Мы с Эллиотом вернулись в крепость в Новом Орлеане, как только начало всходить солнце. Меня охватила усталость, и не только от солнца. Последние сорок восемь часов были ужасными. То, что Лорна осталась жива, должно было стать облегчением. То, что ее дампир пробудился, лишило меня последней надежды, которую я прятал в себе. Она стала монстром, которого боялись и желали все вампиры.
Дампиром.
До этого момента я убеждал себя, что она может стать частью моей жизни. Теперь я уже не был в этом уверен. Видя, какое опустошение она произвела у Конрада и в его поцелуе только укрепили мое желание держаться подальше. Страстное желание в ее глазах, когда я вошел в вестибюль, ясно дало понять, что она хотела еще крови. Не хотела. Она жаждала жизни, текущей по моим венам. И я бы позволил ей это, не задумываясь. Потребовалось всего несколько секунд, чтобы ее магия окутала меня и лишила свободы воли.
Я никогда не был так благодарен своей команде, чья сила воли превосходила мою собственную. Или, может быть, она просто не была нацелена на них. В любом случае, я смог быстро отступить, прежде чем потерял голову или жизнь. Однако, трусливое бегство заставило меня покраснеть. Я никогда ничего не боялся так, как Лорну в тот момент.
И то, как она превратилась из бешеного существа в разумного человека… Неужели у ее дампира действительно могут быть независимые мысли? Похоже на то. Был ли ее дампир искренен в своем стремлении быть позитивной частью жизни Лорны? Лорна верила, что это так.
Было ли это просто манипуляцией со стороны дампира, чтобы завоевать доверие Лорны? Если это существо было достаточно умным, чтобы увидеть опасность для своей собственной жизни, оно, безусловно, было достаточно умным, чтобы манипулировать всеми нами.
Сколько времени потребуется дампиру, чтобы завоевать доверие моей команды? Когда это произойдет, попытается ли он контролировать меня и захватить мой клан? У меня отвисла челюсть от внезапного осознания. Неужели фейри подослали Лорну ко мне, как мы подозревали с самого начала? Неужели они внедрили в дампира Лорны заклинание, которое могли вызвать только они?
Мне нужно было поговорить с Кенридом о своих подозрениях. Конечно, он бы знал, если бы это было вообще возможно. Хотелось надеяться, что я ошибаюсь, и этот ход мыслей был всего лишь результатом моей паранойи.
Что еще хуже, я все еще хотел ее. Даже после всего, чему стал свидетелем и что пережил, мне было нужно, чтобы она смотрела на меня с обожанием, с каким она смотрела на Кенрида. Мне нужно было увидеть сострадание, которое она с такой легкостью проявляла к Деймону. Даже Эллиоту удалось завоевать ее доверие, когда он отговорил ее от этого поступка.
Ревновал ли я? Абсолютно! Но это было нечто большее, чем просто ревность. Она должна была стать моим подарком. Источником моей энергии. Всем для меня. Но она не стала.
Вдобавок к боли от неприятия, я испытывал сожаление. Я полностью игнорировал все, что она вынесла от рук Конрада. Я завидовал тому состраданию, которое она проявляла к Деймону, но я не проявлял к ней ни капли. Я набросился на нее на парковке в аэропорту. Было очевидно, как глубоко задели ее мои слова, когда она отказалась смотреть на меня. Нас разделяли всего несколько дюймов, но с таким же успехом она могла находиться на другом конце света.
Я обвинил ее в том, что она представляет угрозу для моих людей, что было правдой, а также уничтожил все шансы сблизиться с ней. Я провел свою линию поведения, и она с уважением отнеслась к этому.
Покачав головой, я толкнул надежную дверь, ведущую из гаража прямо в мое крыло крепости. Тусклый металл, казалось, отражал мое текущее настроение. Мне нужно было до наступления темноты выбраться из собственных мыслей. Мой клан никогда не видел во мне ничего, кроме своего безупречного лидера. И сегодня я определенно не собирался этого менять.
— Тебе что-нибудь нужно от меня, прежде чем ты закончишь? — спросил Эллиот, следуя за мной по пятам.
