Жнецы провели Марлоу и Свифта наверх по лестнице, через арочный проход в просторный салон. Солнце уже окончательно взошло, и утренний свет заливал комнату, словно золото, озаряя женщину, восседавшую на изысканном диване в глубине зала.
Марлоу прежде не встречала её, но сразу поняла, кто перед ней. Леди Бьянка, жена Нино Айронвуда. Говорили, что Нино в своём преклонном возрасте давно стал лишь марионеткой, а реальную власть в банде держала в руках его молодая супруга.
Леди Бьянка была облачена в тёмно-изумрудное платье, её тонкую шею украшала нитка жемчуга. Длинные, гладкие тёмные волосы падали волнами на плечо. В её руках ворочался ребёнок, не старше десяти месяцев, завернутый в тонкое кружевное одеяло.
Малыш уставился на Марлоу чёрными, не мигающими глазами, когда их со Свифтом вывели вперёд.
— Я очень не люблю, когда меня отвлекают по утрам, — сказала леди Бьянка, передавая ребёнка одной из служанок. — Так что давайте покончим с этим побыстрее, хорошо?
— Согласна, — ровно ответила Марлоу. — Отпустите меня и моего друга Свифта, и больше мы не будем вам мешать.
Леди Бьянка тонко усмехнулась:
— Говорят, у тебя отличное чувство юмора, мисс Бриггс.
Марлоу так же невозмутимо улыбнулась:
— Обещаю, с нами хлопот больше, чем пользы.
— Думаю, такая умная девушка, как ты, прекрасно понимает, что, имея вас обоих в наших руках, Жнецы получают неплохой козырь в переговорах с Медноголовыми, — сказала леди Бьянка.
— Переговорах? — фыркнула Марлоу. — Да ладно, Леонидас не собирается с вами договариваться.
— Возможно, ты недооцениваешь, насколько сильно он тебя ненавидит за то, как ты опозорила его банду, — мягко заметила леди Бьянка. — Дважды. Если мы передадим тебя ему, эта головная боль для Жнецов исчезнет сама собой.
— А ты не боишься, что это будет выглядеть, как слабость? — прищурилась Марлоу. — Будто вы — верные шавки Леонидаса, готовые бросить к его ногам любую добычу?
— Нет, мисс Бриггс, — холодно сказала леди Бьянка. — Я думаю, что гораздо глупее было бы начинать уличную войну из-за девчонки, которая только и делает, что суёт палки в наши колёса.
Марлоу едва сдержала смешок:
— Медноголовые не начнут с вами войну. Ты думаешь, у них есть на это силы? Они блефуют.
Леди Бьянка постучала лакированными красными ногтями по резному подлокотнику.
— Факт остаётся фактом, мисс Бриггс. Медноголовые хотят тебя мёртвой, а у Жнецов нет ни единой причины хотеть, чтобы ты осталась в живых. Вообще никакой. Так что, возможно, мы просто сократим путь и убьём тебя сами. Это решит нашу маленькую проблему, согласна?
Она махнула рукой Жнецам за их спинами и указала на Свифта:
— Начните с него.
Один из Жнецов вытащил нож величиной с её предплечье. Паника схватила Марлоу за горло, когда другой Жнец схватил Свифта за волосы, откинув его голову, чтобы обнажить горло для удара.
— Подождите! — выкрикнула Марлоу. — Вам не стоит этого делать.
Леди Бьянка приподняла бровь:
— И почему же, мисс Бриггс?
Марлоу судорожно вдохнула. Холодный пот выступил у неё на лбу.
— Потому что я нашла в вещах матери список заклинателей, создающих для вас проклятия. И если со мной что-то случится, копия этого списка попадёт на стол городского прокурора. И ко всем газетчикам города. Как, по-твоему, это скажется на вашем бизнесе?
— Кто теперь блефует? — тихо сказала леди Бьянка и жестом велела Жнецу продолжать.
Тот поднял нож к горлу Свифта.
— Лайам Заркони, — быстро сказала Марлоу. — Джиневра Торн. Олдрик Харгрэйв.
Леди Бьянка застыла, с каждым именем бледнея всё больше. Затем подняла руку, останавливая своего подручного.
Марлоу затаила дыхание.
— Похоже, я тебя недооценивала, — тихо произнесла леди Бьянка.
— Ты не первая, — спокойно ответила Марлоу. А Жнецу, всё ещё державшему Свифта, сказала: — Будь добр, отпусти его.
