В следующий понедельник, в четыре утра, я резко проснулась от очередного кошмара. Я села с бешено колотящимся сердцем, чувствуя, как Натан ерзает рядом со мной. Он пробурчал что-то и отвернулся, натянул одеяло и провалился в глубокий сон.
Я медленно встала с кровати, стараясь не разбудить его, протёрла глаза руками, отгоняя картины, которые всё ещё были свежи в моей памяти. Я сдержала стон, вспомнив, что Норт просил звонить ему, когда у меня такие сны. Я нашла в темноте телефон и на цыпочках вышла из спальни.
Я тихо проскользнула вниз, села в семейной спальне на оранжевый диван. Моё сердце всё ещё колотилось от картинок, вспыхивающих в моей голове. Мои пальцы зависли над телефоном. Я колебалась. Было так рано. Я могла бы подождать и позвонить позже или рассказать в школе.
Часть меня знала, что это обидит Норта, потому что я обещала ему, что позвоню. Я вздохнула, собирая волю в кулак, и нажала на приложение Норта, найдя черную кнопку, чтобы позвонить ему.
Норт ответил с первого раза.
— Что случилось?
— Извини, — сказала я. — Я знаю, что сейчас рано.
— Я не спал, — сказал он хриплым голосом, поэтому я не поверила, что это правда.
— Что случилось?
— Я… был ещё один сон.
Прозвучало так, будто Норт зевнул.
— Расскажи мне о нём.
Я рассказала, как переплетались огненные торнадо над морем и как приливы поднялись и смыли почти всех. Я помогала вытаскивать мертвые тела на берег, отправляя их в огонь, потому что их было так много, чтобы хоронить.
— Ты знаешь место, где ты была? — спросил он. — Где был пляж?
— Я не знаю. Я не знала даже этих людей. Я просто пыталась помочь и ничего не чувствовала…
— Ты потрясена?
Правда поразила меня. Как он так хорошо понял мои чувства?
— Да.
— Всё будет хорошо, Сэнг. Мы будем разбираться с этим потихоньку.
— Это просто сон, — сказала я.
— Сны иногда могут быть о том, что ты переживаешь, просто облечены в другую картинку.
— Так ты говоришь, что они что-то значат?
— Из того, что ты мне рассказала о своих снах, это твой способ выражения чувств в самых худших вариантах. Ты рассказывала мне обо всех снах прошлой ночью о прошедшей неделе?
— Извини.
— Детка, ты хочешь, чтобы я к тебе заглянул?
Я уже разбудила его. Я не хотела, чтобы он приезжал.
— Нет, всё в порядке. Натан здесь.
— Мне без разницы, что Натан там. Если ты хочешь, чтобы я пришёл, я сделаю это.
Соблазнительная мысль, но я не хотела его расстраивать.
— Всё хорошо. Я увижу тебя через пару часов в школе, правда?
Норт вздохнул.
— Сэнг…
— Да?
Пауза.
— Да. Не бери в голову. Увидимся в школе.
Когда он повесил трубку, я всё ещё сидела на диване, уставившись на телефон и думая о том, что, возможно, он чувствует себя одиноко, и я сделала ошибку, так небрежно отклонив его предложение приехать.
В семь я уже сидела на чердаке над своей спальней, пристально смотря на шкаф и пытаясь прочитать мысли Габриэля о том, какую юбку надеть к какой блузке.
Натан, согнувшись, стоял в дверном проёме чердака.
— Просто возьми что-нибудь.
Я достала темно-голубую спортивную хлопковую юбку и светло-серую хлопковую блузку. Они выглядели наиболее удобными, и это было тем, что я действительно хотела. Возможно, у Габриэля начнется истерика, но это подходящая одежда для меня. Так как я долго отсутствовала из-за откровения родителей и ухода отца, вероятно, меня заметят. Я не хотела сильно выделяться в первый день, надев лучшие вещи, которые мне купили.
Я спустилась с чердака. Натан был уже одет в форму студентов Академии по требованию директора, то есть в темные штаны и белую рубашку, расстегнутую так, что выглядывала майка. Блейзер был тёмно-синий с крыльями и ключами со спрятанным сердцем. Я ненавидела то, что они должны были надевать эти вещи, но эмблема заставила меня улыбнуться. Я тайно наслаждалась тем, что Габриэль сохранил секретное сердце в дизайне.
