Сайлас вёл машину остаток дороги к дому. Ещё пару полицейских машин проехали мимо, но они не остановили Сайласа, так как он ехал согласно ограничению скорости.
Норт проклинал нас на заднем сидении, но так как его руки были связаны он не мог никого из нас ударить, в этом было преимущество.
Когда мы наконец-то вернулись в Саннивэйл Корт, Сайлас подъехал к дому Натана. Машина Коты не стояла у дома, так что, должно быть, он всё ещё был с Виктором. Я не сомневалась, что его ночь была не легче, и желала тогда настоять на том, чтобы поехать с ним.
К этому времени Норт успокоился. Сейчас он только хихикал и что-то едва слышно говорил. Я не сомневалась в том, что у него пропал голос.
Натан вышел, а Сайлас открыл дверь со стороны Норта.
Натан свистнул мне.
— Арахис, — сказал он, кинув ключи в моём направлении. — Открой дверь.
Я побежала вперёд них, пытаясь найти ключ от дома почти что в темноте. Меня трясло от усталости. Я толкнула дверь, разыскивая выключатель, чтобы включить свет.
— Уйди с дороги, — прогремел Сайлас. Натан и Сайлас боролись с Нортом, заводя его в дом. Тот хрюкал как животное, цепляясь ногами и пытаясь скинуть своих друзей.
Я отошла, не зная куда идти. Я вбежала в кухню Натана. Он открыл дверь рядом с прачечной, во вторую спальню. По середине стояла водяная кровать. Полы были обычные, деревянные. Воздух внутри стоял спертый, и я подозревала, что это комната его отца.
Они положили Норта на кровать. Он перекатился на живот, создав небольшую волну.
— Не упади, — предупредил Сайлас. — Я не буду поднимать твою задницу обратно.
— Иди к черту, — пробормотал Норт, головой в подушке. Его глаза были на половину открыты и смотрели на меня.
— Сэнг, — позвал он. — Детка, развяжи меня.
— Уходи отсюда, Сэнг, — сказал Натан, подталкивая меня к выходу.
— Нет, — завопил Норт. — Сэнг, — он позвал громче. — Сэнг! Вернись.
Я почувствовала неловкость. Его слова мольбы заставили мое сердце сжиматься от жалости. Он звучал так грустно и одиноко сейчас.
Сайлас последовал за нами и закрыл дверь. Натан и Сайлас ввалились в кухню. Я последовала за ними.
— С ним всё будет в порядке? — спросил я. — Разве мы не должны следить за ним?
— Пусть он проспится, — сказал Сайлас.
— Я пошел в кровать, — сказал Натан. — Я всё.
— Звучит как план.
Сайлас открыл входную дверь. — Я запру её. И позвоню доктору Грину. Скоро вернусь.
Натан повернулся ко мне.
— Устала?
Я тяжело опустилась. Да! Я могла бы спать неделями.
— Пожалуйста, скажи мне, что нам не нужно делать это снова.
Натан рассмеялся. Он наклонился ко мне, схватил и понёс меня вниз к своей спальне.
— Никаких больше шкафов на вечеринках для тебя, Арахис.
♥♥♥
Как только я оказалась в кровати Натана и согрелась под одеялами, то сразу вырубилась. Я не почувствовала, как Натан забрался на другую сторону, а Сайлас за мной. Кровать была достаточно большой и вместительной для троих, если я буду спать по середине. Когда я проснулась спустя какое-то время, мне было удобно лежать рядом с ними.
Рассвет скользнул по моим векам утром, но я проигнорировала его. Рука Сайласа оказалась под моей головой в качестве подушки. Нога Натана была между моими лодыжками. Здесь же поместились и пара одеял скомканных между нами.
— Сэнг, — прошептал знакомый голос.
Я ещё толком не проснулась, и когда в комнате стало снова тихо, я начала дремать.
Послышалось хихиканье.
— Сэнг. Проснись.
Я распахнула глаза. Я посмотрела на Сайласа спящего рядом со мной. Я повернулась к месту Натана, он всё ещё спал на своей стороне.
— Сэнг, — голос заговорил громче. Кота стоял у кровати, одетый в зелёную футболку и джинсы. Он поднёс кончик пальца к высунутой ноге из-под одеял.
— Пошли поможешь мне с завтраком.
Я села, потирая лицо, осматриваясь в поисках часов. Было девять часов. Уже слишком поздно для сна мальчиков.
