Реакцией миссис Финч на собранные разведанные стало предложение сходить за покупками.
Мадам Соланж являлась портнихой с растущей репутацией в Лондоне, и она — единственная модистка, к которой часто ходила миссис Финч. Несколько лет магазинчик Мадам был одним из самых секретных мест в городе, но слух о созданных ею красивых нарядах распространился в обществе, и недавно она переехала из старого помещения в более модный дом на западе Лондона. В магазинчик Мадам попадали только по договорённости, ее бизнес работал конфиденциально, поэтому мы с Силлой и миссис Финч закупались без помех.
Я поспешу добавить, что обычно я не хожу к Мадам Соланж. Миссис Финч выделяла мне щедрое пособие на одежду, но вместо того, чтобы тратить его на дорогие платья, я просто покупала что-то сносное и прятала оставшуюся сумму к остальным сбережениям. Я была решительно настроена к совершеннолетию Генри по максимуму восстановить наше семейное состояние. Кроме того, мои блёклые наряды обычно только помогали мне в работе, но на этот раз ситуация другая. Я пойду на костюмированный бал, где будут присутствовать самые богатые и влиятельные люди в стране, в том числе будущий король, а я буду играть роль, как Изабель Стэнхоуп, так и Кеса.
— Уверена, у меня дома есть что-нибудь подходящее, — говорила я, пытаясь освободить моего руководителя, в чем я была с Терезой в опере, но миссис Финч потрясла головой.
— Макс Вейн не кажется идиотом, — отметила она почти с сожалением. — Теперь, когда он видел и так близко разговаривал с Кесом, мы не можем рисковать, чтобы он связал его с Изабель Стэнхоуп. Люди очень часто недооценивают силу гардероба. Мы используем его, чтобы слиться с тенью. Сейчас мы должны использовать его, чтобы стать абсолютной противоположностью Кеса. Мадам поймёт, что делать.
Она также приставила Силлу мне в помощь. Я не ожидала этого. Покупка платьев меня не интересовала, и поход с Силлой, которая заказала свой костюм у Мадам несколько недель назад, только ухудшало происходящее. Не то, чтобы я не могу выносить своего отражения в зеркале — мне нравились мои широкие глаза и длинные ресницы, я обожала скопление веснушек на носу, я знала, что если кто-нибудь присмотрится к моим серовато-темным волосам, то при прямом свете они заметят лёгкий каштановый оттенок, мое тело маленькое, но силы мне не занимать, я могу бежать или постоять за себя в драке, за последние полтора года оно прошло кучу приключений.
Но я не смогу быть самым уверенным человеком на свете, чтобы стоять рядом с Силлой Банажи в бальном платье и не ощущать хоть капельки неуверенности.
И когда я вошла к мадам Соланж, установленный над дверью колокольчик весело зазвенел, но я находилась не в самом оптимистичном настроение. Картина, что открылась передо мной, не улучшила его.
Силла была одета, как настоящая валькирия.
Она стояла на платформе, пока Мадам восторженно двигалась вокруг нее.
Внимание миссис Финч было так же приковано к Силле, и это являлось свидетельством драматического успеха костюма, хотя она не спешила оборачиваться на мое появление.
Не могу винить ее. Силла, действительно выглядела прекрасно. Простое, белое, шелковое платье без рукавов, обложенное толстой туникой с украшением в виде золотой цепочки, которая доходила ей до бёдер, и отделанное рядом золотых кисточек, талия туго затянута. Предплечья и запястья оборачивали золотые манжеты, ее длинные тёмные волосы скатывались по спине, а голову покрывал золотой шлем с парой крыльев наверху, сделанных из чисто белых перьев. Она даже держала какое-то копьё.
Просто нелепо. Удивительно. Даже здесь, совершенно без контекста, от вида Силлы захватывало дух — жёсткая, сильная и красивая. Я начинала понимать, почему мне говорили, что простой маски и моих старых нарядов недостаточно.
— Думаю, вырез нужно еще немного подправить, — заметила Силла, с критикой рассматривая себя в зеркале. — Кольчуга сидит здесь не совсем удобно. — Она указала на мелкое несовершенство, которое было видно только ей, и Мадам кивнула, делая пометки. Силла отличалась именно этим — она не упускала ни малейшей детали. В том числе меня.
Она встретилась с моим взглядом в зеркале и кивнула для приветствия, что выглядело намного величественно, чем обычно, благодаря ее наряду.
— Это правда нечто, — сказала я, пока подходила ближе, чтобы рассмотреть наряд.
— А, доброе утро, мэс Стэнхоуп, — поздоровалась Мадам Соланж с сильным французским акцентом, который я была уверена является искусственным. Если Мадам родилась дальше графства Эссекс, я съем свою шляпу. — Уверена, у нась получится сделать для тебя что-то сногсшибательное на етет баль. Хотя сейчас кашдая минута на счету… — Она оглядела меня с головы до ног своим профессиональным любопытством. — Может хотеть оглядеться, посмотьреть, может что-то тебе понравится?
Я повернулась к витрине, где разложены несколько рулонов ткани, частично раскрытых для рассмотрения. Я слегка провела пальцами по зелёному шелку, что, я почти машинально заметила, являлся именно тем цветом, какой имели глаза Макса Вейна.
