Кейлин
Я складываю книгу заклинаний в новую блестящую кожаную сумку, подаренную мне Эмберли, и закидываю на плечо. Одета я повседневно, разве что во всё чёрное, как обычно. Я готова приступить к слежке.
– Люциус прямо сейчас покидает дворец.
Киваю, продолжая расхаживать перед открытым окном, что выходит во двор с огромными тенеклёнами. Горы возвышаются позади замка, поражая своим величием. В них есть своя собственная природная магия. Не такая впечатляющая, как в Шепчущем лесу, конечно, но я, пожалуй, не совсем беспристрастна в данном вопросе. В горах тоже есть теневые духи и фантомы, так что, вполне возможно, я полюблю их не меньше леса.
– Как долго ещё ждать? – спрашиваю у духа книги.
– Остальные уже собираются. Ты можешь отправляться хоть сейчас, но твой резерв ещё не восполнился. Не советую доводить себя до истощения. Лучше останься в тени.
– Ты всезнающая книга заклинаний или курочка-наседка?
– Какой смысл в безграничных знаниях, если я не могу раздавать указания?
Хмыкаю. На самом деле меня очень даже радует, что он высказывает своё мнение. Так я чувствую себя менее одинокой. Здесь мне не с кем обсуждать свои идеи, и я всё чаще задумываюсь о том, как грустно будет править этим двором единолично.
Со временем я, конечно, налажу связи. Обзаведусь друзьями, которым можно будет доверять. Но не равноправным партнёром.
Движение среди деревьев за окном привлекает моё внимание. Тени кружат и танцуют. Только фейри теней могут заметить эти лёгкие колебания.
– Это фантомы?
– Да.
Я несколько минут наблюдаю за вихрящимися тенями, мелькающими между деревьями, как будто танцующими под некую мелодию.
– Они были здесь всё это время?
– Нет, – шепчет дух книги. – Они вернулись, почувствовав возрождение магии.
– Благодаря мне.
– Да.
Кажется, их всего двое или трое, но они качаются и кружатся. В какой-то момент они объединяются в нечто большое. Оно открывает пасть, подобно огнедышащему дракону, и тут же съёживается обратно в крошечные сгустки, разлетающиеся в стороны, будто бы засмущавшись после своего спонтанного выступления.
– Что они делают?
– Играют, – отвечает дух книги. – Оценивают уровень магии. Пока для них маловато, но с каждым днём будет всё больше.
– Напомни мне завтра сходить к ним.
– Ты делаешь большое дело.
Улыбаюсь, продолжая наблюдать за скачущими меж деревьев тенями.
– Да, я знаю. Спасибо тебе.
Фантомы исчезают, и моё воодушевление вместе с ними. Я разворачиваюсь обратно к большой погружённой в полумрак комнате, и одиночество вновь накрывает меня, как и много раз до этого.
– Есть какие-нибудь вести о Несущем Ночь? – спрашиваю я, снова начиная расхаживать. Мне нужно отвлечься. Хоть на что-нибудь.
– Он в постоянном движении, вечно что-то замышляет, но предусмотрительно не озвучивает свои намерения. Вселяющая Ужас распределила группы призраков по всему миру. Кажется, они пытаются скрыть связь между Вихревым двором и призраками. Несущий Ночь также пообщался с Кочевником в Переплетённом лесу.
У меня сводит живот.
– И?
– Не знаю, какую позицию займёт Кочевник. Пока что он не давал никаких обещаний и ведёт себя как обычно. Но даже если он и присоединится к Несущему Ночь и Вселяющей Ужас, наших планов это не изменит.
– Нам нельзя расслабляться, – бормочу я. – Нужно действовать, быть на шаг впереди их.
– Как? Наш единственный вариант сейчас – пробудить Леди Озера.
Меня начинает клонить в сон, когда мы снова повторяем этот разговор по кругу. Это важно – напоминать себе, что прямо сейчас идёт война, которую окружающие не замечают. Несущий Ночь сидит в засаде и готовится нанести удар.