— Пошли, — сказал Кота, махнув мне рукой.
Кота протянул мне руку и взяла её. Он вытянул меня с постели, пока я не встала ногами на пол.
— Где ты был? — спросила я тихо.
Он прижал палец к губам, подмигнув мне.
— Мы поговорим на кухне.
Я вышла на цыпочках с ним, закрыв дверь спальни Натана за нами. Кота открыл холодильник Натана, сунул голову туда и вытащил яйца, упаковку бекона, хлеб и масло. Он нашёл бутылку кофе Старбакса «Мокко-Фраппучино» и кинул мне.
Я не была уверена, хочу ли я сахарный бум этим утром, но я открыла бутылку, так как мне все равно хотелось чего-нибудь, чтобы прочистить горло. Я сделала глоток и почувствовала себя лучше. В моём желудке не было ничего с того времени, как мы поужинали прошлым вечером. Я осознала, что одета в ту же одежду, что я ходила вчера, включая худи Коты.
— Хорошо провели время? — спросил Кота. Он нашёл пару сковородок и приступил к жарке бекона.
Я стояла рядом с ним, прислонившись в столешнице.
— Вероятно, не так весело как ты.
Он спокойно улыбнулся, ожидая пока нагреется сковородка. Он близко подошёл ко мне, положив руки на мои бедра, поднял и посадил на столешницу. Он поместил руку с каждой стороны моих бедер, смотря мне в лицо.
— Расскажи мне, что случилось.
Его требование заставило меня рассказать. Пока говорила, я потягивая кофе, чтобы проснуться. Я начала с того, как мы добрались на вечеринку. Кота начал жарить яйца с беконом. Я хотела встать и помочь, но он поднял руку, настаивая на моём рассказе.
Я почти добралась до части о том, как Норта втолкнули во вторую спальню, когда Натан, с сонными глазами, почесывая спутанные волосы, ввалился к нам.
— Утро, — он зевнул, показалось, что он не удивлен, что Кота здесь и готовит завтрак.
— Бекон почти готов, — сказал Кота.
Натан подошёл ко мне, забрав бутылку с кофе у меня и выпил последний глоток со дна.
— Пожалуйста, скажите, что у нас есть нормальный кофе.
— Ещё не сделали, — сказал Кота. Он взглянул на меня.
— Ты хочешь пойти и разбудить Сайласа и Норта?
— Не посылай её за Нортом. Он, вероятно, всё ещё связан.
— Тогда вероятно лучше ей пойти за ним, не так ли?
Натан обиделся.
— Хороший выбор.
Это звучало несправедливо. Разве он не будет зол на меня?
— Иди туда, Сэнг, — сказал Кота. — Он опоздает на работу.
Я буркнула, соскользнув со столешницы и выбрала сперва разбудить Сайласа.
Я на цыпочках вернулась в спальню Натана. Сайлас, укутанный обоими одеялами, отвернулся к стене. Я подползла к немуна коленях, взяла обеими руками его руку и начала трясти.
— Сайлас?
Он буркнул, укрывшись одеялом с головой.
Я улыбнулась. Не часто мне приходилось просыпаться первой и будить их.
— Сайлас?
Я позвала немного нараспев.
— Мой ангел, — пропел он в ответ.
— Готов к завтраку?
— Неа.
Он шмыгнул носом, перевернувшись ко мне лицом.
— Эй, — сказал он тихим голосом. – Я сожалею о прошлом вечере.
Я моргнула.
— Почему? Норт выпил из моей чашки, и это не твоя вина.
— Не за это, — сказал он. Он вздохнул. — Я имею ввиду, мне жаль, что я причинил тебе неудобства. Я не хотел превращать тебя в трофей.
Мои губы приоткрылись.
— Сайлас…
— Норт был прав.
Он сел, поднял руки к глазам и потер их, разгоняя сон.
— Я не подумал. Я решил, это будет весело, что если ты будешь всю ночь со мной, те слухи развеются.
— Что ты имеешь ввиду? Какие слухи?
Он нахмурился.
— Это в записках тебе. Те, что Норт забирал у тебя.
— Я думала, вы их не читали.
— Норт читает их, — сказал он. — Он их все читает.
Мои глаза широко распахнулись.
— Зачем он это делает?
Сайлас ухмыльнулся.
