УНА
Мы спешились с Дракмира на лугу, немного позади. Лес густел вокруг реки и ручьев, вытекающих из неё. Знакомый зов магии тянул меня ближе к водопаду. Это было то самое место, куда магия влекла меня в прошлый раз. И вот, когда мы подходили ближе, я снова почувствовала его — всё сильнее и сильнее, пока мы не выехали из густого хвойного леса в небольшую поляну.
– О нет, – я замерла. – Спрайты.
Я надеялась, что они уже ушли от водопада. Спрайты редко задерживались в одном месте надолго. Это кочевые существа.
– Отстаньте, маленькие гарпии! – Сорин махнул рукой в воздухе, пытаясь прогнать их.
Три водяных спрайта — те самые, что я видела раньше — порхали вокруг его головы, поднимали его косички, ласкали его рога, хихикая каждый раз, когда он махал на них рукой.
Я прикусила нижнюю губу, чтобы не засмеяться. Кеффа опёрся на огромный камень, скрестив руки, наблюдая за метаниями Сорина и улыбаясь как дьявол.
– Похоже, ты наконец-то нашёл себе пару дам, которые хотят твоего общества.
– Множество дам наслаждаются моим обществом, – Сорин оскалил зубы и зарычал на спрайтов, и те отлетели, продолжая хихикать.
Голлайя шагнул вперёд, его сапог хрустнул на ветке. Все взгляды обратились к нам, включая спрайтов.
Я вздохнула, когда они взметнулись в воздух, как стрелы, направляясь прямо к нам. Я подняла руки, готовясь защититься. В прошлый раз одна из них щипала меня и толкала, порхая вокруг моей головы так быстро, что я упала в воду. Испугавшись, что утону в ледяной воде, я поспешила убежать в лес, а они кричали, чтобы я вернулась. Я собиралась вернуться, как только разожгу огонь и согреюсь, но меня поймали, и на этом всё и закончилось.
На этот раз ни одна из них не напала. Они кружились, издавая звуки, похожие на воркование. Это были те же самые спрайты, я была уверена. Их гладкие синие тела с перепончатыми руками и длинными хвостоподобноми ногами были мне знакомы. Плавники, выступающие из их спин, были разного цвета — жёлтый у одной, фиолетовый у второй и зелёный у третьей, совпадая с перьями на их головах и яркими, круглыми глазами.
Да, это были те же спрайты, одна из которых толкнула меня в ледяную воду зимой, когда я была здесь пять лет назад.
Их крылья были менее прозрачными, чем у других спрайтов, гладкие, как их ласты, так как они использовали их для плавания, а не только для полёта.
– Ты вернулась! – пропела Фиолетовая, та, которая толкнула меня в воду.
– Теперь хорошо, – сказала зелёная.
– Теперь правильно, – подтвердила жёлтая, кивая.
Они зависли прямо перед моим лицом, улыбаясь.
– Вы помните меня?
Они все рассмеялись, их смех был звонким и сладким.
– Конечно, – сказала Жёлтая. – Ты выглядишь так же.
Я рассмеялась, ведь для меня самой я изменилась до неузнаваемости.
– Я стала на несколько лет старше.
– Ты стала на целые миры старше, – сказала Жёлтая.
– На целые миры старше, – в один голос подхватили Зелёная и Фиолетовая.
Я улыбнулась и взглянула на Голлайю, заметив на его лице выражение недоумения. Сорин и Кеффа выглядели так же. Полагаю, это было странно — видеть, как обычно враждебные спрайты ведут мирный разговор.
– Знаешь, почему я здесь? – спросила я Жёлтую.
Они засмеялись и начали порхать вокруг моей головы, лениво кружась в воздухе и весело напевая в унисон:
– Леди, леди, слушайте меня.
Слова чудес я дарую вам.
Но запомните время, сосуд будет тот,
Тёмная леди фейри окутана тьмой.
Их песня не имела смысла. Они были на середине второго куплета, когда Фиолетовая вылетела из их круга и остановилась прямо перед моим лицом.
– Леди Леса сказала нам, сказала, – Фиолетовая широко улыбнулась, показывая мне ряды острых зубов. – Я пыталась показать тебе в прошлый раз, но ты убежала.
Показать мне? Я думала, она пыталась меня утопить, толкнув в воду.
