Мы покинули, комнату Торина, атмосфера была между нами напряженной, но у нас были другие причины для беспокойства чем хаос в отношениях. На земли стаи напали. Мы не знали как или почему, но одно было ясно что-то пошло не так.
— Куда все делись? — пробормотал Джексон выводят меня в зал. Мы до сих пор ничего не видели, но и никаких звуков в коридорах тоже не было.
— Кстати, почему тебя не было на землях стаи? — стоя рядом с ним спросила я.
— Уходил по делам в город, — пробормотал он. — И как уже тебе сказал, когда я приехал, все было уже в темноте.
Отлично. Никто из нас не знал, ничего, что черт побери ожидать, от погрязшего в темноте мира, этого не должно было случиться.
— Возможно это моя вина, — призналась я.
Я изо всех сил старалась игнорировать тот глубокий, панический голос внутри, который знал — это произошло по моей вине, потому что я призвала Теневого Зверя. Свет потух минутой позже, после того как я позвала его по имени, могло ли это быть связано?
Ну, серьезно, что за черт? Я слышала, как им проклинали и звали на помощь. Это же была просто фигура речи, верно? Не буквальное приглашение на Землю чтобы высунуть свою задницу и встряхнуться.
— Это не твоя вина, Мера, — ответил Джексон, почти инстинктивно вставая на мою защиту.
Я не стала спорить — теперь мы были снаружи, а свежий ледяной воздух хлестал нас по лицу. Наконец-то мы могли хоть что-то разглядеть перед собой.
Здесь, снаружи был источник света, я не смогла его определить, но этого было достаточно, чтобы зрение оборотня вновь заработало.
— Это не такая темнота, как ночью, — выдохнула я. — Это похоже на тень, которая полностью закрыла солнце.
Тень.
Мать твою!
— Я чувствую запах стаи, почти рядом, — сказал Джексон, эти слова стали облегчением.
Он повел меня к фасаду дома, к главному входу с круговой подъездной дорожкой.
Фешенебельный синий спорткар Джексона стоял там как-то неуклюже, дверь со стороны водителя все еще была открыта, будто он выскочил в спешке.
А прямо за ним было…
— Какого хрена… — пробормотал Джексон, увидев их одновременно со мной. — Их здесь не было, когда я приехал.
Его руки дрожали, а голос срывался на звериный рык.
Сотни членов стаи стояли перед главным домом, застыв, словно статуи, и смотрели в небо.
Точнее, на крошечную точку мерцающего полночного света. Света, который был единственным источником освещения.
Джексон наклонился вперед, заслоняя меня собой.
— Это магия.
Мы, конечно, были оборотнями, но это не совсем магия.
Мы делили свои души со зверями, и они одалживали нам свою энергию и чувства, даря дополнительные способности.
А магия — настоящая, с взмахами палочек и заклинаниями — оставалась лишь частью легенд.
Не сверхъестественное создание, мы знали, кто был на такое способен.
— Оставайся за мной, — сказал Джексон, пробираясь ближе к стае.
Он ни за что не будет мной командовать, так что я двинулась вперед в своем темпе, поравнявшись с ним.
Когда мы вышли к передним рядам, где стояли Торин и Виктор, я наконец смогла разглядеть это темное мерцающее облако.
Облако, на которое неотрывно смотрел каждый оборотень.
Он был около восьми футов в высоту, мягко мерцая в ночном воздухе — портал полуночного сияния, который не должен был быть заметен на фоне черноты, но был.
— Мера, — Джексон прошептал, потянув чтобы я остановилась. – Замри.
Я выдернула руку.
— Мышцы двигаются хочу я того или нет, иногда. Похоже, ты в школе биологию проспал.
Он пристально на меня посмотрел.
— Черт, сейчас не время Солнышко. НЕ. ВРЕМЯ.
Я сладко улыбнулась, надеясь, что он не прочел моих глазах желание убить его.
— Если, ты назовешь меня Солнышко еще раз, в живых останется только один член стаи.
Мои угрозы были прерваны ледяным порывом воздуха. Таким холодным, что даже с метаболизмом оборотня, я вздрогнула и мурашки пробежали по коже.