— Чтобы убедиться, что они не собираются съесть твою печень, — отпустил шутку он, процитировав то, над чем я пошутила, когда Норт впервые начал перехватывать записки.
Я покачала головой и небрежно махнула рукой. Даже когда я не знала или не думала об этом, Норт и другие продолжали присматривать за мной. На мгновение мне стало наплевать на то, что кто-то думает обо мне и почему. Парни — вот что было важно. Виктор был прав. Беспокоясь о тех, кому это было важно.
— Ты хотел как лучше, — сказала я. Ты делал то, что чситал правильным. Не извиняйся за это.
Сайлас поддал губы.
— Это не единственная причина, почему, — сказал он. Он повернулся на кровати, спустив ноги на пол и поттягиваясь. — Было весело думать прошлым вечером, что ты моя девушка.
Эти слова вызвали реку искр, прошедшую через мой позвоночник.
— Сайлас…
Он лучезарно улыбнулся мне.
— В следующий раз я приглашу тебя куда-нибудь и обещаю: никаких вечеринок.
Сайлас проследовал за мной на кухню. Мой разум едва был способен воспринимать идею быть отправленной будить Норта.
Натан протянул мне перочинный нож с открытым лезвием.
— Будь осторожна. Он острый. Не порежься.
— Или не порежь Норта.
Натан ухмыльнулся.
— Если ты случайно порежешь его, я назову это кармой.
Я начала сердиться на него. Как Натан мог такое сказать?
— Я шучу! — Он поднял руки вверх. — Не надо так сверлить меня взглядом. Я не это имел ввиду.
Я закатила глаза, направляясь через дом во вторую спальню.
Я постучалась, так как вообще не уверена, что мне нравится идея входить одной. В прошлый раз, когда я видела Норта, он был таким диким и говорил такие ужасные вещи. Частично я ожидала, что он будет очень сердитым и в том же состоянии.
Когда я заглянула в щель в двери, Норт лежал на одной стороне в постели, повернутый лицом к противоположной стене. Его руки были всё ещё связаны за спиной. Они выглядели отёкшими.
— Норт? — Я позвала мягко.
— Ммм? -Норт пробормотал, не двигаясь.
— Могу я войти?
— Я не останавливаю тебя.
Это прозвучало точно не как приглашение. Были ли парни уверены, что мне стоит делать это?
Я открыла дверь, оставив её слегка приоткрытой на случай, если мне нужно будет позвать остальных на помощь. Я на цыпочках подошла к кровати, пристально смотря на Норта. Я спросила тихо:
— Ты в порядке?
Он качнул голову в сторону завязанных рук.
— Ты так думаешь?
Я предположила, что сейчас достаточно безопасно. Он не ругался. Я использовала нож, который Натан дал мне, и очень осторожно направилась к Норту, чтобы не порезать стяжку.
Когда стяжка порвалась, Норт дёрнул руками, перевернувшись на спину и протянув руки над головой, сгибая их и сжимая в кулаки. Его глаза выглядели затуманенными, но без того сумасшедшего выражения, просто уставшие.
— Сэнг, — сказал он.
— Норт.
Он фыркнул. На его запястьях были отметины и пятна там, где содрана кожа.
— Теперь я знаю, как ты себя чувствовала, связанной на чертовом табурете. Почти.
Он сделал глубокий вдох.
— По крайней мере, ты не поместила меня в душ.
— Зачем мне так с тобой поступать?
Он опустил руки, медленно сел и повернулся на кровати, опустив ноги на пол.
— Ты, вероятно, должна была, — сказал он, смотря на свои голые ноги. Он, должно быть, скинул носки и обувь ночью. — Я заслужил это.
Я облегчённо вздохнула, желая прикоснуться к нему, но не была уверена как или хочет ли он этого.
— Не говори так, Норт.
Он отвернулся от меня, прячя взгляд.
— Я говорил действительно плохие вещи.
— Ты не имел это ввиду, — сказала я. — Ты был под наркотиками. Это было…
— Наркотики заставили сказать это вслух, — сказал он, он поднял голову и наконец-то посмотрел мне в глаза, его взгляд был полон сожаления и злости, бурлящей где-то глубоко внутри.
— Наркотики не заставили меня так думать.
Я старалась вспомнить точно, что он мне говорил той ночью. Я делала то, что Натан говорил, и не придала значения тому, поэтому я не приняла их на веру.
— Дело было не в том, что ты говорил. А в том, как ты это говорил. Все это не твоя вина.