– Нет, Тикка! – Жёлтая направила палец прямо на неё и шлёпнула по голове.
– Ой! – взвизгнула Тикка. – Не бей, Зу. – И она пролетела над моим правым плечом, высунув фиолетовый язык в сторону Зу.
– Я старшая, – Зу взглянула на меня, её жёлтые глаза искрились гордостью. – Она не была леди. Она была богиней.
– Богиней Леса! – пропела Зелёная.
Я замерла, давая этим словам осесть, а потом спросила:
– Приятно познакомиться, Зу, Тикка и…? – я указала на третью.
Зелёнокрылый спрайт сделала в воздухе реверанс.
– Я Гета. Приятно познакомиться.
Я кивнула и снова обратила внимание на Зу.
– Я не понимаю вашу песню. Вы говорите, что Эльска, Богиня Леса, пришла сюда и оставила вам что-то?
Моё сердце забилось быстрее. Вайла была права. Я улыбнулась в сторону Голлайи. Он всё ещё смотрел с тем странным выражением на лице, скрестив руки, как будто был раздражён. Это была потрясающая новость, и я не понимала, почему он, Сорин и Кеффа выглядели несколько встревоженными и озадаченными.
Игнорируя их, я вернулась к спрайтам.
– Что она оставила? – взволнованно спросила я.
– Слова! – пронзительно воскликнула Тикка.
Зу подняла руку, чтобы снова шлёпнуть Тикку, но фиолетовый спрайт оказался слишком быстрым для неё. Тикка хихикала, когда быстро пролетела за Гету.
– Я старшая, – отрезала Зу. – Я скажу ей. – Обратившись ко мне, она добавила: – Слова. Она оставила слова.
Я засмеялась, и Тикка с Гетой тоже начали смеяться.
– Я не понимаю.
– Могу я говорить? – вежливо спросила Гета у Зу.
– Можешь, – разрешила она.
– Она прошептала свои слова воде, – сказала Гета сладким голосом, моргая своими ярко-зелёными глазами, как сова.
Затем Тикка оттолкнула её в сторону, схватила воздух и с торжествующим взмахом сжала свои крошечные кулачки. Она вскрикнула:
– И мы украли их!
Зу выстрелила поток холодного ветра из ладони. Тикка замерла в воздухе, её крылья и тело застыли в перевёрнутом спиральном вращении, её глаза и рот были широко открыты от шока.
– Пожалуйста, будь добра, – попросила я Зу. – Я очень благодарна за вашу мудрость, но Тикка просто пытается помочь.
Тикка была на пути к ветвям деревьев, когда Гета коснулась её лодыжки, и, кажется, заклинание растаяло. Тикка встряхнулась и вернулась к нам, как будто так бывает постоянно. Может, так оно и было.
– Она лжёт, моя леди, – сказала Зу. – Я не позволю этого. Мы не украли их. Мы собрали слова в банку и храним их под нашей защитой.
– Вы покажете мне их?
– Конечно, – Зу сияла. – Мы хранили их в безопасности для тебя.
– Для меня? – спросила я, озадаченная.
– Тёмная леди фейри.
Гета и Тикка снова начали петь и танцевать вокруг моей головы:
– Леди, леди…
Пока они пели, я отчётливо призналась:
– Но я не тёмная леди фейри.
Все трое захихикали. Тикка и Гета мгновенно оказались по бокам от Зу передо мной, паря в воздухе, их крылья жужжали, когда они висели в воздухе.
– Ты та, кого мы ждали, – уверенно сказала Зу.
– Да, да, – подхватила Гета.
Тикка кивнула. – Красивая тёмная леди фейри.
– Красивые чёрные крылья, – добавила Гета.
– Ты должна пойти с нами, – Зу медленно поплыла к бассейну с водой, окружающему водопад.
Я жестом указала на Голлайю.
– Могу ли я взять с собой своего короля?
Хотя они казались безобидными, я всё ещё немного боялась их. Голлайя защитит меня.
– Нет, нет, – сказала Зу, скрестив руки. – Короли – жадные создания.
– Эгоистичные создания, – добавила Гета.
– Злые создания, – вставила Тикка.
Трое спрайтов полетели вперёд, подзывая меня за собой. Я колебалась.
