Музей Особого Искусства, Лор, Бавария, Германия
— Это должно быть шутка, — сказал Вулф, читая слова, написанные на немецком.
Сейлор наклонил голову, словно пытаясь найти что-то недостающее. На самом деле надпись гласила: spieglein, spieglein an der wand, что в переводе с немецкого означает «зеркало, зеркало на стене», а затем шли три точки, обозначающие капли крови.
— Мне нужно сделать снимок, — сказал Копке.
— Примолкни, Копке, — проворчал Вульф. — Об этом позаботятся федералы, когда приедут сюда.
Слова Вулфа напомнили Сейлору о том, как мало у него времени. Когда Матушка сказала, что у него есть час, он решил, что она просто осторожничает. Он погуглил штаб-квартиру Федеральной полиции Германии и выяснил, что ближайшая находится в ста двадцати милях отсюда. Немецкие автобаны славились тем, что на них не было ограничений по скорости, но федералы не должны были вести себя как маньяки. Он решил, что при необходимости может позволить себе немного превысить скорость.
— Убийца либо безумен, либо гениален и любит играть в игры, — сказал Копке.
Сейлор его не слушал. Где-то на задворках его сознания Джимми Хендрикс пел «Purple Haze». Музыка всегда была воображаемым другом Сейлора, когда ему нужно было отгородиться от шума и увидеть что-то за пределами хаоса. Он подумал о том, что убийцы написали половину фразы из сказки, опустив часть «кто на свете всех милее». Почему? В оригинальном немецком тексте говорилось о том, кто был самым красивым в стране. Слово wall в английском языке переводится как wand в немецком, а слово land — просто как land, с небольшим фонетическим отличием в произношении гласной a. Это была простая рифма. «Кто на свете всех милее» была придумана англоговорящими переводчиками, чтобы рифмоваться с английским «mirror mirror on the wall». Забавно, что более глубокое изучение источников наших самых любимых книг привело к совершенно иным выводам и предположениям. Дело в том, что убийцы хотели, чтобы подсказка привела Сейлора к зеркалу. Это объясняет, почему они привели девушку в музей.
Сейлор уставился на зеркало на стене. Если честно, оно выглядело не слишком впечатляюще. Старинное зеркало в погнутой раме. Старое и непрофессионально оформленное. В нём нет ни величия, ни волшебства. Висит на стене без особого ухода и торжественности. Никаких витиеватых надписей на золотой табличке поблизости. Единственным интересным элементом была рамка. Красная. Этот цвет связывал её с сетью улик, оставленных убийцами. Чтобы подойти к ней, Сейлору пришлось обойти колонну с прямоугольным основанием. Обычно музеи представляют собой открытые пространства без каких-либо препятствий, но в прошлом это место было замком, принадлежавшим знатной семье. Он был построен по старинке, из кирпича и камня. В нём были колонны. Прислонившись спиной к колонне, он встал лицом к зеркалу. Он понял, насколько некомфортно здесь будет туристам. Пролёт составлял всего три с половиной метра. Неудивительно, что люди почти не посещали это место.
— В музее есть другие зеркала? — спросил Сейлор у Вулфа.
— Откуда мне знать?
— Это единственное зеркало, — ответил Копке.
— Копке, Вы когда-нибудь задумывались о том, чтобы стать куратором музея или гидом? — спросил Сейлор, не сводя глаз с зеркала.
— Что ж, спасибо, — улыбнулся Копке. — Платят немного, особенно по страховке. Думаете, убийца хочет, чтобы мы осмотрели это зеркало?
— Зеркало, зеркало на стене. Это единственная фраза, которую я могу произнести в подобном месте, — Сейлор провел руками по красной рамке. Он провёл пальцем по трещинам и морщинам, которые сильно состарили раму. В некоторых местах трещины были глубже. Вскоре рама могла развалиться.
— Время, коварный ты ублюдок, — пробормотал Сейлор. — Мы никогда не замечаем, как ты подкрадываешься.
Дерево слишком сильно пахло чистящим средством, причём самым дешёвым, как будто тот, кто ухаживал за этим местом, не знал, как обращаться с ценными артефактами.
— Копке, — сказал Сейлор. — Помогите мне немного отодвинуть зеркало, чтобы я мог заглянуть за него. Не волнуйтесь, Вулф, я не собираюсь снимать его со стены.
Копке последовал указаниям Сейлора и предложил ему фонарик. Сейлор направил жёлтый луч на стену за зеркалом. Он не увидел ничего примечательного. Синяя стена, такого же цвета, как и остальные стены в музее. Никакого потайного сейфа. Никаких древних надписей. Ничего алого. Никаких подсказок. Сейлор не смог определить породу дерева, из которого было сделано зеркало, но оно было простым, без каких-либо надписей или резьбы. На нём даже не было музейного номера или кода. Поверхность выглядела гладкой, без потайных отверстий или чего-то ещё, что требовало бы дальнейшего изучения. Они прислонили зеркало обратно к стене.
Сейлор снова повернулся к зеркалу, испытывая искушение заговорить с ним.
— Вы когда-нибудь разговаривали с зеркалом, Копке?
— С этим нет.
— Тогда дома?
— Иногда, — Копке отвел взгляд, точно беспокоясь, что Вулф над ним потом посмеется.
— В ванной?
Копке кивнул.
— Что говорили? — прошептал Сейлор.
— Ничего особенного, — прошептал Копке в ответ.
— Вы когда-нибудь представляли себя Робертом Де Ниро из «Таксиста» и спрашивали человека внутри, с вами ли он разговаривает?
— Нет, — Копке напрягся и выпрямился.
— Да ладно Вам, Копке, не будьте таким, — Сейлор заметил, что Вулф отвечает на телефонный звонок, вероятно, от жены, потому что голос у него был разъярённый. — Вы вправе уединяться и разговаривать с зеркалом.
— Ладно, — копке закатил глаза. — Я постоянно это делаю.
— И что говорите?
— Говорю «С меня хватит» или «Я так больше не могу». Что — то вроде этого.
— Самоподдержка, да? — кивнул Сейлор. Из-за наркотиков он иногда вёл самые безумные разговоры.
— А Вы? — просил Копке.
— А что я?
— Вы говорите с зеркалом? Полагаю, что нет. Вы похожи на уверенного человека, которому ничего от других не нужно.
— Я разговариваю с зеркалами, уж поверьте.
Вулф повесил трубку и топнул ногой.
— Так что же Вы говорите? — поторопил его Копке, прежде чем Вулф успел вернуться.
Сейлор усмехнулся, глядя на свое размытое изображение.
— Кровавая Мэри, Копке. Кровавая Мэри.
Вулф подошел, разглядывая обоих.
— Что я пропустил?
— Минуту назад ты не хотел иметь с этим всем ничего общего, — сказал Копке.
— Ой, да заткнись…, — сказал Вулф, но замолчал, увидев руку Сейлора.
— Смотрите, — сказал Сейлор, указывая на зеркало.
Вулф посмотрел на него, и только Копке понял, что он имеет в виду, и открыл рот. Вулф стоял дальше от зеркала, всего в паре футов от колонны, но его отражение в зеркале было чётче и яснее, чем у них обоих.