АЭРОН
Кассия остановила свою кобылу у края дороги, всматриваясь в рощу.
– Что-то не так? – крикнул Брейт, замыкавший наши ряды.
– Всё нормально, – отозвалась принцесса и снова поехала вперёд, к городу, видневшемуся вдали. Близился полдень, стояла невыносимая духота, все были липкими от пота. Я протёр мокрую шею и отмахнулся от очередной мухи.
Летом в Ренове слишком жарко.
Бритон, как и Кассия, разглядывал деревья. Он тоже выглядел разочарованным. Вроде обычные зелёные яблони, ещё слишком маленькие, чтобы плодоносить. Что же этих двоих так заинтересовало?
Я покачал головой, решив не обращать на них внимания.
Прошло уже больше недели с тех пор, как мы покинули Йу. Каждый день мы стараемся проехать как можно большее расстояние. Каждую ночь мы останавливаемся в небольших деревеньках и учим местных отпугивать монстров. Бритон успешно завоёвывал расположение людей во всех местах, где мы побывали. Теперь у нас есть значительная поддержка народа.
Этого мало против стражников Кира, из которых можно собрать армию, но неплохо для начала.
И хотя мы едем на юго-восток, всё дальше от Разлома, количество монстров с каждой ночью увеличивается. К счастью, мы пока ещё не встретили ни одного ренджерака по пути.
Природа, казалось, тоже увядала с каждым днём. Видно было, что большинство полей уже заражены, да и лесные пожары случались то тут, то там. Серафина старалась помочь, чем могла, но некоторые участки уже невозможно спасти.
Давление проклятой магии ощущалось всё сильнее. Не знаю, сколько времени у нас осталось. Теперь, когда я научился чувствовать магию, я буквально ощущал эту войну между жизнью и смертью.
Серафина тоже становилась нервознее. Я и видел, и чувствовал её молчаливую тревогу, хоть она и пыталась скрыть это от остальных. И пусть она ни разу больше не заговаривала о нём с тех пор, как мы покинули Йу, я почти уверен, что она боится Мейлора сильнее, чем хочет показать.
Мы въехали в Бреклин, окружённые рядами крестьян, торговцев и повозок, запряжённых ослами. Скучающие стражники на входе даже не обратили на нас особого внимания. Бреклин меньше Йу по размерам, но более густо заселён. Рынок был переполнен с самого утра. Крестьяне и ремесленники выставляли свои товары.
Солет – красивейший город на берегу большого озера, с множеством изящных железных ограждений и балконов. Йу полон трактиров и уникальных лавок, а в величественном Кенроу расположен огромный дворец, окружённый рядами каменных построек и прекрасных садов на каждой площади.
Бреклин на их фоне слишком прост: деревянные дома с соломенными крышами и практичными крытыми верандами; дороги здесь – утоптанная грязь, а уличные фонари – это просто лампы на кривых столбах.
Мы подъехали к рынку под открытым небом – по сути, это большая, никак не украшенная площадь, мало чем отличающаяся от здешних улиц, и лишь огороженная брёвнами по периметру. Курицы кудахтали в клетках, какой-то осёл заржал.
Холмы Йу остались позади, сейчас мы находимся в самом сердце реновийских равнин с сельскохозяйственными угодьями.
Это был бы очаровательный край, живописный и плодородный, если бы не распространяющееся проклятье. Сегодня мы проезжали мимо многих виноградников, и все они выглядели увядающими, больными. Пшеница на многих полях была вялой, а лён и вовсе уже погиб.
Даже в городе ощущается всеобщая тревога. Люди расстроены и подавлены, на лицах многих отражается страх.
– Не знаешь, где здесь бараки? – спросил Бритон у Карла.
Но не успел наш сопровождающий ответить, как навстречу нам вышел мужчина. Он, похоже, был стражником, как и Карл с Юджином, но королевский герб, вышитый на кожаной кирасе, выделял его среди остальных.
Это капитан местной стражи, и он здесь не один.
Мой конь переступил с ноги на ногу, занервничав, по мере того как всё больше стражников окружало нас, возникая со всех сторон. Они перегородили нам путь, значительно превосходя численностью. Мы оказались в ловушке. Стоило заметить их раньше, но меня обманула непримечательная городская атмосфера.
– Что всё это значит? – громко спросил Юджин. – Мы на важном государственном задании. Вы хоть представляете, кого мы сопровождаем?
– Принц Бритон, – обратился капитан напрямую к принцу, проигнорировав Юджина.
Я почувствовал, как напрягся Бритон. Но этот стражник не был среди тех, с кем мы ранее встречались в Ренове.