Я быстро переоделась в ванной. Когда я была готова, Натана в комнате не оказалось, а также моей сумке не было и футляра со скрипкой. Я вытащила сандалии и спустилась в поисках его.
Натан был в кухне, засунув голову в холодильник. Мэри ждала за ним. Моё сердце остановилась. Я понимала, что она знает, что они проводят ночи здесь, но не знала, как долго она ничего не будет говорить. Я была так зла, когда родители уехали, что не спросила, может быть, ей было неудобно, когда они рядом. Мы не разговаривали много, с тех пор как отец ушёл. Я не понимала, как подступиться к ней.
Натан высунулся с четырьмя бутылочками кофе из Старбакса.
Я посмотрела на Натана.
— Откуда у нас это?
— Я вчера их взял из дома.
Он передал одну Мэри.
— Кота будет здесь через секунду на машине. Вы хотите поехать в школу?
Поехать? Мы поедем в школу на машине Коты? Когда он собирался сказать мне? А теперь он спрашивает Мэри?
Мэри покачала головой, открутив крышку кофе.
— У нового парня Дэниелы есть машина. Я собираюсь подождать у её дома, и он отвезёт нас.
Она повернулась ко мне.
— Она проведет здесь ночь на выходных.
Мои брови подлетели от удивления.
— Хорошо?
Она спросила? Или она оповестила меня? Я не была уверена, что это хорошая идея говорить Дэниеле, что наши родители уехали, но что я могла сказать, когда Натан провел ночь вчера?
Натан нахмурился, но ничего не сказал. Он передал остальные бутылки мне, взял мои вещи и свою сумку, подтолкнув меня к двери.
— Мы уходим, — сказал он. — Увидимся позже.
Мэри отпила кофе и побежала обратно наверх.
Мы вышли в гараж и направились к дорожке. Натан слегка толкнул меня.
— Тебе не следует позволять Мэри приводить Дэниелу.
— Что? Почему? Вы остаетесь на ночь. Как могу я сказать ей, не приводить свою собственную подругу?
— Я не думаю, что это хорошая идея, — сказал он. — Если кто-нибудь узнает, что твои родители уехали, и если Мэри захочет, она может начать устраивать вечеринки, или Дэниела подговорит её делать это.
Я не подумала об этом. Это будет полным сумасшествием − устраивать вечеринки сейчас.
— Но я не главная. Что я могу сказать ей?
Старая модель седана Коты въехала на дорожку. Натан подбежал к машине и открыл переднюю пассажирскую дверь, посмотрев на меня в ожидании. Я резко вдохнула воздух от неожиданной доброты, но сказала «спасибо», когда села.
Я протянула кофе Коте, как только Натан сел. Кота ухмыльнулся, взяв его и открыв крышку. Он медленно глотнул, причмокнул.
— Он слишком сладкий.
— Ей такое нравится, — сказал Натан, потянувшись за одним.
— Это детский кофе, — сказал Кота. – Вероятно, она берет его из-за сахара, а не из-за кофеина.
— Он действует лучше, чем другие.
Кота дал задний ход и начал двигаться вниз по дороге. Он взял телефон, когда приблизился к Саннидэйл Корт, нажав кнопку и поднеся телефон к лицу.
— Виктор? Просто проверка. Давно от тебя ничего не слышно. Да, я забрал Сэнг и Натана. Мы едем на машине сегодня.
— Привет, Виктор, — сказала я.
— И Сэнг передаёт привет, — повторил Кота. — Нет. Ты увидишь её через секунду.
Он отключился и улыбнулся мне.
— Виктор передает привет.
— Даже не потрудился передать мне привет, — сказал Натан, саркастично фыркнув.
Когда мы приехали в школу, другие парни были уже там. Они расселись на двух скамейках в центре двора. Я была раздражена и хотела постоять. Частично это из-за кофе, который прошел через мой пустой желудок как мексиканские прыгающие бобы в консервной банке. В большей степени я нервничала из-за того, что была в стороне долгое время и чувствовала, что многое пропустила. Несмотря на то, что на прошлой неделе в четверг и пятницу были школьные выходные, отсутствие целой недели чувствовалась, как вечность.