— Обыщи эти коробки, — сказал я. — Посмотрим, сможешь ли ты найти доступ к ноутбуку, чтобы получить нужное нам видео.
— Понял, — сказал он, но я услышал неуверенность в его голосе. У него было что-то другое на уме. Скрытность не была свойственна Эллиоту, но я не стал давить на него.
Когда мы вошли в мое маленькое фойе, меня встретил запах полированного дерева и натурального камня. Я сделал глубокий вдох. Мои ботинки глухо застучали по каменному полу, но глубокие панели красного дерева на стенах поглощали звуки в узком пространстве. Я направился прямо к лифту и нажал на кнопку. У него был только один пункт назначения — мой пентхаус.
Я едва почувствовал острый укол в палец, когда устройство безопасности проанализировало мою кровь. Это было сочетание технологии и магии. Кенрид придумал это несколько лет назад. Оно распознавало только мою кровь, кровь Деймона, Эллиота и Кенрида. Никому другому не разрешалось вторгаться в мое личное пространство.
Через несколько секунд двери лифта открылись, и мы вошли внутрь. Я почти ожидал, что Эллиот скажет что-нибудь саркастическое по поводу отсутствия музыки в лифте. Чаще всего он предлагал разные песни, группы или радиостанции. Но не сегодня. Его молчание беспокоило меня. С тех пор, как в нашей жизни появилась Лорна, он перестал быть обычным, незрелым шутником.
Я взглянул на мужчину рядом со мной. Его нахмуренный лоб затенял глаза. Растительность на лице не скрывала хмурого выражения.
— Что у тебя на уме, Эллиот? — спросила я, нарушая напряженное молчание.
Он фыркнул, затем почесал бороду обеими руками.
— Даже не знаю, с чего начать.
Я понял, к чему он клонит.
— Давай выпьем, прежде чем я закрою это дело, — предложил я. — Поговорим об этом.
Лифт прибыл к месту назначения, и я вышел в просторную приемную. В отличие от темного камня и дерева в фойе внизу, пол был устлан светлыми бамбуковыми досками, а стены были нежного цвета слоновой кости. В приемной не было окон. Во всем крыле было только одно окно. В южной стене гостиной было окно от пола до потолка с видом на Мексиканский залив. Плотные шторы, однако, никогда не опускались. Мой вампиризм украл у меня солнце, но это не означало, что я должен был жить в пещере. Я намеренно выбрал светлые тона в коричневых и голубых тонах, чтобы украсить свое пространство.
Сейчас все это не имело значения.
Я пересек прихожую и направился прямиком к небольшому бару в гостиной. Эллиотт опустился на большой кожаный диван лицом к окну.
— Виски?
— Да. — За его ответом последовало низкое рычание. — Я должен был остаться с ней, Натан. Мой волк взбешен, и я не уверен, что смогу удержать его от нападения на все, что движется.
Я налил немного своего любимого виски в два бокала и пересек комнату, протягивая Эллиоту его бокал. Вместо того, чтобы опрокинуть его, как я ожидал, он уставился на янтарную жидкость, словно в ней должны были содержаться ответы на все его проблемы. Если бы только.
— Знаешь, только вопрос времени, когда Деймон заявит на нее права, — сказал я. — Думаю, Кенрид уже сделал это, по крайней мере, мысленно.
Эллиот снова зарычал.
— Знаю, но, похоже, я не могу убедить своего волка, что он должен поделиться. Это не в нашем характере. Он тоже не собирается от нее отказываться.
Я плюхнулся в огромное кресло напротив него и крепко зажмурился. Эллиот только что подтвердил мои опасения по поводу того, как быстро Лорна поглотит моих мужчин. Если бы это был кто угодно, только не она, я был бы в восторге от того, что Эллиот наконец нашел свою пару. Я не мог не задуматься, было ли это на самом деле или это результат дампирской магии Лорны.
Это тоже было неправильно. Дампиры не могли влиять на оборотней. Я взглянул на Эллиота и обнаружил, что он смотрит на меня в ответ.