Леди Бьянка кивнула, и Жнец разжал пальцы.
Свифт рухнул вперёд, судорожно кашляя и пытаясь перевести дыхание. Марлоу сразу опустилась рядом, обхватила его за плечи, помогая удержаться на ногах. Поверх его головы она встретила взгляд леди Бьянки.
— Мы свободны?
— Начинаю понимать, почему Леонидас так одержим идеей убить тебя, — сухо произнесла леди Бьянка. Она подозвала служанку с ребёнком и осторожно взяла малыша на руки. — Можете убираться. Маленькому Элио нужно отдохнуть.
Марлоу и Свифт не стали терять ни минуты — вскочили на украденную вентиляторную лодку и поспешили покинуть остров Жнецов. Пока Марлоу вела лодку сквозь туман, Свифт рассказал ей, как попал в плен к Жнецам и что происходило с ним потом.
— Что им было нужно? — спросила Марлоу.
— Тебя, — просто ответил Свифт. — Они прислали кого-то в мою комнату, чтобы выбить из меня информацию. Использовали какое-то заклятие… следов не осталось, но боль была такая, будто мне вырезали внутренности. Честно говоря, хорошо, что я действительно не знал, где ты, потому что я не уверен, что выдержал бы.
— Мне нужно было прийти раньше, — снова сжалось у неё сердце, вина давила на грудь тяжёлым грузом.
— Эй, Марлоу, — мягко сказал Свифт. — Ты не могла этого знать.
— Да, — устало выдохнула она, — но вместо того чтобы убедиться, что ты в безопасности, я просто теряла время в башне Вейла, пытаясь снять проклятие, которое, как оказалось, уже давно снято.
— Башне Вейла? — переспросил Свифт.
— Длинная история, — отмахнулась Марлоу. — Но прежде чем я её расскажу, надо решить, где тебе спрятаться.
— Думаешь, Медноголовые всё ещё следят за домом Орселлы?
Марлоу кивнула.
— Надеюсь, с ней всё в порядке, — с тревогой сказал Свифт.
— Она умеет о себе позаботиться, — тихо ответила Марлоу, прочищая горло. В голове у неё вертелось лишь одно решение, и она никак не могла решиться его озвучить. Оно означало только одно: втянуть Свифта из одной опасной передряги в другую.
Но других вариантов у неё не было. А после тех дней тревоги, что она пережила, Марлоу не могла избавиться от желания держать Свифта поближе.
— Ты можешь вернуться со мной в башню Вейла, — наконец сказала она, неуверенно.
— Правда? — удивился Свифт. — Меня туда… пустят?
Марлоу пожала плечами:
— Это моя квартира. Вроде как.
Свифт усмехнулся:
— Ну, было бы глупо от такого отказаться. Когда ещё мне выпадет шанс пожить в Эвергардене?
— Поверь, это далеко не так прекрасно, как кажется, — усмехнулась Марлоу. — И прежде чем ты согласишься, тебе стоит кое-что узнать про Вейла.
Она и сама понимала, что стоило сказать Свифту, что за проклятием Адриуса стоит Вейл, как у него не останется сомнений: он не отпустит её туда одну. По правде говоря, она была за это благодарна. Её сразу окутало ощущение безопасности, как только Свифт оказался рядом.
Было ещё довольно рано, когда они прибыли в башню Вейла. В это время, как правило, никто ещё не вставал — именно поэтому Марлоу на несколько долгих секунд застыла на месте, выйдя из лифта и увидев перед своей дверью Сильвана, яростно стучащего в неё кулаком.
— Сильван? — растерянно произнесла она.
Сильван резко обернулся, сделал два быстрых шага к Марлоу и вдруг застыл, заметив стоящего позади неё Свифта.
— А ты что здесь делаешь?
— Рад снова тебя видеть, Ваше Высочество, — невозмутимо отозвался Свифт, нисколько не смутившись отражённой в голосе Сильвана неприязни.
Сильван бросил на Марлоу обвиняющий взгляд.
— Я думал, тот болотный пират сказал, что Жнецы схватили его.
Свифт с любопытством посмотрел на Марлоу.
— Они и схватили, — бодро подтвердила она. — А теперь — нет. И если ты закончил допрашивать меня, может, объяснишь, почему с утра пораньше колотишься ко мне в дверь?