– Но Ревелн не хочет пробуждать её, пока не получит согласие своего союзника из Искрящегося двора, – напоминает дух книги.
Вздыхаю.
– Знаю. Я тоже пообещала, что, как минимум, предупрежу, если решусь это сделать. Но чего же мы ждём?
– Прежде чем бросаться в бой, нелишне укрепить свой двор.
Поджимаю губы.
– Я просто хочу поскорее покончить со всем этим. Так или иначе.
– Понимаю. На тебя давит вся эта ситуация.
Киваю и снова выглядываю во двор. Листья тенеклёнов умиротворяюще шелестят.
– Где сейчас Рейвен? – шёпотом спрашиваю, ожидая услышать в ответ, что дух книги не знает. Не в мире фейри. Вне досягаемости. Однако дух книги молчит.
Проходит ещё пара секунд в тишине, и я резко оборачиваюсь. В глазах темнеет от быстрого движения.
– Где Рейвен? – повторяю с большим напором. Я уже несколько дней не задавала этот вопрос. Пока мы были в Морозном дворе, я спрашивала каждые несколько часов, но раз за разом получала один и тот же ответ и оставила попытки.
– С Блейном.
– Где?
Снова пауза. Будь у духа книги шея, я бы уже за неё трясла.
– Прямо сейчас – в Сверкающем дворе.
У меня перехватывает дыхание, внутренности сжимаются. Это хорошо? Или плохо?
– Что она там делает? С ней всё в порядке? Как давно она в мире фейри?
Дух книги снова медлит с ответом, но когда я уже почти дохожу до точки кипения, внезапно говорит:
– Сейчас с ней всё хорошо, прямой угрозы нет. В мире фейри она уже третий день.
Третий день. Моргаю. Она здесь уже три дня, а он ни словом не обмолвился!
– Что они делают?
– Пытаются выведать планы Дрейка.
Нервно выдыхаю.
– Планы Дрейка, – глухо повторяю. Моё дыхание становится учащённым. – Они не знают, чего хочет Дрейк?
– Они вообще мало что знают.
– Не понимаю… Какую целью они преследуют? Разве они не заодно с Дрейком?
– Они не заодно ни с Дрейком, ни с Несущим Ночь.
Свожу бровь и хмуро смотрю на кожаный томик на столике у окна. Сердце быстро колотится, сна больше ни в одном глазу.
– А были? – медленно уточнила я.
Очередная пауза. Ярость закипает в моём животе. Ярость и такая глубокая боль, что я складываюсь пополам, тяжело дыша.
– Ты скрывал от меня информацию, – выдавливаю я. Иррациональный гнев. Я снова чувствую себя одинокой, покинутой всеми, но только теперь это чувство раздавливает меня. Дух книги мне не друг.
– Нет, – осторожно произносит он. – Я всегда предоставляю информацию по твоему запросу.
– Ты…
Голова кружится, пока я пытаюсь осмыслить эту ситуацию. Дух книги знал, как для меня важна любая информация о Рейвен. Но всё же не сообщил мне, когда она вернулась в мир фейри. Он знал, что Блейн не на одной стороне с Дрейком, но всё же не стал поправлять меня, когда я автоматически записала брата Дрейка в его союзники.
– Блейн опасен для Рейвен? Он удерживает её против воли?
– Нет.
У меня подкашиваются колени. Рейвен… Встряхиваю головой. С Рейвен всё в порядке, она здесь по своей воле. Это хорошая новость. Вполне хорошая… Но моё уже разбитое сердце рассыпается на кусочки поменьше. Закрываю глаза.
– Почему ты не сказал мне? – шепчу я, но не жду ответа. Даже слышать ничего не хочу.
Возможно, мне не стоило так полагаться на неживой предмет. Возможно, мне стоило понимать, что древний, вынужденный под действием чар делиться информацией со своим хозяином, никакой мне не друг и даже не союзник.
Наверно, я просто идиотка, раз была так слепа.
Слёзы накапливаются в глазах. Сердце отчаянно болит, оно вновь жаждет утешений от Рева.