– Что—? – Голлайя начал задавать мне вопрос, но замолк, когда я взяла его за руку, его взгляд был прикован к нашим соединённым рукам.
– Леди! – крикнула я им. – Могу ли я взять… моего спутника?
Все трое спрайтов воскликнули одновременно. Тикка рванула ко мне. Я вздрогнула, но она направилась прямо к моему правому плечу и принюхалась.
– У неё есть метка, Зу, – сказала она. Затем пролетела к Голлайе и принюхалась к его груди. – Да, это он.
– Ну что ж, – сказала Зу, немного раздражённая. – Похоже, нам придётся взять его с собой.
– Жаль, что не тот, – Тикка улыбнулась и указала на Сорина, поднимая фиолетовые брови.
– Идём, – крикнула Зу, теперь уже стоя на краю воды, близко к водопаду, паря над поверхностью воды.
– Извини, – сказала я Кеффе и бросила взгляд на Сорина. – Они позволят идти только нам.
Кеффа серьёзно кивнул.
– Мы подождём.
Я продолжала держать Голлайю за руку, когда мы подошли к водопаду. Три спрайта нырнули под воду.
Я улыбнулась Голлайе, который всё ещё хмурился. Интересно, думал ли он то же, что и я, что я была права. Без меня он бы не справился. Но потом его вопрос удивил меня.
– Откуда ты знаешь древний язык?
Я нахмурилась.
– Что ты имеешь в виду?
Он остановил меня, чтобы мы встали лицом друг к другу на краю воды.
– Ты говорила на языке, который даже я не знаю. Очень древний диалект демонов. Я узнал лишь несколько слов.
Покачав головой, я сказала:
– О чём ты вообще?
– Уна, – мягко сказал он. – Ты говорила на самом древнем языке тёмных фей. Мои наставники учили меня нескольким словам, когда я был мальчиком, перед тем как я пошёл в Гильдию Галл, чтобы стать воином. Но никто не может говорить на этом языке. Это язык богов. Некоторые спрайты и нимфы всё ещё на нём говорят, ведь они так долго живут. И несколько одарённых провидцев.
Зу вынырнула из воды, высунув свою маленькую жёлтую головку.
– Ты должна войти.
Я сосредоточилась на своей магии, нити магии манили меня. Магия пульсировала во мне. Когда я прислушалась к её словам, я поняла, что это язык не высших фэйри. Как и сказал Голлайя, это было что-то совершенно другое, чем я когда-либо слышала или говорила. Но для меня это звучало как второй язык, как будто я всегда его знала.
Как это возможно? Вспышка воспоминаний пронзила меня: шёпот слов и руны крови, начерченные на моём лбу. Неужели Вайла передала мне не только свой дар магии, но и всё свои знания? Она должна была. Ведь когда я столкнулась со спрайтами до моего пленения, я не имела ни малейшего представления, что они кричат и вопят, пока я бегала в лесу. Но теперь я понимала их так же ясно, как если бы мы говорили на языке высших фейри.
Три спрайта снова нырнули в воду, но быстро вынырнули.
– Иди за нами, – крикнула Зу.
Я нахмурилась, рассматривая водопад.
– Это за водопадом, верно?
Они синхронно кивнули.
– Разве мы не можем просто пройти за водопадом?
– Нет, – Зу покачала головой, капля воды скользнула с её перистой короны. – Не за, только под. Иди же.
Вздохнув, я обернулась к Голлайе, отпустив его руку, чтобы добраться до застёжки на своём плаще.
– Значит, нам придётся войти в воду. – Я передёрнулась, зная, как будет холодно.
Голлайя расстегнул свой плащ, взглянув в сторону Кеффы и Сорина.
– Повернитесь.
Сорин усмехнулся.
– Мы уже видели её.
Я опустила взгляд, пытаясь разобраться со шнурками на тунике, заливаясь румянцем.
– Повернитесь. – Голлайя проговорил это таким низким, угрожающим тоном, что я почувствовала, как его слова буквально проникают в самую душу.
Кеффа и Сорин рассмеялись, но всё же подчинились, быстро, как я заметила, когда украдкой подняла глаза.
Голлайя подошёл поближе, заслоняя меня от них своим телом.
– Лучше всё снять, чтобы потом у нас были сухие вещи, которые нас согреют, когда вернёмся.