Сильван сузил глаза:
— Скажи, что ты сделала с Адриусом вчера вечером.
— Что я сделала с ним? — недоверчиво переспросила Марлоу. — Ничего. Мы поговорили минут пять, потом пришла Амара и, по сути, выгнала меня прочь.
Сильван помрачнел:
— А потом он всю ночь пытался утопить себя в бутылке вина. Когда мы с Джеммой пытались затащить его обратно в комнату, он отказался — и уснул в кустах роз.
Свифт с трудом сдержал смешок.
— И это, по-твоему, моя вина? — спросила Марлоу.
— Да, — упрямо ответил Сильван. — До твоего возвращения в Эвергарден с ним всё было нормально. Ты… ты его сломала.
— Ну да, — буркнула Марлоу. — И что ты хочешь, чтобы я теперь сделала, Сильван?
— Исправила.
Марлоу уставилась на него, ошеломлённая яростью в его голосе и опасным блеском в глазах. В который раз она задавалась вопросом: как Сильван Вейл — парень, который, казалось, презирал вообще всех вокруг, включая её саму, — выбрал именно Адриуса Фалкреста как того единственного, кому решил быть верен.
— Я не могу, — с трудом выдохнула она, и голос её непроизвольно дрогнул. Это была слишком честная правда. — Амара запретила ему со мной видеться.
— И ты мне хочешь сказать, — язвительно бросил Сильван, — что ты бросалась против двух самых влиятельных банд Каразы, а перед Амарой Фалкрест струсила?
Свифт удивлённо посмотрел на неё, приподняв брови.
Ну вот. В таком изложении это звучало совсем иначе.
Позднее Марлоу сидела на трибунах, окружённая сотнями зрителей, наблюдавших за матчем по корте-пом, и пот лился с её лба. Тканевые навесы над головами зрителей лишь немного смягчали липкий полуденный зной, и Марлоу даже пожалела игроков, которые из последних сил носились по корту внизу.
Она подняла взгляд к частной ложe, установленной на боковой линии площадки. Там, на мягких диванах, расположились гости из Эвергардена. Перед ними стояли столики с чаем, охлаждённым вином и медовыми пирожными.
Рядом с Амарой сидел Дарьян, вокруг них — десятки гостей, беседующих маленькими группами.
На одном из диванов, окружённый восхищёнными девушками, сидел Адриус. Он выглядел расслабленным и довольным, лениво раскинув руку на спинке дивана, улыбался и, казалось, кокетливо переглядывался с девушками вокруг.
А слева от него Марлоу заметила ещё одно знакомое лицо — яркие медные волосы Джеммы сияли даже в тени.
Марлоу заставила себя смотреть только на Джемму, подавляя желание разглядывать Адриуса и гадать, насколько искренне он улыбается брюнетке, сидящей рядом.
И вдруг она заметила это — солнечный отблеск от зеркальца в руках Джеммы.
Их знак.
Марлоу поднялась с места и, лавируя между зрителями, направилась к лестнице.
Утром, сразу после возвращения в башню Вейла, она отправилась к Джемме и рассказала ей обо всём, что случилось на маскараде. Ну, не совсем обо всём — о проклятии и Вейле она умолчала. Но объяснила сделку, которую Адриус заключил с Амарой, и попросила помочь устроить ещё одну встречу с ним — на этот раз без ведома сестры.
К удивлению Марлоу, Джемма восприняла это как увлекательное приключение и согласилась помочь с явным энтузиазмом.
— Амара могла и разбить мне сердце, — сказала Джемма тогда, — но я не позволю ей сделать то же самое с тобой и Адриусом.
А потом она рассказала Марлоу о матче по корте-пом и о том, как Амара пригласила несколько десятков девушек с маскарада — тех, кого посчитала достойными ухаживать за её братом.
Марлоу спустилась вниз с трибун, обогнула корт и пробралась под строительными лесами противоположной стороны, пока не оказалась прямо у задней части шатра Фалкрестов, скрытая от посторонних глаз.
С замирающим сердцем она подкралась ближе, к самому заднику. Изнутри доносились смех и разговоры, но разобрать отдельные слова было невозможно.
Пока не прозвучал голос Джеммы:
— Прости, что отрываю тебя, но это правда на минутку, мы почти ничего не пропустим, — сказала она.
Полотно шатра дрогнуло, и Марлоу увидела её озорную улыбку. Джемма резко дёрнула Адриуса за руку, вытолкнув его наружу — прямо к Марлоу.
