже начали реагировать на это странное, тёплое ощущение, она вспыхнула от смущения и поспешила обхватить себя руками.
— Ты заблудилась? — спросил второй незнакомец с оттенком юмора в голосе.
Не смотри во тьму, если она смотрит на тебя. Но она не могла сдержаться. Что-то удерживало её на месте.
— Нет? — прошептала она.
— Ты звучишь очень уверенно, — передразнил незнакомец, подходя ближе.
Она снова прищурилась, пытаясь сделать шаг вперёд, но, как будто натолкнулась на невидимую стену, которая отталкивала её назад.
— Чёрт возьми… — пробормотала она вслух.
— Здесь есть защитные заклинания, — объяснил глубокий голос. — Твоё вторжение их пробудило. Ты не можешь пройти дальше, если не получишь разрешение.
— Как вампир? — пошутила она, но в её голосе всё же звучала нотка серьёзности.
Ей показалось, что незнакомец усмехнулся, когда задал следующий вопрос:
— С кем ты разговаривала до этого?
— Мне показалось, что я видела Призрака…
Воздух у её правого уха вдруг наполнился шёпотом:
— Бу.
Офелия подпрыгнула, почувствовав, как энергия незнакомца теперь обволакивает её еще ближе, заставляя её вспыхнуть ещё сильнее.
Смотря на пустоту перед собой, она пробормотала:
— Призраки такие раздражающие.
— Кто ты? — спросил он, словно не услышал её слов, и его голос стал серьёзнее. — Ты выглядишь так знакомо…
Офелия тяжело вздохнула. Она поняла, что ей придётся привыкнуть к тому, что призраки Нового Орлеана теперь будут часто говорить ей это, ведь её глаза теперь почти точно повторяли глаза Тесс Гримм.
— Что ж, я не вижу тебя, — ответила она. — Так что не могу помочь тебе с выяснением того почему я кажусь «знакомой».
— Жаль, — ответил он. — Ты многое теряешь, не видя моего исключительно красивого лица.
Она с трудом сдержала смех.
— Придётся поверить тебе на слово.
Что-то мягко коснулось её щеки.
— Ангел…
Её брови нахмурились.
— О, нет, я не…
— Как твоё имя? — перебил он, требовательно и с новой ноткой отчаяния в голосе.
Офелия не знала почему, но ей вдруг захотелось ответить. Сказать своё имя кому-то новому — или чему-то новому. Кому-то, кто уделял ей внимание, заставляя её сердце биться быстрее, как в её фантазиях. Но она не посмела ответить. Это не была фантазия. Нет, это было слишком реально. А она знала, что в определённых местах, для определённых существ, имена обладали слишком большой силой, чтобы раздавать их просто так.
— Как тебя зовут? — ответила она вопросом на вопрос.
— Ах, умница, — в его голосе прозвучала нотка разочарования, несмотря на похвалу. — Ты явно умнее, чем туристы, которые пытались пробраться сюда. Но ты всё равно бродишь по темноте одна. Разве ты не знаешь, что бывает в темноте?
— Тьма для тех, кто боится смотреть на свои деяния при свете, — автоматически ответила она. Это была одна из фраз, которые часто повторяла её мать.
Незнакомец молчал какое-то время, и лишь стрекот сверчков нарушал тишину ночи. Офелия уже начала сомневаться, не ушёл ли он, если бы не всё ещё ощутимое тепло, окружавшее её. И она поняла, что, возможно, теряет рассудок, раз это тепло казалось ей… приятным. Ей хотелось остаться в нём ещё немного, чтобы не быть такой ужасно, безнадёжно одинокой.
— Тебе стоит поторопиться и вернуться туда, где тебе место, — наконец сказал незнакомец, в его голосе прозвучало предупреждение. — Здесь тебе не место.
— А почему ты здесь? — спросила она. — И кто ты? Почему я тебя не вижу?
— Ни один из этих вопросов не правильный.
Офелия прищурилась, глядя на пустоту перед собой.
— А какой правильный?
Шёпот незнакомца был прямо у неё возле уха:
— Как отсюда выбраться?
Она почувствовала, как сердце застучало так сильно, что, казалось, сейчас вырвется из груди. Но даже эти слова не заставили её ноги сдвинуться с места. Её слишком захватило любопытство. То прикосновение, которое она ощутила на подбородке, теперь скользнуло вдоль линии её челюсти и дальше, к шее и плечу, и она задрожала.
— Что ты имеешь в виду — выбраться? — сдавленно спросила она.
— Я думал, ты знаешь, где находишься? — голос прозвучал с сомнением.
— Это же старый собор, — начала она, но не успела договорить, как осознание пронзило её. Незнакомец тихо засмеялся, когда она, наконец, оторвалась от места и метнулась к воротам, стараясь пролезть обратно.
Заклятия, исчезнувшая церковь, толпа, которую они проезжали в карете, шепоты слухов, газетная статья…
Она пятилась назад, пока её глаза не разглядели сквозь туман огромную готическую усадьбу.
Высокие кованые ворота, возвышавшиеся перед ней, были не менее двадцати футов высотой. Железные прутья переплетались с металлическими шипастыми лозами и украшались чёрными, как оникс, розами. Над левой створкой было написано: «ФАН», буква «Т» разделяла обе двери, а над правой — «АЗМ».
Фантазм.
Поместье Дьявола. Место, о котором ходили шёпоты и пугающие легенды, рассказанные в темноте.
За воротами, которые до этого были переполнены назойливыми туристами, располагался самый большой особняк, который Офелия когда-либо видела. Это было нечто из готических романов, которые она читала при свечах в библиотеке поместья Гримм. Чёрные шпили, как острые иглы, пронзали небо, а восточное и западное крыло были такими длинными, что казалось, в них можно легко заблудиться. Весь фасад был выполнен из обсидиана, настолько тёмного, что даже дубы, растущие у входа, казались лишёнными цвета.
— Уходи домой, — посоветовал незнакомец. — Дом Дьяволов не место для ангела вроде тебя.
То, как он снова назвал её ангелом, заставило её подумать, что он дразнит её.
И, возможно, ей следовало бы прислушаться к предупреждению и уйти. Возможно, она должна была бы испугаться гораздо сильнее, чем на самом деле. Но всё, о чём она могла думать, было то, что, по крайней мере, сейчас она не была одинока, и ей хотелось задержаться в этом чувстве как можно дольше.
— Ты застрял здесь? — спросила она.
Ответа не последовало. Она решила, что это было своеобразное «да».
— Я могу чем-то помочь? — прошептала она, чувствуя, как тепло, исходящее от незнакомца, стало ещё более ощутимым.
Его следующие слова были медленными, тщательно подобранными:
— Ты действительно хочешь знать?
— Я же спросила, — ответила она. — Это моя работа. Помогать Призракам.
— А что, если помощь мне причинит тебе вред? — задумчиво спросил незнакомец. — Ты всё равно захочешь помочь?
Офелия стояла ещё мгновение, обдумывая это, прежде чем её ноги сами приняли решение. Незнакомец был прав — ей нужно уйти. Уйти как можно дальше от этого места.
Когда она уже отдалялась, она услышала последний, чарующий шёпот:
— Сердце и ключ освободят меня. Но тебе стоит надеяться, что мы больше не встретимся, ангел.