У меня создавалось обманчивое чувство, что ученики смотрят на меня, и они всё знают. Сэнг − девушка с мертвой матерью и родителями, которым она не нужна.
Габриэль болтал с Котой. Через минуту он заметил меня. Он нахмурился и пропустил пальцы через прядь светлых, смешанных с красно-коричневым оттенком волос.
— Ага, — сказал он. Он поманил меня пальцем, и похлопал место рядом с ним.
— Сядь.
У меня не хватило сил сказать Габриэлю, что я хочу постоять. Я втиснулась на краешек. Моя нога задела его.
Он откинулся назад, опустив руку на скамейку прямо за моей попой.
— Я выбирал тебе одежду, а ты забила на неё.
Он потянул за рукав серого топа.
— Ты должна надевать что-нибудь светлое с этой юбкой. А сейчас ты выглядишь просто тускло.
— Я просто хотела надеть что-нибудь удобное, — сказала я.
— Что там неудобное? Назови, и я выкину это. — Он изучил моё лицо. — Беда, посмотри на меня, сладкая.
Я думала, что смотрела на него, но поняла, что на самом деле пристально смотрела на воротник его белой рубашки и красный галстук, не в лицо. Я посмотрела в его кристально голубые глаза. Меня потряхивало, а руки дрожали.
— Эй! — воскликнул он. Он обнял меня за плечи. — Сэнг, ты дрожишь.
— Она всегда так делает, — сказал Сайлас. Он улыбался, проходя через двор, подмигнув мне карими глазами.
— Это кофе, — сказал Натан. — Она ещё ничего не ела.
— Возьми, — сказал Люк. Он покопался в сумке, вытащив пару палочек вяленой говядины.
Габриэль поймал одну. Надкусил краешек пленки зубами, чтобы открыть и протянул мне.
— Вот.
Жар пронёсся по моему лицу, но я сделала, как мне сказали. Меня всё ещё потряхивало, но наконец-то хоть что-то появилось в моем животе.
Звонок прозвенел. Габриэль надул губы.
— Никогда не хватает времени.
Он быстро обнял меня, перед тем как отправиться на урок.
Я направилась в класс с Нортом и Люком. Они говорили об ужине. Я положила голову на парту, я не была готова участвовать в их беседе.
Мистер Фергюсон пробубнил оставшиеся имена. Раздалось жужжание в интеркоме, и голос прервал его.
— Мистер Фергюсон… Сэнг Соренсон там?
Я резко подняла голову с парты. Люк сел прямо, смотря на меня с сжатыми губами. Рука легла на мою спину, я знала, что Норт тоже обратил внимание.
Мистер Фергюсон нажал на кнопку ниже.
— Да, она здесь.
— Пусть она зайдёт в офис, пожалуйста. Спасибо.
Я была в ярости. Они узнали о моих родителях. Я брошенный ребенок. Они собираются направить Мэри и меня в какой-нибудь приют или куда-нибудь похуже. Сердце колотилось в груди. Мне это не нужно было в первый же день.
— Оставь свои вещи, — сказал Люк. — Я отнесу их на следующий урок.
Я кивнула, отдала ему сумку и футляр со скрипкой. Когда я встала, мои глаза встретились с глазами Норта, и выглядело так, будто он спрашивал, нужно ли ему пойти со мной. Я не знала, как это работает, так что я подняла руку вверх, показывая, что ему следует остаться.
— Вероятно, ничего, — пробормотала я ему.
Мне бы хотелось, чтобы это было правдой.
Я шла одна через пустые коридоры. Звук моих шагов эхом разносился по коридору. Я пригладила синюю юбку, которую надела, опустив как можно ниже край юбки, чтобы она следовала нормам. Я говорила себе, что это должно быть что-то обычное, какой-нибудь документ, который я забыла дать родителям на подпись. Может быть, я выронила что-нибудь, и это собирались вернуть.