– Его королевское величество король Кирент ждёт вас, – продолжил капитан. – Нам велено проводить вас к нему.
Морган бросил на меня вопросительный взгляд, покручивая рукоять своего меча. Я слегка качнул головой, намекая, чтобы не делал ничего опрометчивого. Мы в меньшинстве. Разочарованный Морган закатил глаза и сгорбился.
– Я с удовольствием пообщаюсь с братом, – с улыбкой ответил Бритон, разыгрывая облегчение. – Я так ждал нашего семейного воссоединения и рад, что он выехал навстречу мне.
Возможно, стражники ему поверили, но меня не так легко обмануть. Бритон опасается Кира и не без причины.
– О ваших лошадях позаботятся, – добавил капитан. – Оставьте их моим людям.
Бритон развернулся ко мне за советом, но я просто пожал плечами. Если мы не хотим вступить в бой прямо здесь, посреди улицы, вряд ли у нас есть выбор.
Амалия взяла Риза за руку, как только он спустился с их коня. Пока она вела его, он уверенно смотрел перед собой, неплохо скрывая свой недостаток. Я не ожидал, что Риз когда-нибудь будет доверять кому-то так, как он доверяет реновийской принцессе.
Кассия старалась держаться поближе к Бритону, недоверчиво косясь на стражников. Весь наш путь по Ренове она заинтересованно оглядывалась по сторонам, собирая новые впечатления, но сегодня она, казалось, была готова к бою.
– Вы не представитесь нам? – поинтересовался я у стражника, поравнявшись с ним. Я старался смотреть в оба на случай возникновения неприятностей.
Люди расступались на нашем пути, с любопытством наблюдая за нашим отрядом, сопровождаемым целой толпой стражников.
Мужчина снисходительно взглянул на меня.
– Я капитан Винтер. Глава бреклинской стражи.
– Не подскажете, капитан Винтер, почему всё это скорее напоминает арест, нежели встречу важного гостя? Вы же понимаете, что мы сопровождаем вашего кронпринца, законного наследника реновийского престола?
Замявшись, Винтер покосился на Бритона, но затем устремил взгляд перед собой.
– Я не вправе подвергать сомнению приказы своего короля.
Я попытался вытащить из него ещё хоть какую-нибудь информацию, но мужчина больше не отвечал на мои вопросы. Я чувствовал, что ему почти ничего неизвестно. Как он и сказал, он просто выполняет приказ Кира.
– Так сколько нам ещё идти? И почему мы спешились, если идти так долго?
– Мы уже почти пришли, – мрачно ответил он.
Мы зашли в жилую часть города с несколькими поместьями, окружающими небольшой дворец.
– Замок Милейн, – тихо подсказал Бритон Амалии.
– Я узнала. Он выглядит в точности, как на картине, – шепнула она в ответ.
Бритон повернулся ко мне:
– Это один из наших дворцов. Он принадлежал моему троюродному брату, но у него не было наследников, и потому дворец вернулся к моему деду по материнской линии и стал частью маминого приданого. В юности она проводила здесь каждое лето.
– И ужасно ненавидела этот замок, – добавила Амалия. – По её словам, Бреклин – самый унылый город на свете.
Не могу сказать, что понимаю её. В моей жизни было слишком много приключений, и теперь я не отказался бы провести время в каком-нибудь скучном месте.
Мы проследовали за капитаном Винтером через парадный сад, мимо живых изгородей, фигурно подстриженных кустов и разных статуй. Этот замок не совсем вписывался в примитивную архитектуру Бреклина.
– Принц Бритон, – произнёс один из стражников на входе, когда мы подошли к дверям. – Его величество желает встретиться с вами и вашей сестрой наедине. Вашим людям придётся подождать здесь.
Бритон напрягся.
– Можешь передать моему брату, что мне не нужно его разрешение, чтобы привести своих гостей в этот дворец, как и в любые другие владения нашей семьи.
Стражник слегка поморщился. По всей видимости, он надеялся, что Бритон не воспримет пожелание Кира в штыки.
– Если Кир хочет всё усложнить, – продолжал тем временем Бритон, – тогда пусть сам выходит к нам сюда.
Нахмурившись, стражник удалился внутрь поместья.
Мы стояли под палящим солнцем, напряжённые и раздражённые. Над нашим миром нависла смертельная угроза, а нам приходится разбираться с семейными неурядицами, созданными одним чересчур мстительным фейри.
Пару минут спустя стражник вернулся.
– Если согласитесь оставить оружие, король Кирент великодушно позволит вам войти.
Морган вскинулся, но я снова смерил его взглядом, напоминая, что нужно сохранять спокойствие.
– Что думаешь? – тихо спросил меня Бритон.