Но я совсем одна.
Всегда, всегда одна.
Я укутываюсь в родные тени и выскальзываю через окно, чтобы сразу переместиться к тёмной тропинке. Все наши стражники по сути новобранцы, и их численность не позволяет защитить все выходы. Стараясь не думать о боли в расколотом сердце, я покидаю стены замка и направляюсь в тёмный город.
Мне не хотелось брать с собой книгу заклинаний теперь, когда я узнала, что дух скрывал от меня важную информацию. Мои руки трясутся от злости.
Но, как бы ни было неприятно это осознавать, книга мне нужна.
Без неё я не смогу узнать, где в этом запутанном городе искать мятежников. Да и будет очень полезно выяснить, кто есть кто и что совершил.
Так что буду пользоваться преимуществами, но не стану снова открывать свою душу. Я больше не буду доверять духу книги, только получать информацию, которую он не может мне не дать.
Покинуть собственный дворец незамеченной довольно несложно. Я бегу, укрытая тенями, по тёмной тропе в город внизу, следуя указаниям духа книги.
В городе темно и тихо, даже когда я подхожу к рядам маленьких построек. Лишь пара огоньков виднеются на узких улочках. Ночная жизнь здесь так себе, по крайней мере, в этой части города.
Но в какой-то момент я начинаю слышать вдалеке выкрики, смех, звон кружек.
– На этой улице три открытых таверны. В подвале последней еженедельно собираются мятежники.
Отпускаю тени, подходя к зданию, внутри которого горит свет. Окна закрашены, одна из створок подкосилась. На кривой вывеске значится «Шепчущее крыло». Внутри деревянные столы и стулья – все чёрного цвета. Запахи пота, блевотины и пива ударяют в нос, едва я открываю дверь.
– Что надо? – низким грудным голосом интересуется продавец.
Ухмыляюсь.
– Ничего.
– Тогда проваливай отсюда.
– Непременно.
Вновь подзываю к себе тени и исчезаю посреди зала. Наблюдаю за продавцом – высоким, но худощавым мужичком с длинными заострёнными ушами и в чёрном фартуке. Он на секунду сводит брови, но затем пожимает плечами и возвращается к своим делам. Если его и смутило, что некто использует магию, чтобы стать невидимым в его таверне, то недостаточно, чтобы принять какие-либо меры.
– Коридор справа.
Иду туда, куда говорит дух книги, и захожу в узкий коридор с выцветшей чёрной краской на стенах. Притормаживаю, когда половица скрипит под моим сапогом. Дальше иду осторожнее. Вскоре до меня начинают доноситься голоса впереди. Подхожу ближе – и вот уже могу разобрать слова.
– Она ещё не королева, – отмечает кто-то.
– Но станет ею, – отвечает грубый мужской голос. Я сразу узнаю Люциуса.
Останавливаюсь у самой двери в кладовку. В углах стоят бочки и ящики. Жёлтый свет слишком слаб, большая часть помещении остаётся в тени.
– Если только мы не помешаем.
– Вы никак ей не помешаете, – возражает Люциус. – Она последняя из рода Заклинателей Теней.
Все замолкают.
– Реально последняя?
Люциус мрачно кивает.
– Призрак подтвердил. Её отец недавно скончался, и теперь остались только она и дезертиры, принявшие другие стихии.
Призрак?
Дамочка, стоявшая в дальней части комнаты, выходит вперёд со скрещенными на груди руками.
– У нас всегда есть вариант вернуть этих фейри обратно, чтобы они заявили свои права на трон Двора Теней.
– Этих предателей? Ты бы хотела сделать кого-то из них нашим правителем?
Хмурюсь. Я не задумывалась об этом. Неужели остались другие потомки нашего рода? Разве что живущие в других дворах и использующие иные стихии.
Возможно, эта игра никогда не кончится.
– Но это ослабит источник и, вероятно, необратимо, – тяжко вздыхает Люциус. – Да и займёт много времени. Нам такой вариант не подходит.
