Майло
«Сокол» хорошо выдержал шторм. Его качало и било о волны, но он был крепким. Поскольку большая часть экипажа находилась на нижних палубах, несколько человек остались под моим командованием, чтобы помочь закрепить еще несколько незакрепленных предметов и устранить любые повреждения, причиненные штормом. Клара была одной из них, хотя я и не просил ее об этом.
Слепящий дождь и ветер хлестали меня по лицу, а мышцы, сжимавшие руль, напряглись, грозя вот-вот вырваться из рук. Но прямо впереди я увидел просвет. Без парусов мы не смогли бы переплыть на другую сторону, но один только вид голубого неба придал мне достаточно мотивации, чтобы пережить это.
После часа яростного ветра и волн нас поприветствовало солнце, которое быстро принесло свое тепло, заставив забыть о шторме. Команда вышла, вероятно, такая же голодная, как и я. Повар Родриго принялся за дело, принеся каждому на завтрак порцию каши, подслащенной маслом и разбавленной ромом. Для моего пустого желудка это было изысканным блюдом, и оно помогло мне прочистить мозги.
Я изучал горизонт, по привычке чуть было не позвал Феликса, чтобы он помог нам проложить курс, но, поняв, что мне не ответят, сдержался. Шторм уже давно смыл его кровь, но я смотрел на то место, где он упал, и позвал людей, чтобы они подняли его. На мгновение я пожалел, что так и не узнал о нем больше того, что знал. Только что он был здесь. Целая жизнь. А в следующее мгновение исчез из этого мира. Не то чтобы я был незнаком со смертью, но это было ужасно похоже на мою вину.
Собравшись на корме со своей командой, я положил на него его меч и пистолет самым изысканным образом, на который был способен, прежде чем мы завернули его в саван, сделанный из его гамака. Я прочитал ритуал из общего корабельного молитвенника, а затем кивнул команде, чтобы они приступили к преданию его тела земле. Он соскользнул в воду и медленно пошел ко дну из-за привязанных к нему грузов.
В моей команде воцарилась мрачная тишина. Многие из них знали Феликса дольше, чем я, за исключением тех, кого я нанял самостоятельно после того, как захватил этот корабль. Интересно, многие ли из них втайне обижались на меня за то, что я убил их капитана и забрал команду. Я задавался вопросом, заботился ли кто-нибудь из них об этом на самом деле. Такова была цена должности капитана. Я так и не узнал, кто остался из-за преданности, страха или жажды мести. Кроме Феликса. Он был предан морю и этому кораблю, и я восхищался этим в нем.
Теперь мне нужен был новый первый помощник.
Я изменил наш курс, скорректировав его в зависимости от того, насколько сильно шторм сбил нас. Из-за него мы не слишком отклонились от курса, так что нам потребуется всего лишь дополнительный день, чтобы продолжить с того места, где мы остановились. Я наметил наше местоположение, заметив прямо впереди остров, случайное заросшее растительностью образование посреди Атлантики, но, согласно моим картам, у него не было ни названия, ни значения. Я намеревался направиться к нему, чтобы мы могли остановиться на вечер и заменить сломанный рангоут мачты. Было крайне важно починить его, чтобы мы могли вернуться к нормальной скорости плавания и перехитрить Тейна, если — и когда — он вернется.
Ближе к вечеру мы причалили настолько близко, насколько это было возможно. Остров выглядел необитаемым, но был достаточно большим, чтобы на нем можно было легко поддерживать жизнь. Когда мы высадились и исследовали его, не потребовалось много времени, чтобы оценить, насколько пышным и богатым ресурсами был этот остров. Словно оазис в пустыне, он славился свежими источниками с чистой водой и фруктовыми деревьями в изобилии. Я посоветовал команде наесться досыта и собрать как можно больше воды и еды, чтобы пополнить наши запасы до наступления ночи. Мы даже взяли немного дополнительной древесины из густого леса, скрывающего другую половину острова.
Пока мы ремонтировали мачту при свете факелов и костров, я напевал песенку, чтобы поднять настроение команде. Вскоре ко мне присоединились остальные. Голос Клары перекрыл голоса мужчин, пронзительная нота силы в хоре грубиянов. Она слегка улыбнулась мне со своего места на палубе, передавая инструменты тем из нас, кто сидел на мачте, прибивая новый рангоут на место и переделывая парусную оснастку. Я предложил ей подняться наверх и помочь, но она настояла на том, что боится высоты.