– Да, – согласилась я. – Я думала о том же.
Я не собиралась повторять свой последний опыт здесь, у водопада.
Мы быстро и молча раздевались, Голлайя несколько раз бросал недовольные взгляды на спины Сорина и Кеффы.
Когда мы закончили, Голлайя первым вошёл в воду и протянул мне руку, чтобы помочь войти.
Я передёрнулась.
– Так холодно, – прошептала я, медленно погружаясь в воду.
Я не могла не заметить, как его взгляд скользит по моим грудям, животу и ниже, или как горячий взгляд пересекает мои плечи, останавливаясь на метке от укуса. Но его голос был серьёзным и грубым, как когда он отдаёт приказы своим воинам.
– Держись рядом со мной. Я хороший пловец. Я тебя защищу.
Тёплый свет расплылся от самого сердца, распространяясь по всему телу. Не потому, что я верила ему, а потому что я ощущала правду в этих словах и более глубокие эмоции за ними.
– Идите за нами, фейлинги, – пропела Зу, её синяя кожа сверкала под водой. Я улыбнулась, услышав, как она назвала нас «фейлингами», как будто мы были детьми, но, наверное, по сравнению с ней, мы действительно были очень молодыми.
Два ярких синих светящихся шара зигзагообразно проплывали вокруг нас под водой.
– Сделай глубокий вдох, – сказал Голлайя, и его уверенность передалась мне.
– Как бы я хотела быть водяной фейри прямо сейчас, — сказала я, ощущая, как холодный воздух щекочет кожу. Мне бы не помешали перепончатые руки и ноги.
— Ты справишься, — ответил он, его голубые глаза стали ещё более холодными, яркими, в них отразился водный свет. — А я рядом, не переживай. Ничего с тобой не случится.
Я кивнула, ощущая, как его слова согревают меня, несмотря на холод. Глубоко вдохнув, я нырнула в ледяную воду.
Видимость была размыта — водопад падал в более глубокую часть озера, брызги мешали рассмотреть дальше, но светящиеся огоньки наших маленьких проводников помогали ориентироваться. Голлайя схватил меня за талию и сильно подтолкнул в поток водопада. Я вынырнула в спокойный водяной туннель, с одной стороны, темный, а впереди — зеленоватое свечение.
Когда легкие начали протестовать, я сделала несколько мощных движений ногами и поплыла к свету, не теряя самообладания, ведь Голлайя был рядом. Вдруг я услышала хихиканье — это была фея, сверкающая фиолетово-синими огоньками, она плавала вокруг Голлайи. Она подскользнула под него, у его паха, прежде чем он со злостью махнул ей в воде. Она опять рассмеялась, этот звенящий хохот, и рванула вперед.
Зеленоватое свечение становилось ярче, грудь начинала болеть от сдерживаемого дыхания. Я вынырнула с резким вдохом, заполнив легкие воздухом. Голлайя появился рядом, и, хотя он явно был менее уставшим, чем я, мне казалось, что мы попали в совсем другую часть Эшерского леса. Но нет, это не был лес. Мы оказались в огромной пещере.
Высоко над нами было круглое отверстие, ведущее в зимний лес и серые облака. Сама пещера была наполнена гигантскими сталактитами, свисающими с потолка, и сталагмитами, пронзающими пол. Водичка спокойно стекала по стенам и капала с потолка.
Голлайя вылез из воды и, протянув руку, вытащил меня за собой. Пещера была холодной, но здесь витала мощная магия, особенная тишина, как будто здесь бывали боги.
— Здесь, — шепотом сказала я Голлайе, несмотря на физическое неудобство, мои губы и тело дрожали от холода, но я не могла скрыть улыбки.
Он сразу же зажег фейский огонь в ладони.
— Это не причинит тебе вреда, — пообещал он.
Прежде чем я успела спросить, что он имел в виду, он прошептал что-то огню в руке. Пламя вспыхнуло, взметнувшись в воздух, и развернулось в широкий, плоский язык огня, который, словно шаль, обвил мои плечи.
— Ох, — я вздрогнула, инстинктивно попятилась от огня. Но он оказался как теплое покалывание, которое сразу прогнало холод из моего тела. — Спасибо, — улыбнулась я Голлайе.
Его строгий взгляд смягчился. Он кивнул.