Незнакомка изгибает бровь.
– Я просто говорю, что у нас есть выбор. Это даже не обязательно должен быть кто-то из Заклинателей Теней. Для источника нужен просто могущественный теневой фейри.
– Таких у нас тоже больше нет, – говорит Люциус. – Мы можем и дальше перебирать эти безнадёжные варианты. Но пока что нам остаётся только терпеть Кейлин и наблюдать за развитием событий.
– Ей вообще можно доверять? До меня дошли слухи о её статусе при Верховном дворе.
– Пока не знаю, – медленно отвечает Люциус. – Она определённо близка с новым Верховным принцем. Должен признать, что он кажется более увлечённым ею, нежели наоборот. Но она тщательно скрывает свои чувства, так что сложно сказать наверняка. Вполне возможно, что она полностью подчиняется Верховному двору. Но не исключаю, что она может быть верна Двору Теней и пользоваться благосклонностью Верховного двора.
– Думаешь, она может помыкать Верховным принцем?
– У меня сложилось впечатление, что она имеет сильное влияние на него. Но недавно он уехал. Так что могу лишь предполагать.
– И что же нам делать?
– Надо найти на неё компромат, – произносит женщина у дальней стены. – Секретик, который ей бы не хотелось раскрывать.
Люциус поджимает губы.
– У девчонки определённо есть свои демоны – буквально и фигурально. Возможно, нам удастся выяснить что-то. Будем отталкиваться от этого. – Он кивает, давая понять, что разговор окончен, но внезапно сам продолжает: – Нападение на Хрустальный двор прошло хорошо.
– Организуем ещё одно? – предложил кто-то из группы фейри, сидящих на бочках с мёдом.
– Нет, пока нет. Дворы всё ещё злятся на нас. Устраивать новое нападение в ближайшее время слишком опасно. – Люциус складывает руки на груди и откидывается на спинку стула. Его лицо лучится самоуверенностью и самодовольством. В отличие от безразличия и раздражения, которые оно выражает на встречах со мной. Ему нравится ведущая роль. – Полагаю, поэтому они и прислали нам новую королеву.
– Чтобы отловить нас? Тебе нужно быть очень осторожным, Люциус.
– Буду. Она мне не доверяет, но о связи с вами не узнает. Я об этом позабочусь.
Вскидываю бровь, позволяя уголкам губ приподняться в улыбке. Даже с трудом удерживаюсь от того, чтобы не показаться им прямо сейчас.
– О её возвращении говорят буквально все, – произносит фейри с глубокими морщинами на лице. – Называют её долгожданной королевой. Спасительницей Двора Теней.
– Она нашла союзников среди правящих дворов. Народ считает, что она сможет вернуть нам благосклонность Верховного двора, – добавляет стоящая у стены женщина.
Люциус качает головой.
– Мы этого не допустим.
Удивлённо моргаю. Неужели он этого не хочет?
Фейри дружно хлопают по столу три раза. Они что, согласны с ним?
– Мы так просто их преступления не забудем. Они должны заплатить!
– Мы заставим их страдать так же, как страдали мы!
Моё сердце сжимается. О нет, нет, нет.
– А что там с нашими шпионами в Вихревом дворе? – спрашивает мятежница, уперев руки в бёдра.
– Наши союзники притихли после нападения. Они лишь упомянули о готовящемся параде в Светящемся дворе, который так и тянет сорвать.
Фейри отвечают одобрением, начинают активно обсуждать эту идею.
Внутри меня всё упало. Лишь уровень тревожности поднялся. Эти фейри явно из числа тех, кто праздновал смерть предыдущего Верховного принца. Из тех, кто называл меня народной героиней за совершённый грех.
Магия откликается на ярость в моей груди. Пол под ногами начинает трястись, и разговоры тут же смолкают.
Я делаю глубокий вдох, чтобы успокоиться и взять магию под контроль. Тени плотно обвивают меня. Змея свернулась кольцами и готова нанести удар.
Люциус хмурится, но не придаёт значения этому короткому землетрясению.