Когда работа была закончена, я вытер пот со лба и спустился по веревке обратно на палубу. После месяца плавания я подумал, что команда, возможно, оценит ночь на суше, даже если это будет всего лишь пустой остров без таверн. Я так сильно давил на них в последние недели, отчаянно пытаясь найти то, что искал, как можно быстрее. Катрина была моей миссией. Я был причиной всего этого. Но эти люди были моей командой, и я был обязан дать им немного отдыха.
Когда воздух наполнился радостными возгласами облегчения, матросы воспользовались нашими запасами рома и разложили раскладушки, чтобы поспать на песке под открытым небом, а не в душных нижних палубах. Финли даже удалось поймать дикого кабана, которого мы зажарили и наелись до тошноты. Полагаю, это в какой-то мере искупило его пристрастие к азартным играм.
После того, как я наелся досыта, улизнул, желая побыть наедине с собой и подумать. Будто я и так мало чего делал в одиночестве в своей каюте. Но сейчас все было бы по-другому. Наконец-то здесь не было шумных таверн и переполненных доков. Это было место, где я мог посидеть на песке под звездами и просто позволить своим мыслям спокойно блуждать.
— Куда ты направляешься, капитан? — раздался голос Клары, когда она заметила, что я покидаю группу.
— Никуда конкретно, — бросил я через плечо. — Не беспокойся. Я скоро вернусь.
Я оставил ее позади и стал пробираться сквозь переплетение деревьев и пышную листву, покрывавшую нижнюю половину леса. На мгновение это напомнило мне о той ночи, когда я отвел Катрину в безопасное место на берегу во Флориде. На вторую ночь я увидел ее, и в первую ночь я понял, что хочу ее. Я так долго боролся с собой, чтобы признаться в этом самому себе. Я клялся себе, что, должно быть, это ожерелье привлекло меня к ней. Иначе зачем бы я думал о ней, несмотря на свои мучения на дне океана? Почему она — даже когда я едва знал ее — казалась недостающей частичкой моей разбитой души? Почему казалось, что задолго до того, как звезды предначертали нам встречу на том пустынном острове, очень похожем на этот?
И все это ради того, чтобы я вернулся сюда, возглавил команду и стал пиратом, которым клялся никогда не быть. Но, может быть, так оно и было? Возможно, мне было суждено остаться здесь. Возможно, это был единственный способ по-настоящему защитить Катрину. Ее сущность сирены стала бы только сильнее, и ей нужен был кто-то, у кого не было бы своей темной стороны, кто помог бы ей справиться со своей. Что, если я не смогу?
Годы, проведенные в море, творят странные вещи с человеческим разумом.
Я размышлял об этом, стоя на поляне, даже не осознавая, что ноги перестали двигаться. Я смотрел на ночное небо сквозь просвет в верхушках деревьев, но не мог найти свою Полярную звезду среди деревьев.
В густых зарослях вокруг меня зашуршали шаги, прежде чем из тени вырвалась яркая копна рыжих волос. Клара подняла голову, ее лицо было таким чистым, каким я не видел его уже несколько недель после мытья здесь, на острове.
— Я думал, будет очевидно, что я проделал весь этот путь, чтобы побыть одному.
— Да, капитан, возможно, вы не единственный, кому нужно немного побыть в одиночестве вдали от этих высокопоставленных мужчин. — Она покачала головой. — Оказывается, нам просто пришла в голову одна и та же идея. Не волнуйся. Я пойду в ту сторону, и, надеюсь, мы больше не встретимся, пока не придет время загружаться на корабль. — Она повернулась и направилась в темный лес, перпендикулярно тому пути, по которому пришла.
— Подожди, — сказал я, и мое сердце внезапно упало, когда я понял, что оставил Клару наедине с тридцатью с лишним мужчинами. — А кто-нибудь из команды… они…?
— Да перестань ты волноваться, Боже правый, нет. А если бы они попытались, я бы им руки начисто отрубила, прежде чем они смогли бы и пальцем меня тронуть.
Я не смог сдержать легкой улыбки, когда пламенный ответ Клары принес мне облегчение. Конечно, мне не следовало беспокоиться о ней. Я уже дважды видел, как она откусывала голову Финли за то, что тот слишком долго на нее смотрел.
— Что ж, тогда увидимся, кэп. Наслаждайся своими размышлениями, а я буду наслаждаться своими… черт возьми, что это? — Ее голос быстро изменился, когда свет факелов, казалось бы, из ниоткуда упал на нас обоих, осветив круг странных людей, окружавших нас.