Он сощурился.
— Ты перестанешь это смягчать?
Я моргнула.
— Что ты имеешь ввиду?
— Почему ты не зла? Почему ты не орёшь на меня?
Мои губы раскрылись.
— Не знала, что должна так делать.
Он фыркнул, покачав головой. Он упал на спину на кровать. Черная футболка съехала на живот, показывая темный след, который вёл от пупка вверх по животу. Это частично отвлекло меня. Он прижал руки к глазам.
— Я не хотел сделать это с тобой в машине. Я хотел, но знал, что не должен. Я не мог остановить себя.
— Норт…
— Позволишь мне закончить, пожалуйста?
Я вздрогнула, отступив назад. Палец взлетел к моему рту.
— Хорошо.
— Тебе следовало меня отвлечь, — сказал он. — Я почти… Я собирался…
Он сел. Его голос натянулся.
— Почему ты мне не сказала остановиться?
Я не могла больше выносить это. Он корил себя за то, что он не мог контролировать.
Я снова подалась вперёд, не оставив пространства между нами. Он почувствовал моё приближение, сел выше, удивление и злость смешались вместе на его лице. Он открыл рот снова. Для саможаления он хотел, чтобы я злилась и хотела ранить его. Во мне этого не было.
Я убрала пальцы от рта и поднесла к его губам. Теперь он дернулся, но я не дала ему шанса ответить.
Потом я поцеловала свои пальцы.
Отошла, открыв глаза. Его глаза распахнулись, впившись в мои. Всю храбрость внутри меня я отдала ему. Я не знала, что ещё сказать или сделать.
Он схватил меня за руки. Он посадил меня на колено лицом к себе. Мои колени упирались в его колено.
Он поднёс мою руку к своему рту, поцеловав мои кончики пальцев. Его губы соскользнули к моей ладони. Искры полетели от его рта по моей руке прямо к сердцу. Я прижалась к его груди, чувствуя себя неудобно на его коленях, но я не хотела двигаться. Я хотела быть тут с ним. Норт — яростный, вечно зоркий смотритель.
— Сэнг Детка, — пробормотал он у моей ладони. Он поцеловал её и вздохнул тяжело.
— Боже, не ненавидь меня.
Я сломалась. Я убрала руку от его рта и обвила руки вокруг шеи, утыкаясь головой в плечо. Его большие руки обняли мою спину, прижав меня к своему телу. Его губы зарылись в моих волосах.
— Я тебе всё ещё нравлюсь? — прошептала я.
Его рот растянулся в улыбке у моей головы.
— Да. Я тебе ещё нравлюсь?
— Да.
— Тебе не следует быть такой чертовски милой со мной.
Я уткнулась носом в его плечо.
— Ты действительно хочешь, чтобы я остановилась?
Он отодвинулся, чтобы посмотреть мне в лицо.
— Тебе не следует бояться сказать мне, чтобы я отвалил. Ты можешь рассказать мне всё, что хочешь. Расскажи мне, что ты думаешь.
Я приподняла бровь.
— Ты тоже не должен бояться говорить мне такие вещи.
Разве он об этом жаловался? Наркотики позволили выйти всему, что он хранил в себе, вещи, о которых я и не подозревала, что он думает. То, как он говорил, было грубо, но, по крайней мере, он рассказал мне что-то. Он сказал то, что они чувствовали и подтвердил мои страхи.
«Я не делюсь. Я не хочу делиться ей.»
Он чувствовал, что делится мной с другими. Натан и Сайлас чувствовали то же самое прошлой ночью, несмотря на то, что Натан сказал, что всё хорошо? Кота чувствовал, что он должен делить меня с Натаном? Потребовались наркотики, чтобы Норт был честен со мной?
Его рот открылся и губы растянулись, но он ничего не сказал. Он покачал головой, тяжело вздохнув.
— Я не понимаю тебя иногда.
Он взял мою другую руку и поцеловал ладонь. Он вдохнул глубоко, поцеловал снова и начал меня подталкивать к выходу.
— Сделай мне одолжение; попытайся игнорировать меня следующие пару дней.
Я встала на пол, отходя от него, чтобы он мог встать?
— Почему?
— Если это был экстази, у него есть побочные эффекты. Я могу стать немного ворчливым.
— Ты имеешь ввиду больше чем обычно?
Ухмылка появилась на него лице.
— Очень смешно.