Пока я осматривалась в магазинчике, я задумалась, насколько странным было неожиданно попасть на орбиту мужчины, по которому я так долго вздыхала со стороны, и испытала смешанные чувства негодования и облегчения, что он оказался сложным и интересным человеком. Негодование, потому что я думала, что всегда верила, что если познакомлюсь с Максом, то иллюзия развеется, что мое сердце не будет стучать в груди при виде него, что я перестану мечтать днями напролёт, как он смеётся. Так было бы лучше — разумнее. Но все же я чувствовала еще облегчение. Я не ошиблась, та ночь в деревьях. В нем было что-то особенное.
Это может показаться глупым, но я наслаждалась моей влюблённостью, она никому не вредила, придавала лёгкости и веселья. Теперь Макс был втянут во что-то подозрительное и непонятное, и мне следует быть осторожной, если я хотела уберечь его, и приложить еще большую осторожность, защищая уже свои секреты.
Я настолько погрузилась в свои мысли, что даже не заметила, как пересекла магазин и вошла в зону для работников, пока не встретилась лицом к лицу с девушкой на пару лет младше меня.
— О! — воскликнула я. — Простите! Боюсь, я задумалась и не смотрела, куда иду.
Девушка спокойно наблюдала за мной, и первая моя мысль — она могла дать Силле один или два совета о применении успокаивающего взгляда. Вторая мысль — она, должно быть, самая красивая девушка, которую я когда-либо видела. Она одета простенько: у нее на ногах сидели толстые сапожки, платье было невзрачным, шерстяным и тёмно-синим, ее светлые волосы собраны в тугой хвост, — и вместо того, чтобы полагаться на красивые наряды, требовалось только подчеркнуть утонченность строения костей, большие голубые глаза и чёткий, персиково-кремовый цвет лица. Я сразу же поняла, что кто-то пытается просто смешаться с тенью, но, в отличие от меня, эта девушка печально не справлялась с этой задачей. И всегда не будет.
— Меня зовут Изабель Стэнхоуп, — представилась я, протягивая руку.
Мгновение спустя девушка пожала ее.
— Айрис Грей, — ответила она. — Вам не стоит здесь находиться.
— Простите, — без раскаяния произнесла я, с интересом оглядываясь. Рабочее помещение было маленьким, но ярким и просторным, высокие окна были распахнуты настежь, через которые проникал сонный, летний, солнечный свет. Айрис стояла у рабочего стола, где помещалась швейная машинка с незаконченным платьем с подкладкой из шелка цвета слоновой кости, а рядом разбросаны листы с набросками.
— Это вы нарисовали их? — спросила я, пока шла к ним.
Я знала, что она не может грубить покупателям, но я видела, насколько ей хочется. Она кивнула.
— Они хороши, — прошептала я. Я дотронулась до одного наброска, который демонстрировал наряд, что сейчас примеряла Силла. Линии на странице были нарисованы уверенной рукой.
Я прищурилась и оглядела остальные рисунки. Стопка аккуратно промаркированных коробок, манекен с тончайшей заготовкой из тюли, банка из под варенья, полная карандашей, рядом с толстым ватманом.
Похоже, я нашла источник успеха Мадам.
Она встретилась с моим взглядом и пожала плечами.
— Платье, которое вы сшили для моей подруги, восхитительное, — искренне поразилась я. — Хотя я беспокоюсь, она может запустить моду на шлемы с перьями и копьём. Когда она не так застегнёт свою шубку, и несколько девушек тут же пересмотрят свою одежду, чтобы следовать последней моде.
Айрис неохотно усмехнулась.
— Я скажу Мадам закупить побольше белых перьев. А вы, мисс Стэнхоуп? Пришли тоже за костюмом?
Я мрачно кивнула.
— По правде говоря, мне плевать на одежду или на покупки. Почему-то казалось, это всегда означало одни расходы. Я даже не уверена, что что-то можно успеть сделать за это время.
— Этот стиль вам не подходит, — сказала Айрис, не думая о смягчении формулировок. Она указала на мой наряд. — Вы слишком миниатюрная для всех этих тяжёлых материалов; вас душат ваши же рукава. Сейчас силуэты стали уже… Вероятно, вам следует сосредоточиться на том, чтобы устанавливать моду, а не следовать ей. Этот оттенок тоже совсем не соответствует цвету вашего лица. Вам нужны более тёплые тона.
— Уверена, вы правы. — Я коснулась рукава платья, что имело абсолютно неприметным, бледно-серый оттенок. — Пришло время выходить из страданий по отцу, — пояснила я, не понимая, откуда у меня взялись эти слова или почему я делюсь этим с незнакомым человеком.
Айрис ничего не ответила, лишь прижала губы и взяла карандаш.
— Эта идея мне кажется… сложной, — призналась я. — Трудно выйти из состояния скорби, когда все еще несёшь ее в себе. Словно я говорю, что забываю его. Но думаю, я боюсь этого.
— Тогда нам нужно придумать что-то, что поможет вам почувствовать себя смелой. — Ее голос прозвучал на удивление мягко.
Я сдержала непрошеные слезы и улыбнулась.
— Звучит отлично.