Я вошла в комнату ожидания при главном офисе, и секретарь попросила меня присесть. Я была взволнована, так как не понимала, зачем меня вызвали, если они заняты. Я села на один из ярко-оранжевых стульев, которые почти сливались с ковром. Там были звуки движения, перебирания листов, и звонков за стеной, которая отделяла комнату ожидания от стола секретаря.
Прозвенел звонок на следующий урок. Я сглотнула. Кота и Габриэль знали, что меня вызвали наверх. Люк был занят, перенося мои вещи на урок. Я успею вернуться и забрать их, прежде чем другой урок начнётся.
Я притронулась к телефону в лифчике, чтобы убедиться, что он там. Я хотела позвонить мистеру Блэкборну или доктору Грину, и дать им знать, что я в неудобной ситуации, но подумала, что если выяснится, что это из-за обычного домашнего задания, будет глупо привлекать их.
Массивная фигура директора Хендрикса выросла в коридоре. Его пронзительный взгляд остановился на мне.
— Мисс Сэнг? Следуйте за мной.
Мои губы сжались. Я подпрыгнула, намереваясь успеть достать телефон, но другой администратор влетел с парадного входа, и мне пришлось поторопиться, чтобы успеть за директором Хендриксом.
Хендрикс ждал меня в коридоре. Он, подталкивая, позволил мне пройти вперёд. Не было шанса вытащить телефон так, чтобы он не увидел, что я пытаюсь позвать на помощь. Я пожалела о том, что ждала так долго.
Коридор в кабинет директора был пустым с кучей закрытых дверей. Дверь кабинета заместителя директора Мистера Маккоя была закрыта, а свет выключен. Может быть, он взял выходной. Я надеялась. Но один без другого — всё равно плохо.
Директор оставил дверь открытой, когда он подошёл к столу и сел на бордового цвета огромный офисный стул.
— Присядете?
Я села на стул поменьше напротив его стола. Я осмотрелась, отметив положение вентиляции и теневых зон. Я знала, что в офисе мистера Маккоя были камеры. Были ли они в офисе директора? Мог ли Мистер Блэкборн просматривать их сейчас?
Я резко вдохнула воздух, задержав дыхание и ожидая наказания Меня бы не вызвали в кабинет директора из-за бумаг.
Хендрикс приложил пальцы к подбородку.
— Не смотри так напуганно. У меня просто есть несколько вопросов. Ты не в беде.
Мне стало легче, но я чувствовала, что есть условие, которое нужно выполнить, чтобы не оказаться в беде.
— Я заметил, что вас не было на занятиях на прошлой неделе. Всё в порядке?
У меня широко раскрылись глаза. Он знал? Я не была уверена в том, что кто-нибудь, может быть, мистер Блэкборн или мой отец говорили об этом.
— Я полагаю, что так, — сказала я, стараясь быть неопределенной. Я подавила частично свою дрожь. — Я в порядке, сэр.
— В Академии была неделя набора? — спросил он. Его темные глаза смотрели на меня. — У вас были специальные тесты, которые нужно было пройти? Или серии собеседований?
Я широко открыла рот, удивленная предложенной им идеей.
— Набор в Академию?
Его густые брови взмыли вверх.
— Мистер Блэкборн внёс ваше расписание в школьный компьютер. Я думал, что он делает это только для своих учеников. Когда я проверил ваши табели, записи, где указываются предыдущие школы. Вы не из Академии. Пока ещё нет.
Он сел, откинулись на спинку стула, скрестив лодыжки, положив локти на подлокотники.
— Мистер Блэкборн не принимал студентов на этот год, кроме вас. Я даже не удивлюсь, если они говорили о том, чтобы вы присоединились к ним. Может быть, они пообещали вам что-то вроде стипендии, если вы поможете им? Я — любопытный.
Я покачала головой. Я не знала, как ответить. Честность сработает или мне следует отправить его к мистеру Блэкборну?
— Я никогда не была в Академии. Я не могу ничего вам об этом сказать.
Он почесал пальцем подбородок, как будто раздумывая.
— Вы единственная, в ком они заинтересованы.