— Вот поэтому я попросил не двигаться, — пробормотал Джексон, так тихо, что я едва могла его расслышать. — В том искрящемся тумане, что-то прячется.
Ледяной воздух усилился, и, возможно, дело было в том, что я смотрела прямо в мерцающую тьму, но я точно увидела тот самый момент, когда тени покинули своего хозяина, обнажая существо, которое можно было описать лишь как нечто неземное.
Во рту пересохло, когда я уставилась на это зрелище, стало так холодно, будто дули арктический ветра.
Его коснулся свет. Единственный свет, который сейчас существовал в этом мире. Волосы цвета вороного лежали на его голове беспорядочными кудрями — прическа, которая могла бы придать ему ангельский вид. Однако сущность его была совершенно иной.
Он был ужасающе прекрасен, воплощение греха.
Может все дело было в его устрашающем росте, он был на целый фут выше меня, или может быть все дело было в его сияющих глазах — красных с золотом, они сияли, заставляя меня хотеть убежать и не оглядываться.
Я не шелохнулась, не в силах отвести от него взгляд, изучая каждую деталь, словно это был самый важный экзамен в моей жизни. Его четко очерченная линия челюсти и высокие скулы придавали ему черты, которые невозможно было привязать к какой-либо известной национальности — потому что она попросту не существовала на земном шаре. Его одежда выглядела вполне обычно для человека: темные брюки, массивные ботинки и обтягивающая черная рубашка. Но тело под этой одеждой было настолько впечатляющим, что казалось невероятным.
И я была почти уверена, что его мускулистые руки тоже покрыты татуировками — их кончики выглядывали из-под края рубашки.
Они должны были быть едва заметны в этом ночном свете, на коже самого глубокого бронзового оттенка, какой только можно представить, но они мягко светились, добавляя еще более нереальный вид этому… существу.
Он шагнул прямо ко мне, внимание было напряженно и сосредоточено, пока мерцающий, чернильный дым ласково клубился вокруг его безупречного вида. Я не могла отвести взгляд от его словно вырезанного из камня лица, бога и дьявола, и бездомных глаз.
Я словно оказалась во сне, пронизанном кошмарами. И это пугало, до чертиков.
— Мера, — закричал Джексон, когда все оборотни вокруг нас упали так, как будто их удерживало что-то магическое.
Одновременно тени отступили, покидая земли стаи и втягиваясь обратно в него, пока мир снова не наполнился полуденным светом.
-Что за хрень происходит? — прорычал Виктор, наконец придя в себя.
Его глаза метались из стороны в сторону, пытаясь понять, кто же виноват в том, что он внезапно оказался перед домом стаи. Когда его взгляд остановился на окутанном дымом мужчине, он несколько раз моргнул, и ярость в его глазах начала угасать.
— Кто ты? — прошептал он.
Теневой мужик даже не взглянул на альфу — его глаза были намертво прикованы ко мне. Черт его разберет, почему он пожирал меня взглядом, будто я последнее мороженое в жаркий день, что до чертиков пугало.
— Кто ты и почему нарушил границы стаи? — спросил Дин, то ли храбрее то ли просто тупее-чем альфа. — Говори, сейчас же, или тебя ждут последствия.
Губы мужчины тронула ухмылка — полные, чувственные губы, которые в теории должны были придавать этому божественно красивому лицу ангельскую мягкость. Но не придавали.
Его улыбка была мрачно и зловещей, а в глазах загорелось пламя.
Пламя было настолько реальным, что на мгновение я почти почувствовала, как жар накрывает земли стаи. Теперь уже не оставалось никаких сомнений в том, кто стоял перед нами…
— Теневой Зверь, — прошептала я.
Я была вознаграждена улыбкой.
— К твоим услугам, волчонок.
Да чтоб меня. Его голос был низким, с хрипотцой, и в нем угадывался легкий шотландский акцент. По землям стаи пронеслись вздохи потрясения, и многие оборотни рухнули на колени перед ним, склоняясь в почтительном поклоне.
Но не Виктор, не этот самодовольный ублюдок.