– Мы окружены. Так или иначе, мы не в том положении, чтобы диктовать условия.
Хотя одолеть их не составит труда сейчас, разгрести последствия будет сложнее.
Бритон развернулся обратно к стражнику.
– Приемлемо.
Напряжение нарастало, по мере того как мы разоружались. Даже доктор достал кинжал.
– И вот тут, – пробормотал Морган, доставая нож из-за пояса. – А, и ещё один в ботинке.
Мы с удивлением наблюдали, как рыцарь продолжает бросать на землю одно оружие за другим. А вот стражников вокруг, похоже, это не так впечатлило. Они лишь мрачнели всё сильнее с каждым новым клинком. Наконец, последний с лязгом упал на каменные плиты.
– Вроде бы всё, – сухо объявил Морган наблюдателям.
Триндон ухмыльнулся.
– Ты уверен?
– Остались лишь кулаки.
Триндон округлил глаза.
– Что же делать? Они ведь самые опасные!
– Хватит, – тихо приказал Риз.
– Следуйте за мной, – произнёс стражник, наблюдая за нами.
Кассия сделала глубокий вдох, набирась смелости. Бритон взял её за руку. Он ободряюще улыбнулся ей, мол, всё будет хорошо. Амалия развернулась ко мне, поймала мой взгляд в поисках подтверждения, что я сделаю всё, что в моих силах, чтобы никто не пострадал.
Я кивнул, давая понять, что не забыл своего обещания.
Мы вошли в поместье и попали в застеклённое помещение, наподобие теплицы. Несколько боковых дверей распахнуты, пропуская летний ветерок, но в комнате всё равно жарко и душно. От сквозняка зазвенели несколько колокольчиков. Это всё здорово действовало на нервы.
Вдоль дорожки стояли каменные вазоны с лавандой. От их резкого аромата у меня разболелась голова.
– А многих этот запах успокаивает, – с улыбкой произнесла Серафина, уловив моё раздражение.
Она притворялась расслабленной, но я чувствовал её страх. Мы не рассчитывали встретить Мейлора до того, как прибудем в Кенроу. Напротив, мы полагали, что он убедит Кира выстроить как можно больше преград вокруг столицы, чтобы помешать Бритону достичь своей цели.
Но, похоже, фейри предпочитает обороне нападение.
Мы прошли через веранду в крытый коридор, где уже было гораздо прохладнее. Затем нас привели в большой зал. Похоже, при строительстве помещение задумывалось как место для балов и светских вечеров, но сейчас использовалось как временный тронный зал.
Эмбер радостно взвыла, завидев Кира, но Амалия удержала собаку на месте.
Лжекороль выпрямился на троне, когда мы вошли. Его лицо приняло нейтральное выражение. Молодой человек выглядел весьма величественно. Выше и шире в плечах по сравнению с братом, темноволосый, с приятными чертами лица. Его взгляд первым делом остановился на Амалии, затем переместился на Бритона.
Смесь страха и злости была перекрыта явным облегчением. Любопытно, что последняя эмоция оказалась самой сильной. Кир, вне всяких сомнений, искренне рад видеть брата с сестрой.
Я перевёл взгляд на мужчину рядом с ним. От него веяло магией, но в то же время было в нём что-то неправильное. Так, значит, это тот самый Мейлор.
Бритон тоже обратил на него внимание и напрягся всем телом. Этот мужчина промыл мозги его брату… и напоил короля запрещённым зельем.
И этот же мужчина положил начало войне между нашими королевствами, а затем обманом вынудил королевские семьи обратиться к фейри с просьбой создать Разлом. Но принц пока ещё об этом не знает.
Бритон сжал руку в кулак несколько раз, но в остальном сохранял спокойствие.
– Похоже, одно оружие стражники всё-таки пропустили, – весёлым тоном отметил фейри, глядя на Серафину. На губах играоа улыбка, но никаких эмоций я от него не улавливал. Казалось, его ничуть не волновало наше появление. Он как будто был даже рад. Хотя алчность в его глазах сложно не заметить.
Но как он скрывает свои эмоции?
– Если мы позволим тебе остаться, Серафина, обещаешь вести себя хорошо? – спросил Мейлор тошнотворно игривым тоном.
Меня взбесило его поведение. Мейлор перевёл взгляд на меня и сощурил глаза. Он изучал меня несколько долгих секунд, но затем переключил внимание обратно на Серафину. Однако прежде чем он снова заговорил, Кир поднялся.
Все взгляды устремились к юному королю. Мейлор нахмурился из-за своевольного поведения Кира.
– Бритон, – заговорил Кир, и его голос эхом разнёсся по каменному залу, – ты правда жив.