Лечебница Рэдклифф
Пока Том обсуждает с Констанцией план о том, как ей залезть в нору, я по-прежнему прикована к экрану телевизора. Просматривая каналы, я надеюсь, что хоть кто-то из них расскажет о ситуации со взрывом лимузина. Но смерть Королевы имеет первостепенное значение. Типо, теперь это убийство века. А вот каналы, посвященные теории заговоров, высмеивают её смерть. Они рекламируют футболки с дымящимся пистолетом и надписью «Народу Англии есть что сказать» на обратной стороне. Тем не менее, про Джека не говорится ни слова.
— Забудь пока об этом, — говорит мне Март, стараясь быть тактичнее. — Если Джек мёртв, ты уже ничего не сможешь с этим поделать.
— Конечно могу, — я сжимаю руки в кулаки. — Мне следовало выстрелить убийце в грудь, когда он был здесь.
— Тогда лучше присоединяйся к нам, мы следим за Констанцией, она собирается лезть в нору.
Я киваю и подхожу посмотреть, что происходит. В камере Пиллара Том стоит один.
— Где Констанция?
— Она внутри, — отвечает Том. — Она храбрая девочка. Я дал ей портативную рацию и маленький фонарик.
Я беру у него рацию.
— Констанция, ты меня слышишь?
— Я здесь, Алиса, — откашливается в ответ бедная девочка.
— Нужно было сказать мне, что уходишь, прежде чем отправляться туда.
— У нас всего три часа. Всё в порядке. Я справлюсь. Чешир держал меня в похожем месте, помнишь?
Это вызывает у меня улыбку, в то время как в сердце вонзается кинжал боли. Констанция была моим первым заданием. Моей первой любовью. Первым объятием, что я получилась после стольких лет в психушке. Меня гложет чувство вины за то, что я позволила ей спуститься в эту яму.
— Я помню.
— Ты спасла меня в тот день, — говорит Констанция. — Теперь моя очередь спасти тебя.
Март вот-вот расплачется у меня за спиной. Том лишь нетерпеливо топает ногой по полу.
— Уверена, так и будет, — говорю я ей. — Нора становится теснее? Если что лучше ползи назад.
— Нет, но пути назад нет, я не могу отступить.
— Ты можешь дышать?
— Не совсем, но меня беспокоит не это.
— Тогда что же тебя беспокоит, Констанция? Скажи мне, пожалуйста.
— Дерьмо.
— Что? — сперва это вульгарное ругательство меня пугает, но потом я вспоминаю, что она не обычная семилетняя девочка.
— Туннель заканчивается канализационной трубой. Я ощущаю запах на расстоянии. Даже вижу, как дерьмо плавает.
— Боже мой, — я стискиваю зубы и закрываю глаза. — Констанция. Вернись. Это приказ. Мне всё равно, даже если тебе придется ползти назад.
— И что потом?
— Просто делай, как я говорю!
Том, как обычно, вмешивается. Нужно посадить его на поводок или придумать что-то в это роде.
— Почему бы тебе не включить фонарик? Так ты нихрена не увидишь.
— Том, — говорит Констанция. — Ну и дурак же ты.
Март от души смеется над Томом.
— Поговори со мной, Констанция, — требую я. — Пообещай мне, что ты вернёшься.
— Не думаю. Вместо того, чтобы тратить на меня время, думаю, тебе стоит выслушать Марта. Он сказал, что выяснил кое-что новое о Пациенте 14.
Я перевожу свой взгляд на него. Склоняю голову набок. Он кивает и мне становится любопытно, что именно он выяснил.
— С тобой всё будет в порядке, Констанция?
— Да, — уверенно отвечает он. — Либо дерьмо, либо смерть.
Любительские переводы книг всего мира