— Поторопитесь, медленные! — прокричала Зу, зависнув на середине пещеры.
Когда мы последовали за ней, Тикка подлетела ко мне и шепотом, достаточно громким, чтобы все услышали, сказала:
— Везет тебе, темной леди, что тебе досталась такая штучка.
Она улыбнулась своими острыми зубами и снова рванула прочь, едва успев улететь, как Голлайя громко прорычал.
Я прикусила губу и взглянула на него.
Он сдержал тяжелый вздох.
— Чертовы духи.
— Она права, — сказала я, глядя вниз на его крупные гениталии, свисающие между ног, и поднимая одну бровь.
— Если ты продолжишь так на меня смотреть, Уна, мы не доберемся до этого чертового текста.
— Божественный, а не чертов, — ответила я, не скрывая усмешки.
— Посмотрим, — пробурчал он, когда мы следовали за Зу и остальными к стене, где вода струилась по камням.
— Вот здесь, — с воодушевлением крикнула Зу. — Идите, идите!
Там, где летали трое спрайтов, стена пещеры выступала, а вода стекала в мелкий бассейн, размером с большую чашку. Все трое фей рванули в этот бассейн и, появившись, пронесли в воздухе стеклянный флакон с пробкой.
Они принесли его ко мне, глаза их светились от возбуждения. Но не только глаза светились. Внутри флакона зеленоватый мерцающий свет осветил их лица.
— Возьми, — сказала Зу.
Поглядев на Голлайю, чье лицо было мрачным, я протянула руку и взяла флакон. Ничего чудесного не произошло, но при более внимательном осмотре я заметила, что в нем что-то плавает.
— Голлайя, — сказала я, не веря собственным глазам, — там действительно есть слова, они плавают в воде. Но я не могу их прочитать.
Они были вырезаны золотыми искорками, плавали в прозрачной жидкости флакона.
Он подошел ближе, фейский огонь, все еще обвивший меня, освещал его лицо. Он нахмурился и заглянул в флакон.
— Древний фейский. Очень древний, — сказал он.
— Ты можешь это прочитать?
Он покачал головой.
— Я не знаю никого, кто бы мог. Мы находили древние реликвии с такими надписями.
— Выпей! — закричала Зу.
— Выпей, выпей! — поддержали ее Тикка и Гета в унисон.
Да. Я должна была это выпить. Я была уверена, что они правы. Когда я сняла пробку, в воздухе раздался тихий шепот, который эхом отозвался в сводах пещеры. Это звучало как слово «леди».
Когда я подняла флакон к губам, Голлайя протянул руку и схватил меня за запястье, его глаза были полны тревоги.
— Ты уверена?
Тот моментальный покой, который охватил меня, когда мы вошли в эту пещеру, все еще жил внутри.
— Да. Все будет хорошо.
Он сжал челюсти и, наконец, кивнул, отпуская мое запястье. Глубоко вдохнув, я прижала флакон к губам, откинула голову назад. Я проглотила сладковатый нектар и светящиеся слова.
Резкое, острое видение затмило все вокруг, словно божественное откровение.
Красивая фейри с каштановыми волосами и коричневой кожей в зеленом платье шла через лес, плача. Это была не фейри. Это была Эльска, Богиня Леса.
— Они должны оплакать и вспомнить свою магию, свою доброту, — прошептала она, опускаясь на колени у пруда и обращаясь к своему отражению. — Иначе все погибнет.
Затем я вернулась в пещеру, острый удар боли пронзил вены и застигнул меня за запястья. Моя голова запрокинулась назад, я вздохнула, ощущая, как мощь переполняет мое тело, как если бы оно не могло вместить всю эту силу. И точно так же, как оно появилось, оно исчезло.
— Уна! — Голлайя протянул руку, но случилось нечто удивительное.
Мои крылья вспорхнули сами по себе. Не просто взмахнули, а забились с целью, поднимая меня с земли, пока мои ноги не оказались на уровне глаз Голлайи. Его фейский огонь исчез, а я, пораженная чудом, смотрела вниз.
Я расплакалась от радости, несмотря на то что мое тело быстро уставало от простого висения в воздухе.
— Я могу летать, — прошептала я, голос дрожал.