Я не знала, как ответить. Вопроса не было. Мой разум плавал, обдумывая, что следует сказать. Стоит ли мне позволить ему думать, что они пытаются заполучить меня? Руки чесались достать телефон, но это было неудобно. Он был в чашечке бюстгальтера, спрятанный, использование его сейчас было бы слишком очевидным. Мне бы хотелось, чтобы Норт и Люк последовали за мной.
Его крокодилья улыбка вернулась.
— Вероятно, это хорошо. Я не знаю, что вы слышали об этой Академии, — сказал он. — Что вам рассказывали мальчики о ней?
— Это просто частная школа, — сказала я.
— Вы знали, что туда не позволяют входить посетителям? Вы знаете, что местоположение этой школы неизвестно? Вы уверены, что можете доверять группе учеников, таких как они?
— Что вы имеете ввиду?
— Она полна секретов, мисс Сэнг. Единственная причина хранить секреты – это необходимость прятать что-то, что они делают − неправильно. Что там происходит? Почему они молчат о ней? Разве школа полная очень умных учеников не хотела бы, чтобы все знали об их гениальности и уровне?
— Я не знаю, — сказала я тихо, смотря на стол, это лучше чем смотреть на него. Пока я думала над его вопросами, казалось, что он думает, какие они плохие. Они таковыми не были. Они помогали людям. Они помогли мне.
Они всегда что-то делают и всегда чем-то заняты.
Они были ворами, однажды. Дерек сказал так. Могли ли их поступки казаться прикрытием для чего-то большего? Как могла бедная школа, одна из тех, которая не может позволить учебники для библиотеки, предположить, что ребята из Академии украдут что-нибудь?
— Я хотел бы знать, сможете ли вы мне помочь, мисс Сэнг. Я занятой человек и не могу всегда следить за всеми. Я был бы рад, если вы смогли бы держать глаза широко открытыми для меня. Возможно, выяснить, что эти так называемые подаренные ученики делают.
— Я? Почему?
— Вы — умная девочка, — сказал он, — со всеми этими продвинутыми уроками. Я думаю, что я могу доверять вам. Это Академия, вы должны были это заметить, опасна. Я видел, как они дерутся, это похоже на тренировки, которые я видел у военных. Школьный совет требует, чтобы они были здесь, так что мои руки связаны. Они ничего не хотят слышать о местоположении и военной подготовке тайной школы. Вы, однако, можете узнать что-то более интересное, что они примут во внимание.
Я нахмурилась. Я знала, что ребята ему не нравятся и он не хочет, чтобы они были здесь. Он надеется, что я помогу ему избавиться от них.
— Что вам нужно от меня?
— Всё очень просто, — сказал он. – Узнайте, почему они здесь. Какой у них интерес? Вы можете мне не говорить, что они здесь по доброте душевной. Никто так не делает. Блэкборн и Грин едва выпустились из колледжа. Им не платят здесь много. Почему они остались? Это очень странно. Вы согласны?
Я снова не знала, как ему ответить. Хотя согласилась, что мне действительно было любопытно, что происходит. Я была вполне уверена, что его идеи неправильные и мальчики не были опасными. Может быть, он был не так далек от понимания цели их пребывания здесь. Были ли они в действительности здесь, потому что школьный совет попросил их об услуге? Может быть, я думаю об этом в неправильном направлении. Услуги вернутся. Что мог школьный совет дать Коте и другим?
— Я думаю, мы можем помочь друг другу, — продолжил он. — Эти продвинутые уроки могут быть тяжёлыми для новичка. Я уверен, что могу помочь вам с вашим образованием.
Я не согласна с взятками.
— Я думаю, я смогу справиться с этим.
— Я могу сделать его лёгким, — он наклонился над столом и сказал тихо. – Или, вероятно, вы узнаете, что те уроки могут быть намного труднее, чем вы думали?
Вопрос повис в воздухе, и значение его слов было написано на его лице. Расскажи об Академии, или он позаботиться о том, чтобы я не смогла справиться. Это было намного хуже. Он может потребовать встречи с моими родителями, или дать мне наказания до конца учебного года, если захочет. Возможно, мистер Хендрикс не знал, что я была последним человеком, которому бы нужно было это внимание, но если он знает, то я несомненно тот человек, которого он мог использовать.
