В которой Тео отправляется во дворец
Троица приземлилась неподалеку от дворцового входа. Поскольку Сесили была феей высокого круга, Тео никогда раньше не пользовалась парадным входом — статус позволял Сесили переноситься прямиком во внутренние покои.
Две деревянные двери высотой в три этажа были инкрустированы узорами из цветного стекла и драгоценных камней, складывавшихся в гигантские дубы. Створки стояли нараспашку, открывая вид на вестибюль. Тео знала, что за ним следует атриум, а дальше — сад.
Почти прямая линия до цели.
— Совсем как в старые добрые времена, а? — заметил Финеас, когда они встали перед дворцом.
Тео вдохнула и сделала шаг вперед.
Но её тут же придержала за руку чья-то ладонь.
— Погоди, Тео, — произнес Каз. — Ты знаешь, мне не нравится этот план. Слишком много шансов на провал.
Тео наградила его выразительным взглядом. — Мог бы и отрепетировать более ободряющую речь. Время-то было.
— Нет… я просто хотел сказать…
Тео уже собиралась перебить его и напомнить о жестком графике, но он продолжил:
— Если план провалится, если всё пойдет наперекосяк — пообещай мне, что уберешься отсюда. Беги и спасайся.
— Каз, всё пройдет как надо.
— Значит, это легкое обещание.
— Хорошо, — медленно проговорила она. — Обещаю.
Он вздохнул и хотел добавить что-то еще, но на этот раз Тео его остановила. — Нам пора внутрь. Пошли.
Феи ждали, что она попытается прокрасться. Поэтому вместо этого она зашагала по самому центру дорожки, поднялась по ступеням и вошла в вестибюль. Каз и Финеас шли по бокам, в паре шагов позади. Люди замирали, глядя на неё, у них буквально отвисали челюсти, пока она спокойно шла сквозь толчею. Когда они пересекали атриум, феи расступались, провожая её шепотками: «Кто это такая?».
Если повезет, озадаченные зрители решат, что этот потрепанный вид троицы — какое-то новое модное веяние их феи, а не облик фамильяров, явившихся во дворец прямиком после сельхозработ.
Но Тео отыгрывала свою роль на все сто. Она пробудила в себе каждую чопорную титулованную особу, которую когда-либо встречала: задрав подбородок, она грациозно скользила по атриуму. Её взгляд был прикован к саду, а лицо оставалось безмятежным — будто ей не было никакого дела до тех, кто её окружал. В данном случае так оно и было.
Перед самым атриумом Каз и Финеас отделились от неё, незаметно проскользнув в сад.
Войди она вместе с ними, она бы тоже осталась незамеченной. Но из этого не вышло бы убедительной диверсии. Ей нужно было, чтобы все глаза были прикованы к ней. И она этого добьется.
Оттуда, где она стояла, был виден сад. Тейс и Аймон восседали на возвышении под часовой башней на своих привычных местах. Хотя за последние несколько дней прошла будто целая жизнь, здесь всё выглядело по-прежнему. Вечеринка была такой же экстравагантной, а количество гостей — огромным. Но если обычно Тейс выглядел весьма жизнерадостным, сегодня он сидел на троне, подперев голову рукой, и дулся, точно капризный ребенок, уронивший рожок мороженого.
Аймон выглядел не так депрессивно, но явно нервничал — казалось, кислое настроение Тейса давит на него, как колючая подушка.
Часы показывали десять минут до полуночи.
Теперь Тео оставалось лишь надеяться, что Алби сделал то, что должен.
Вместо того чтобы пройти там же, где Каз и Финеас, она направилась к двум глашатаям у входа.
— Прошу прощения, меня нужно объявить на балу, — обратилась Тео к дуэту, который до этого момента не обращал на неё ни малейшего внимания. Но теперь их лица сменились с бесстрастных на недоуменные. Объявлять человеческого фамильяра на дворцовом приеме было не принято. Это было просто смехотворно. Собственно, такова и была их реакция, когда они оглядели её с ног до головы, подметив одежду и прическу.
Она вежливо посмеялась вместе с ними.