— Чего ты хочешь? — спросил он уверенно, но я заметила дрожь в его руках.
Неудивительно, ведь перед нами стояло божество. Тот, кому поклонялись наши предки.
Тот, кто создал оборотней, и том, кому мы черт возьми были преданы.
Теневой Зверь шагнул ближе ко мне, не обращая внимания на остальных.
— Сегодня ты кое-что сделала, не правда ли, волчонок?
Я тяжело сглотнула.
— Я позвала тебя?
Он мотнул головой.
— Я уже почти нашел тебя, когда услышал, как ты звала. — Зверь откинул голову назад, облизав губы языком. — Твоя сила пахнет так же, как, когда-то пах тот, кто уже касался Царства Теней.
В горле пересохло, так сильно, что я смогла выдавить только.
— Нет.
Теневой Зверь пристально посмотрел на меня.
— Нет?
Жар исходивший от него усилился на столько, что оборотни отступили назад, оставив меня одну.
— Прежде, я, не прикасалась к Царству Теней. — К счастью, на этот раз мой голос звучал более уверенно.
— Ты ошибся оборотнем.
Что я потеряю, солгав? Он попытается меня убить в любом случае.
Он шагнул ближе снова, но мои ноги словно приросли к земле. Еще ближе, кажется я переоценила его рост. Черт, он был выше восьми футов (244 см).
Исключено… Как только он нагнулся, его рост уменьшился, и теперь он был лишь на голову выше чем я. С восьми футов (244 см) до шести с половиной (198 см), невероятно. Мог ли он менять рост, по своему желанию?
Я все еще не могла успокоиться, когда он распрямился и провел носом вдоль моей щеки. Не касаясь, но я чувствовала его энергию так, будто он ласкал мое тело одним только присутствием.
— Пахнет враньем, — прошептал он около моего уха, и прежде чем я успела опомнится, его чертовы огромные руки обхватили меня и подтянули, и перекинули через плечо.
Во мне что-то щелкнуло, выводя из оцепенения, и я закричала и стала вырываться. Ублюдок, недовольно проворчал что-то, и я почувствовала резкий укол боли по всей коже, как разряд тока — электрошоком.
— Успокойся, и больно не будет, — предупредил он, весь тот черный юмор, что раньше зажигал, исчез. — Будешь вырываться, я заставлю тебя пожалеть, что ты не умерла раньше чем обратилась.
— Выбор, выбор, – парировала я, прибегая к своей привычной реакции на больших задир. — Что же мне выбрать?
Он остановился, подняв меня в воздух, будто я вешу не больше пяти килограмм, держа меня так, чтобы было видно мое лицо. — Оборотень который хочет смерти. Никогда не думал, что увижу такое.
Я улыбнулась. У меня отлично получалось мило улыбаться, в то время как глаза ясно говорили: «Да пошел ты!».
— Ты, похоже, туговат на подъем. И, уверена, прошло немало времени с тех пор, как ты был рядом хоть с кем-то, кроме собственной руки и парочки демонов, но, знаешь, красть людей — это, вообще-то, не одобряется.
Когда пламя в его глазах вспыхнуло с новой силой, меня снова ударило разрядом — на этот раз на максимальной мощности. Я закричала.
— Остановись! — закричал Виктор. — Ты не можешь причинять боль моим оборотнями. Есть закон, и ты его нарушаешь.
Разряд электрической боли остановился, пытаясь восстановить дыхание, я глубоко дышала — выживу ли я, если это повторится снова?
— Ты осмелился бросить мне вызов? – спросил Теневой Зверь, наконец взглянув на альфу. – Смертные преклоняются передо мной, приносят мне всевозможные дары, и все же ты решил отказать мне в этом единственном оборотне?
Я склонила голову, глядя на Виктора.
— Серьезно? — фыркнула я. — Ты думаешь, только стае Торма позволено меня мучить?
Теневой Зверь и я теперь оба сверлили взглядом этого ублюдка-альфу.
Виктор прочистил горло.
— Есть правила, — повторил он. — И если оборотень настолько ценен, то я хотел бы компенсацию.