— Подумайте об этом, — сказал он, снова откинувшись назад и нацепив дьявольскую улыбку. — Но я уверен, вы будете следить за ними для меня, не так ли? Просто скажите, где эта школа. Расскажите мне всё, что узнаете. Я смогу разобраться с этим, если вы мне зададите начало.
Моё сердце бешено колотилось, но я сдерживала дрожь, смотря в глаза ему, но не отвечая. Его угроза заинтересовала меня. Если он думает, что я хочу в академию, почему он использует меня для шпионажа? Вероятно, поэтому он следил за школьными занятиями и моими оценками. Наверно, он думал, если у меня плохие оценки, то, возможно, элитная академия перестанет интересоваться мной. Если я не помогу ему узнать, что это за Академия, или выдворить мальчиков из школы, он узнает, что я присоединилась к ним.
Он встал, подошёл к двери.
— Я вызову вас, мисс Сэнг, снова. Надеюсь, я не должен вам говорить, что нужно оставить это в секрете?
Что я могла сделать? Он должно быть сумасшедший, если поверит, что я не свяжусь с мистером Блэкборном при первом же шансе. Что если я увижу что-нибудь и не сообщу ему? Не то чтобы, но это значило, что мистер Хендрикс сможет сделать что-нибудь с моими оценками. В следующем году парни вернуться в академию, а где буду я?
Я выдохнула, стоя и смотря на пол. Я не хотела принимать или отрицать то, что он сказал. Я прошла тихо мимо него и вышла в коридор, обняв себя руками.
— Хорошего вам выздоровления, — сказал он и закрыл дверь за мной.
Я прошла, шатаясь, по пустому коридору, задержавшись на минуту, пока размышляла стоит ли мне найти мистера Блэкборна или лучше вернуться на урок, чтобы найти Коту.
Мистер Маккой материализовался в другом конце пустого коридора, направляясь в свой офис. Его пышные усы подергивались. Его тёмно-коричневый костюм сидел по телу. Моя кожа покрылась мурашками при виде его и я прижала голову, пытаясь проскочить мимо, не заговорив с ним.
Его лицо приподнялось, когда мы приблизились друг друг.
— Сэнг Соренсон, — сказал он резко, облокотившись о стену и преграждая путь.
— Почему вы не на уроке?
— Директор Хендрикс вызывал меня, — сказала я тихо, смотря на ближайшую дверь офиса, чтобы избежать взгляда на его лицо.
— Но меня отпустили.
— Проблемы, — сказал он. Он издал щелкающий звук ртом.
— Нет.
— Вы не очень хорошая лгунья, — сказал он.
Рука, которая была на стене, соскользнула и обвилась вокруг моей талии. Рукой он обнял моё бедро и сжал слегка.
Я вздрогнула, слезы собрались в уголках моих глаз. Мой разум опустел. Я скрестила руки на груди, боясь двинуться, боясь дышать. Пальцы горели через юбку, оставляя шрам на голой коже. Дайте мне уйти, умоляла я про себя, так как мой голос отказывался работать.
Он наклонился так, что я могла чувствовать запах смеси соли и масла, то есть того, что у него было на завтрак этим утром.
— Я слежу за вами, — сказал он и сжал моё бедро. Я отвернула лицо, приложив руку ко рту, чтобы не закричать.
— Я слежу за теми мальчиками тоже. Я знаю, как они трогают тебя. Если я увижу хоть одно непристойное движение между вами, вы будете в моем кабинете быстрее, чем успеете моргнуть.
Он отпустил меня, потопал вниз по коридору в свой офис. Он открыл его, вошёл внутрь и закрыл за собой дверь.
Я прислонилась к двери, хватая ртом воздух, чтобы прийти в себя. Моё бедро болело там, где он схватил меня. Я была уверена, что там будут синяки. Я задрожала. Мне нужны мальчики. Кота. Люк. Виктор. Где они были? Могла ли я им рассказать? Нет, я не могу ничего им рассказать. Я должна несмотря ни на что. Что я скажу? Мой разум затуманился и я двинулась вперёд без раздумий. Я взяла пропуск у стола. С натянутым лицом я прошла все коридоры одна по направлению в класс.