— Ступай, человек, — бросил один из них, отмахиваясь в сторону гостей.
— Послушайте, у меня не так много времени, чтобы ставить вас на место, так как я придерживаюсь строгого графика. Просто знайте: моя речь коснулась бы ваших необоснованно самодовольных рож и незаслуженного чувства собственной важности. Поверьте, это было бы сокрушительно. Так что объявите меня. Меня ждут.
Глашатаи не могли решить: продолжать смеяться или вышвырнуть её из дворца. — Ждут тебя? Кто ты такая, чтобы здесь ждали человека? Сгинь с глаз моих, пока я не отправил тебя в подземелья.
Произнося титул, которого она не хотела и который была бы рада никогда больше не слышать, Тео отчеканила: — Принцесса Амабель из Дубовых фей.
Тут они наконец-то соизволили взглянуть на неё по-настоящему, и их лица вытянулись. То, что они увидели, их поразило. Они стояли как вкопанные, пока один из них не кивнул. Тео подумала: может, им и велели поглядывать по сторонам, но они просто решили, что можно не особо усердствовать, ведь принцесса вряд ли пойдет через парадную дверь.
Один из глашатаев нервно откашлялся, повернулся к саду и голосом, усиленным магией, провозгласил имя.
Сработало идеально.
Музыка оборвалась почти мгновенно, ноты сорвались на диезы и бемоли, когда музыканты забыли, что играют; звук повис в воздухе, как дым. Разговоры стихли, когда до гостей начало доходить сказанное, и толпа развернулась к ней.
Тейс встал, разинув рот от удивления и благоговения. У тех немногих фей, кто еще сомневался или недоумевал, все подозрения развеялись при одном взгляде на регента. Его выражение лица подтверждало слова глашатая лучше любых грамот.
Восемь минут до полуночи. Пора действовать.
Под прицелом сотен глаз она направилась к помосту. Толпа расступалась перед ней, как занавес в театре, открывая путь к часовой башне.
Она остановилась, не доходя до возвышения — оставив себе достаточно места на тот случай, когда придется бежать. Она не присела в реверансе, не поклонилась и даже не склонила головы. И когда Тейс сделал шаг ей навстречу, она вскинула руку, останавливая его.
Толпа, казалось, коллективно затаила дыхание, ожидая, что будет дальше.
Тео тоже не собиралась тратить время на светскую болтовню или любезности. — Урсула из Березовых фей и Перран из Грабовых фей под вашим покровительством незаконно удерживают моих друзей во дворце. Я требую их немедленного освобождения.
По нахмуренному лбу Тейса Тео поняла: он ждал от неё совсем не этого. — Что?
Она повысила голос, надеясь, что акустика часовой башни донесет её слова и до тех, кто стоит позади. — Сесили из Пепельных фей, Локлан из Пепельных фей, Берик из Каштановых фей, Ториан из Буковых фей и Лоуэн из Ореховых фей. Я хочу, чтобы они вернулись. Сейчас же.
Регент с трудом пытался закончить хоть одно начатое предложение; слова путались так сильно, будто он выбирал их наугад. Аймон переводил взгляд с Тео на своего партнера, не понимая, как расценивать ситуацию.
Тео стало ясно, что Тейс и понятия не имел, что её друзья здесь. Впрочем, неудивительно: она сильно сомневалась, что Урсула призналась бы в сговоре с другим фэем, который к тому же работает на тролля-убийцу.
План шел как по маслу. Именно в этот момент в сад вышла сама Урсула и направилась к помосту; толпа расступилась и перед ней. Как и ожидалось, гребни в её волосах сияли подобно короне, платье красотой могло соперничать с закатом, а на шее красовалось ожерелье, дарующее неуязвимость к железу. Она поднялась по ступеням и встала между тронами Тейса и Аймона.
Мгновение Тео и Урсула сверлили друг друга взглядами. Урсула боролась за внимание толпы, а Тео не собиралась его уступать. Тео уже видела эту игру. Урсула хотела, чтобы Тео повторила свои слова — чтобы это прозвучало как мольба, а не как требование. Поэтому Тео стояла с высоко поднятой головой и плотно сжатыми губами.