О, да. Теперь все встало на свои места. Он не беспокоился о моем здоровье или безопасности. Просто он увидел возможность заключить сделку с могущественным существом.
— Отец! — огрызнулся Торин, впервые хоть что-то сказав. – Она — моя истинная пара, и только я могу решить ее судьбу. И больше никто.
Виктор кивнул, его лицо выражало ликование.
— Это правда! Связь истинной пары стоит над всеми правилами… Даже если твоя пара беспородная сучка. Ты не можешь забрать ее без разрешения ее пары.
В груди Зверя поднимался рокот. Возможно другие и не обратили внимания, потому что это было едва заметно, но я почувствовала, как поднималась глубокая ярость.
Виктор был на грани того, чтобы увидеть создателя — и я не смогла ничего почувствовать кроме удовлетворения после стольких лет жизни по их кошмарный правилам.
Просто подумав об этом, сердце стало биться чаще. Я встретилась взглядом с Теневым Зверем и пожала плечами.
— Может, ты и страшный ублюдок, но я чертовски ненавижу эту стаю.
Его боль длилась всего несколько секунд, тогда как боль от этой стаи — целую вечность.
— Он отверг меня, — кивнула я, — так, что тебе не о чем беспокоится. Моя пара не принял связь. Сделав ее недействительной и пустой.
— Мера! — заорал Джексон, в его голос был полон паники и ярости. То, как он произнес мое имя, намекал на то, что я должна молчать, но я никогда не умела прислушиваться к таким советам. Я показала ему средний палец.
Торин издал раскатистый вой, его черты исказились, частично принимая волчий облик.
— Я даже не успел подумать о связи! — возразил он. — Может, я бы передумал, прежде чем разорвать ее окончательно…
Я фыркнула, скривив лицо в ужасную гримасу.
— Я готова уйти с тобой, — сказала я. — Это лучше, чем оставаться вместе со стаей чертовки слабых сучек.
Еще больше воя, поднялось в воздух, в ответ на мое издевательство. Стая Торма привыкла быть «сильнейшей», думать о них как о слабаках, было самым оскорбительным.
Теневой Зверь склонил голову, снова пристально глядя на меня, словно я удивила его сразу несколькими способами. Лично мне нравилось застигать демонических существ врасплох — это было одной из моих лучших способностей.
Кивнув головой, он снова закинул меня на плечо, удаляясь от стаи. Я не могла определить направления, но четко видела чернильный дым, окутывающий нас плотно словно плащ снизу. Как только он достиг мышц плеча и моего тела, все начало погружаться в темноту.
Тень почти поглотила меня, и я даже не смогла бы расстроиться — потому что была сильно напугана.
— Солнышко, — хриплым голосом позвал меня Джексон. — Борись с ним.
Я ухмыльнулась, тьма гладила мои руки, нежно покалывая.
— Я никогда не могла тебя победить, ублюдок, даже когда мы были детьми. Ты думаешь, я могу сражаться с созданием тьмы?
Теневой Зверь зарычал:
— Тьма — не моя визитная карточка, шавка. Тебе бы стоило запомнить это.
Очаровательный. Идиот.
Что-то очаровательное было в его почти шотландском акцент.
— Остановите их! — крикнул Виктор, посылая своих волков на Теневого Зверя, хотя сам оставался в относительной безопасности.
Или он только так думал.
Мы замерли, и зверь обернулся, пока пламя жадно облизывало его руки, распространяясь все выше. Жар был таким невыносимым, что я всерьез задумалась, не сгорю ли заживо. Однако огонь подчинялся воле своего создателя, он сорвался с его пальцев и полностью поглотил Виктора.
— Только слабый альфа отправляет своих волков делать его работу, — прошептал Зверь. — Стая Торма слишком сильна, для такого слабака как ты.
Крики Виктора, сгорающего заживо, разнеслись по всей Торме, а следом вой его сына, потерявшего контроль и обращающегося в волка, пытающегося помочь отцу. Джексон выпустил когти, сражаясь с лучшим другом, это было последнее, что я увидела. Теневой Зверь шагнул во тьму — или… в тень? И мы оба исчезли.