– Пока что будем подыгрывать ей. Я постараюсь проверить, кому она на самом деле верна. Королева, имеющая власть над Верховным королём, была бы нам полезна.
– А если она верна ему?
– Значит, мы убьём его.
Моя магия вырывается из-под контроля. Тени, только что обвивавшие меня, хватают Люциуса за горло. Я выпрямляюсь, и маскировка слетает. Немногочисленные мятежники бросаются врассыпную от меня. Я же направляюсь к Люциусу, задыхающемуся и глядящему на меня широко распахнутыми глазами.
– Если вздумаешь снова ему угрожать, – предупреждаю я; из горла Люциуса раздаётся бульканье, когда тени ещё сильнее сдавливают его шею, – ощутишь на своей шкуре, насколько я сильна.
Стискиваю зубы. Мне хочется его убить. Показать, какой я могу быть…
Он посмел плести козни за моей спиной, хотел убить моего истинного и помыкать мной. Разумеется, я хочу его смерти.
Кривлю губы, позволяя увидеть всю ненависть в моих глазах, перед тем как отпустить. Его тело падает безвольным мешком на пол. «Ты подчиняешься мне», – напоминаю своей магии.
– Никто из вас даже пальцем не тронет Ревелна, – приказываю остальным. – И ни одного другого правителя Верховного двора без моего разрешения.
– Мы не склонимся перед тобой! – выкрикивает фейри из дальнего угла, хоть и прячется за тремя товарищами.
– Я ваша королева, – жёстко заявляю я. Люциус отползает от меня, держась за шею и рвано дыша. – Вы либо склонитесь передо мной, либо покинете Двор Теней.
– Шпионка!
– Подстилка Верховного двора!
Поднимаю подбородок выше.
– Вы ничего обо мне не знаете.
Мятежница, стоявшая у стены, делает шаг ко мне, на свет. У неё тонкие русые волосы, собранные в хвост. Её лохмотья сложно назвать одеждой. Глаза тусклые, в них отражается страх, но она расправляет плечи и старается держаться смело и уверенно.
– Ты атаковала соотечественника, чтобы защитить правителя другого двора. – Она кивает на скорчившегося Люциуса. – Двора, который веками презирал и унижал нас. Двора, похищавшего наших женщин и топтавшего остатки нашей гордости.
– Я едва его тронула, – небрежно отмечаю я, задев носком сапога ногу Люциуса. Тот отшатывается ещё дальше. – Пусть радуется, что ещё жив.
– Ты готова убивать своих, защищая принца из другого двора? – спрашивает она, как будто я только что только подтвердила их опасения. Делаю глубокий вдох, обдумывая, есть ли вообще смысл что-то доказывать этим фейри. Возможно, их всех надо просто арестовать. Или убить на месте.
Магия мурлычет.
Однако я понимаю причины их ярости. Понимаю их боль и страх. Они пытаются хоть как-то обрести контроль над ситуацией. Дать выход своей злости. И пускай это, скорее всего, бесполезно, но я всё же вступаю в диалог.
– Ты правда мыслишь такими категориями? Типа все во Дворе Теней – святые мученики, а все из Светящегося двора по умолчанию виновны? Я так не думаю. Я верю в то, что все фейри разные. Что судить нужно по действиям, а не по происхождению. Я понимаю вашу злость как никто. Я понимаю вашу жажду мести. Я сама проходила через это, когда была подростком. Хотела, чтобы все правящие дворы боялись меня. Хотела показать им, как мы сильны.
– А теперь нет? – уточняет мятежница, приподняв брови.
– В каком-то смысле да. Но не во всех. Я верю во Двор Теней и всем сердцем желаю доказать правящим дворам, что мы можем вернуть былое могущество. Но для этого я не собираюсь прибегать к насилию.
– В тебе нет ничего от Заклинателей Теней. – Люциус сплёвывает на мои сапоги. – Твой предок, будь он здесь, тут же отрёкся бы от тебя. И покарал.
Несколько фейри усмехаются.
– Хотел бы я это увидеть, – шепчет кто-то.