Шесть минут до полуночи.
Тео уже подмывало попросить её поторопиться. Театральная пауза Урсулы «для пущего эффекта» безбожно сжирала время.
— Мама, — тихо произнес Аймон, прерывая неуютное молчание раньше, чем Тео или Урсула успели открыть рот. — Что ты делаешь?
Урсула проигнорировала сына и вместо ответа воздела руки. В толпе пронесся ропот. Тео обернулась и мельком увидела причину: прямо у неё за спиной, от самых её пяток и до входа в атриум, вырастал огромный фейский круг. Грибы стремительно пробивались из земли, отрезая ей путь перед часовой башней.
Урсула наконец заговорила, но обращалась она только к Тео.
— Ты сама войдешь в этот фейский круг у тебя за спиной. Как только окажешься внутри, твоих друзей отпустят.
Очередная уловка. Урсула могла бы запросто вырастить круг прямо вокруг Тео, но не стала. Руки останутся куда чище, если Тео заманит себя в ловушку добровольно.
— Так, погодите-ка… — начал Тейс, в чьем голосе изумление начало сменяться закипающим гневом.
Но Урсула бесцеремонно его оборвала:
— Ты хотел, чтобы я нашла принцессу — я её нашла. И чтобы она снова не смогла улизнуть…
— Выскользнуть по-ежиному, — вставила Тео.
— Что?
Тео улыбнулась.
Урсула цокнула языком и продолжила:
— Чтобы ты снова не сбежала, ты встанешь в этот круг. И тогда мы отпустим твоих друзей.
Тейс опешил.
— Ты действительно похитила её друзей?
Урсула проигнорировала регента, сверля Тео тяжелым взглядом.
Тео едва заметно качнула головой.
— Сначала вы приведете их сюда. Как только я их увижу — я шагну в круг.
Урсула прищурилась, но всё же сдалась.
— Ладно. Стража! Привести заключенных.
— Заключенных?! — взревел Тейс, пока Аймон, глядя на мать, отчаянно боролся с подступающей паникой.
Четыре минуты до полуночи. Тео молилась, чтобы стражники поторопились.
К счастью, долго ждать не пришлось. Мгновение спустя вывели Сесили, Лока, Берика, Ториан и Лоуэна. На них не было кандалов, но запястье каждого охватывал железный браслет. Их сопроводили к подножию помоста, где они выстроились в ряд лицом к ней. Хорошо. Теперь у них тоже был прямой путь на выход из сада, когда эта вечеринка будет принудительно окончена.
Следом за группой шел Перран; в тусклом свете его ледяные волосы казались светящимися. И когда Тео увидела его среди остальных фей, то странное чувство вернулось — в нем было что-то пугающее, неестественное, чужеродное.
Он смотрел на неё с той же пугающей сосредоточенностью, что и в таверне. Его пальцы по бокам подергивались, мышцы ног были напряжены, словно у тигра, который уже выбрал жертву в стаде антилоп и ждет лишь удобного момента для броска.
Друзья смотрели на неё с изумлением. Все, кроме Сесили.
С задумчивым выражением лица та оглядела Тео с ног до головы.
— Весьма любопытный выбор туалета, моя простецкая Тео. Не совсем то направление, которое выбрала бы я, если бы одевала тебя на этот прием.
— Ой, да замолчи ты наконец! — огрызнулась Урсула.
Пока внимание Сесили было приковано к ней, Тео едва заметно качнула головой. Сесили уловила намек и увидела в толпе знакомое лицо: Каз непринужденно пробирался к первым рядам. Сесили ухмыльнулась, и её ухмылка расцвела в полноценную улыбку, когда следом она заметила Финеаса, занимающего позицию.
Тео скользнула взглядом вверх, к часовой башне. Там, выглядывая из-за одной из ветвей каменного дерева, притаился Алби. Она вскинула брови в немом вопросе, и он ответил ей кивком.
— Теперь твой черед, принцесса.
Меньше минуты.
Не сводя глаз с Урсулы, Тео сделала два шага назад, входя внутрь фейского круга.
И в этот миг часы пробили полночь.