Затем это для меня оказалось слишком, силы иссякли, и я быстро спустилась, Голлайя поймал меня, прежде чем я упала.
— Я летала, — прошептала я ему, не в силах сдержать слез.
Его улыбка сияла гордостью и чем-то гораздо более мягким.
— Ты летала, моя Мизра, — ответил он.
Я даже не заметила, что спрайты снова вернулись к своей песне, весело порхая и танцуя в воздухе.
Отстранившись от Голлайи, я взглянула вниз и поняла, что на моей коже появились новые знаки, вырезанные богами.
— Что это за новый знак? — спросила я Голлайю.
Он посмотрел вниз, но Тикка, подлетела и постучала мне по запястью.
— Здесь написано «целитель», — с восторгом сказала она, явно пытаясь опередить Голлайю.
— Целитель? — спросила я шепотом, вытирая слезы.
Руки Голлайи обвили мои плечи, он мягко сжал их, улыбаясь мне. Без слов он понял, как важна была моя магия исцеления. Но я не чувствовала в себе эту силу. Еще нет.
Я повернулась к спрайтам.
— Что мне делать теперь? Поможет ли эта магия против чумы? — спросила я у Зу.
Все трое спрайтов перестали петь, но все равно выглядели радостными, когда Зу вернулась к нам.
— Да, когда у тебя будут все слова, — ответила она. — Но божественные слова сильнее, чем чума.
— Я не понимаю, — сказала я.
— Ты поймешь. Но тебе нужно будет проглотить все тексты.
— Почему? — спросила я. — Что будет потом?
— Заклинание не завершено, пока все слова не будут собраны вместе, — сказал он.
— Еще два! Еще два! — закричали Гета и Тикка.
У меня были пророчества в книге о двух оставшихся текстах, но мне нужна была помощь Голлайи, чтобы точно разобраться, где найти один из них. Второй был совершенно ясен, я знала, куда идти.
— Они все такие, как этот? — спросила я, думая, не будут ли они все в водоемах.
Но спрайты снова начали петь свою странную песню, поднимались всё выше и выше, пока не вылетели через отверстие пещеры и не исчезли.
Когда я повернулась обратно к Голлайе, он смотрел на меня с загадочным выражением лица.
— Что-то не так? — спросила я.
Он поднес свои руки к моему лицу.
— Как ты себя чувствуешь?
Улыбнувшись, я честно призналась:
— Абсолютно замечательно.
— Хорошо, — кивнул он, все еще хмурившись. — Я чувствую магию внутри тебя. Древнюю магию. Как ту, что я ощущаю в глубинах Виксет Кроне. Как ту, что исходит от Нäкта Ликенцеля.
Я вновь вспомнила тот момент, когда проглотила слова из флакона, божественные слова, и рассказала ему о том, что я увидела в этом кратком видении.
— Это точно была Эльска. Но что она имела в виду, говоря, что они должны оплакать и вспомнить свою магию и доброту, или все погибнут?
— Не знаю. Возможно, это просто значит, что нам нужно прекратить войны между светом и тьмой.
— Но война закончена, — возразила я.
— Это не значит, что вся Лумерия или Нортгалл примут это перемирие. Этот мир. Всегда найдется кто-то, кто будет готов и желать начать новую войну, — он вздохнул, взял меня за руку и повел обратно к пруду. — Боги дадут нам ответы, когда будут готовы.
— Тогда нам нужно найти следующий текст и выяснить, что они хотят.
— Мне это чертовски не нравится, — он остановился на краю ледяного пруда и первым спустился в воду, протягивая мне руку, чтобы помочь.
Я ступила в воду, содрогнувшись, и обвила его шею руками, не готовая погружаться обратно, ощущая его тепло и утешение еще немного.
— Было больно, но я думаю, что это нормально, когда фейри принимает такую силу. Сейчас я чувствую себя прекрасно. Лучше, чем прекрасно, — мои крылья слегка подергивались на спине. — И на мгновение я могла летать. Это правильно, Голлайя. Что бы это ни было, мы должны следовать этому пути до конца.
— Давай вернемся в Нäкт Мир и согреемся, накормим тебя. Потом снова посмотрим твою книгу, чтобы точно понять, где находятся другие два.
Я приготовилась к его плохому настроению, но кивнула. Я была абсолютно уверена, что Голлайи не понравится этот план.