Сощуриваю глаза, вновь развернувшись к фейри у моих ног. Он сказал «предок». В единственном числе. А перед этим говорил о некоем призраке.
– Какой предок? – спокойно уточняю. – Это тот призрак, о котором ты говорил?
Люциус кривит верхнюю губу.
– Призрак Даррен Заклинатель Теней, последний великий правитель из твоего рода. Он ни за что бы не признал тебя своей наследницей.
Я чувствую тепло в груди и в то же время странное веселье.
Сначала фыркаю, а затем разражаюсь диким хохотом, громким и искренним.
– Ты знал его? – всё же выдавливаю я, чуть успокоившись. – Ты общался с Дарреном-призраком?
Люциус хмурится. А у меня складываются кусочки пазла. Я знала, что Даррен сотрудничал с Королевой Шепчущего леса перед Испытаниями. И подрывная деятельность с мятежниками была вполне в его духе.
Я помню, что он сказал мне, когда явился в мире людей, чтобы убедить принять участие в Испытаниях: «При дворе ты настоящий герой».
Смотрю на жалкого слизняка у моих ног. Даррен был по-своему ужасен. Он был готов обречь весь мир, лишь бы спасти свой двор, но в итоге научился эмпатии. Возможно, и эти фейри смогут.
– Нам стоит как-нибудь поговорить об этом за бутылочкой вина, Люциус. Это будет очень увлекательная беседа.
– О чём ты?
Покачиваюсь на каблуках.
– Ты ведь не видел призрака уже несколько недель, верно? Три, как минимум.
Мятежница хмурится.
– Тебе известно, где он сейчас?
– Разве он не участвовал в нападении на Хрустальный двор? – спрашивает кто-то из угла.
Поднимаю брови.
– Нет. Но это кое-что объясняет. Даррен не имеет отношения к нападению призраков в Хрустальном дворе. Вашего дружка-призрака к тому моменту уже не стало, и он больше не вернётся.
– Он мёртв? – уточняет мятежница.
– Он покинул этот мир.
Повисает долгая пауза.
– Что ты несёшь? – спрашивает Люциус, всё-таки поднимаясь на ноги и стряхивая пыль со штанов.
– Даррен вёл меня через Выжженные земли и всю дорогу пытался убедить вернуться, бросив книгу заклинаний и Рева. Но за время, проведённое там, мы успели сблизиться, и в конце концов он согласился стать моим настоящим союзником. Он спас Рева – того самого принца фейри, которого вы готовы убить, – хоть и считал, что на этом его род прервётся. В итоге он обрёл искупление, когда поставил любовь превыше мести, власти и величия родного двора.
Люциус и мятежница переглянулись, но мне было как-то наплевать, что они хотели тем самым друг другу передать.
– Я позабочусь о его наследии согласно своим представлениям о благе двора, а не вашим. Я любила его. И поверьте, я бы очень многое отдала, чтобы он был сейчас рядом и направлял меня. Я намерена позаботиться о нашем дворе, но не терроризируя другие дворы, а уничтожив древних существ, из-за которых мы и потеряли свой статус изначально. Я тоже не рада тому, как с нашим народом обращались все эти годы. Правящие дворы во многом виноваты перед нами, но если они готовы исправиться и протянуть нам руку помощи, я не стану мстить. Мои враги – не невинные жители других дворов.
– А кто? – спрашивает мятежница, задумчиво сощурив глаза.
– Существо, заманившее меня в ловушку и обманом затащившее в рабство. Я как марионетка должна была сыграть свою роль в его коварных планах. По своей глупости я попалась в расставленные сети. И Рихгана я убила не потому, что хотела отомстить правящим дворам. Это был единственный способ для меня спастись от куда более страшной судьбы.
– Несущий Ночь, – шёпотом произносит мятежница.
Киваю.
– И с тех пор моя главная цель в жизни, – сквозь зубы выдавливаю я, – освободиться от этого монстра. Вот моя приоритетная задача. Уничтожить Несущего Ночь.