Я напрягся, вертя головой по сторонам, чтобы оценить новое окружение. Высокие, крепкие, как у воинов, мужчины и невероятно элегантные женщины стояли вокруг нас, пристально глядя друг на друга, пока они удерживали нас на месте своим молчаливым взглядом. Вперед вышла женщина, свет факелов ярко осветил ее смуглую кожу. Она была стара, и, вероятно, морщин на ней было столько же, сколько путей, по которым она прошла в жизни. Она смотрела на меня темными, глубоко посаженными глазами цвета индиго, с отметинами белой краски на скулах, одетая в плетеные пальмовые волокна и завернутая в одеяло из шкур животных. В ее седеющих волосах виднелись черные пряди и нитки ракушек, вплетенные в них.
Она приблизилась ко мне. Клара поспешно выхватила кинжал, но я остановил ее движением руки. Я держал руки так, чтобы женщина и ее соплеменники могли их легко увидеть, чтобы показать им, что я не хотел причинять им вреда. Но если я вторгся на их остров, возможно, я уже причинил больше вреда, чем думал.
Она оглядела меня с ног до головы, и с ее губ сорвалось одно-единственное слово, словно она попробовала горький напиток.
— Спрятанный, — она вздернула подбородок, — Как? — спросила она, ее глаза блестели, но по-прежнему были остры, как сталь.
— Что она имеет в виду? — огрызнулась Клара, готовая наброситься в любую минуту. Высокий мужчина, стоявший рядом с женщиной, шагнул вперед. Его светло-коричневая кожа была испещрена шрамами на руках, спине и плечах.
— Она имеет в виду, что мы — скрытый народ. Остров, скрытый от глаз смертных. — Я был поражен его безупречным английским. — Она спрашивает, как вы нашли это место.
Я стоял пораженный, не зная, что ответить, все еще обдумывая внезапную перемену вокруг меня, а также его невозможный вопрос. Скрытый остров? Я видел его ясно, как божий день, когда плыл прямо к нему.
— Не знаю. Я просто видел его. Мне нужно было найти место, где мои люди могли бы отдохнуть и отремонтировать наш корабль. Мы скоро отправляемся. — Я говорил четко, хотя и чувствовал, что немного тороплюсь.
Мужчина со шрамом заговорил с пожилой женщиной на незнакомом мне языке, не сводя с меня глаз. Она ответила ему тем же, и они кивнули. Его глаза сузились, когда он снова обратился ко мне, его голос звучал уверенно и непоколебимо.
— Такие люди, как вы, никогда не уходят, ничего не взяв с собой. Вы уничтожите этот остров и последних из этих людей, как и всех остальных.
— Я… я не собираюсь ничего брать. Я не исследователь, я не…
— Даже если ты уйдешь, ты расскажешь другим об этой стране. Они придут. И сделают то, что у них получалось лучше всего на протяжении десятилетий. — Он взглянул на свои шрамы, будто не хотел этого, а затем быстро сосредоточился.
— Как… – пробормотал я: — Как вы так хорошо говорите по-английски, если прятались от внешнего мира?
— Я не принадлежу к этому племени по крови. Меня забрали из моего дома. Люди, подобные вам, плавали на корабле, подобном вашему. Я провел много лет среди людей, говорящих по-испански и по-английски. Я выучил ваши языки, потому что с моим у меня не было голоса… — Я опустил глаза, когда меня пронзило чувство вины. Я задумался, мог ли мой отец сыграть какую-то роль в поимке этого человека? Когда мужчина продолжил, у меня в животе возникло неприятное ощущение. — Слава морским богам, что меня взяли с собой в одно конкретное путешествие. Во время путешествия мой похититель и его семья не выжили. Они потерпели кораблекрушение недалеко от этого острова. Меня прибило сюда, и эти люди встретили меня радушно. Я рассказал им, что со мной случилось. Я предупредил их, чтобы они спрятали это свое убежище. И они благословили этот остров своей древней силой, при помощи звезд, луны и солнца, чтобы никто не смог увидеть его издалека.
Я стоял, все еще переваривая все, что он мне сказал, и роясь в своих мыслях в поисках достойного ответа. Останавливаться здесь на ночь было глупым решением. Мне следовало быть осторожнее. Я потратил впустую время и, возможно, подверг всех нас опасности.
— Я… я сожалею о том, что с тобой случилось. Я не буду раскрывать этот остров. Никому… клянусь. Я поднимусь на борт своего корабля и прикажу своей команде немедленно уходить.
Но они, похоже, не были готовы к переговорам. Я подождал, пока мужчина переведет пожилой женщине. Она оглядела меня с ног до головы, затем с подозрением посмотрела на Клару. Группа людей вокруг нее стояла неподвижно, их фонарики все еще мерцали, пока они ждали ее следующего заявления. Затем с ее губ слетел еще один приказ.