— Я не знаю, что делать, Натан. — Его умоляющие глаза искали на моем лице ответы, которых у меня не было. — Я хочу верить всему, что она сказала нам по дороге в аэропорт. Я отчаянно пытаюсь поверить в искренность ее дампирских глаз, когда она попросила меня о помощи. Дампир никогда не просит о помощи. Они убивают. — Он вздрогнул, без сомнения, вспомнив сцену убийства, на которую мы наткнулись. — Должен ли я дать ей шанс проявить себя, как сказал Деймон? Докажет ли ее дампир, что она достойна стать нашей парой?
Я сделал большой глоток виски, позволяя ликеру скользить по горлу, и попытался придумать ответ. Ответ, который он хотел услышать, мог оказаться не самым лучшим для нашего клана. Его волку нужна была причина для компромисса, а мне нужно было защитить своих людей, не становясь лицемером. Я никогда никому не отказывал из-за того, кем они были. Они должны были дать мне повод их выгнать. Лорна говорила правильные вещи. Она хотела получить шанс проявить себя. Я бы нарушил самое святое правило клана, если бы лишил ее такой возможности.
Иногда я ненавидел быть главным.
— Думаю, мы должны дать ей шанс, — ответил я. — Наш клан был построен на том, чтобы принимать всех. Но мы также будем стараться держать ее подальше от наших вампиров как можно дольше.
— Хорошо, — пробормотал Эллиот, затем выпил виски, как я и ожидал ранее.
— Что касается твоего волка, — продолжил я, — даже если Деймон и Кенрид претендуют на Лорну, это не значит, что ты не можешь побыть с ней наедине. Ты видел, как хорошо сирены управляются со своими гаремами. Ты можешь оговорить, что ваше время принадлежит только вам, а не кому-либо еще.
Эллиот фыркнул.
— Волкам не место в гареме, Натан. У меня есть только одна родственная душа, которую я могу любить и защищать.
— А что, если Лорне понадобится больше одного защитника? – спросил я. — Если фейри обнаружат ее, ты действительно думаешь, что сможешь защитить ее? Ты бы смог смириться с тем, что что-то случилось из-за того, что тебя было недостаточно?
Со стороны Эллиота раздалось низкое рычание. Ему, как и всем нам, не нравилось, когда его допрашивали, но это была правда, и он это знал.
— Подумай об этом, друг мой. Сколько раз за последние две недели нам пришлось выслушать лекцию Деймона о том, как мы все ей нужны? — Я напомнил ему и себе. Все время, пока Лорна отсутствовала, Деймон не отпускал ее. Он настаивал, что для ее безопасности потребуются усилия всех нас. — Я не всегда согласен с черно-белой логикой Деймона, но, возможно, он прав.
Эллиот, казалось, сдулся, откинувшись на подушки.
— Возможно, — согласился он. — Ты не возражаешь, если я принесу коробки сюда и рассортирую их? Не хочу рисковать тем, что кто-то еще найдет какую-либо информацию о Лорне.
Я кивнул и поднялся со стула. От усталости я чуть не упал.
— Хорошая идея. Я иду спать.
Эллиот тоже поднялся, затем отнес свой и мой бокалы обратно в бар.
— Увидимся вечером.
Он направился обратно в приемную, и мгновение спустя я услышал, как дверь лифта со свистом открылась. Я сделал глубокий вдох и направился в убежище своей кровати. Нам предстояло многое сделать в следующие сорок восемь часов, прежде чем Деймон и Кенрид доставят Лорну в крепость. Надеюсь, Эллиот найдет что-нибудь в тех бумагах, которые мы забрали у Конрада.
Несмотря на то, что я с нетерпением ждал встречи с Лорной, я боялся увидеть ее дампиром. Но у меня не могло быть одного без другого. Разве это не характеризует всех нас? Эллиота и его волка. Меня и моего вампира. Деймона? Я не был уверен, что демон Деймона чем-то отличается. Кенрид тоже. Они были такими, какими были.
Возможно, Кенрид и Деймон были правы. Если бы настоящие дампиры росли в благоприятной среде, как Лорна, возможно, они не стали бы машинами для убийства, какими мы их всегда знали. Возможно, надежда была, и мне просто нужно было отбросить свои параноидальные теории заговора.
После того, как я поговорю с Кенридом о возможности заклинания фейри.