— Что… Минноу — ?
Марлоу тут же прикрыла ему рот ладонью, прежде чем он успел сказать хоть слово, и потащила его в сторону, за угол шатра.
— Поблагодаришь потом, — шепнула Джемма с самодовольной улыбкой и исчезла обратно внутрь.
Оставив Марлоу наедине с Адриусом.
Адриус, оправившись от внезапной атаки, теперь сверлил её раздражённым взглядом поверх её ладони.
Марлоу медленно опустила руку.
— Привет.
— Какую часть из «я не могу тебя больше видеть» ты не поняла? — процедил он сквозь зубы.
Его резкость больно задела, но Марлоу заставила себя не показывать этого.
— Знаешь, на маскараде ты не особенно торопился держаться от меня подальше.
— Ты была под маской, — холодно ответил Адриус. — И я был… эгоистом. Мне не следовало этого делать. Если кто-то увидит тебя здесь…
— Джемма следит за обстановкой, — заверила его Марлоу.
— Зачем ты вообще сюда пришла?
— О, прости, что оторвала тебя от твоих восторженных поклонниц, — съязвила Марлоу, не в силах сдержать сарказм.
Челюсть Адриуса сжалась ещё сильнее.
— Это не то, что ты думаешь, и ты это знаешь.
Она знала. Но всё равно хотела, чтобы он сказал это вслух. Чтобы он признал, что ни одна из тех девушек ему не нужна. Что ему нужна только она.
Но пока Амара держит его в плену, это ничего не значит.
— Зачем ты пришла, Марлоу? — повторил Адриус, но теперь голос его стал мягче, в нём появилась уязвимость, едва пробивавшаяся сквозь гнев.
Зачем она пришла? Чтобы убедить его отказаться от сделки с Амарой? Отказаться искать себе жену? Выбрать её?
— Проклятие, — выпалила она. — Мне нужно знать, как ты его снял.
Он посмотрел на неё, совершенно озадаченный.
— Я не снимал.
Кровь в жилах Марлоу похолодела.
— Что? Но… на маскараде Амара приказала тебе вернуться внутрь, а ты отказался. Я видела. Ты что, всё ещё под проклятием?
Если проклятие всё ещё действовало, у них оставалось всего несколько дней, чтобы его снять, прежде чем оно станет постоянным. Сердце Марлоу сжалось от страха. Неужели она всё это время ошибалась?
— Нет, я не под проклятием, — поспешно сказал Адриус. — Ты была права. Оно снято. Но снял его не я.
— Тогда кто?
Он внимательно посмотрел на неё.
— Ты.
Она замерла. Сердце стукнуло болезненно.
— Этого не может быть. Я даже не нашла карту проклятия. Как я могла его снять?
Адриус отвёл взгляд.
— Это было, когда ты поцеловала меня.
Сердце Марлоу забилось так сильно, что она едва могла дышать.
— Адриус, так не бывает… Проклятия не снимаются поцелуями.
Такое случается только в сказках. Но не в реальной жизни.
— Ну, это — снялось, — тихо сказал он, поднимая на неё взгляд. Его глаза, тёмные, как расплавленное золото, горели теплом, которое пробежало по её коже, как ток.
— Ты схватила нож, — продолжил он. — Ты сказала, что я никогда не смогу причинить тебе боль. А потом… ты поцеловала меня.
Его взгляд опустился на её губы. Марлоу затаила дрожащий вдох, невольно следя глазами за движением его языка, мелькнувшего между приоткрытыми губами.
Но вдруг Адриус отступил, тяжело вздохнув и сделав шаг назад.
— Мы не можем, — выговорил он. — Я… я должен искать себе жену.
Словно ведро ледяной воды обрушилось на неё. По венам вспыхнула злость.
— Расторги эту сделку, — сказала она.
— Что? — не понял он.
— Расторги. Эту. Сделку. Скажи Амаре, что передумал.
Взгляд Адриуса скользнул в сторону.
— Я не собираюсь этого делать.
— Да, собираешься, — упрямо сказала Марлоу. — Потому что я докажу, что тебя проклял Вейл.
— Как? — устало спросил он.
— Я… пока над этим работаю, — призналась Марлоу. — Но наверняка был кто-то ещё, кто знал о проклятии. Я не думаю, что он сделал это в одиночку. Должен быть заклинатель, который ему помогал. Если я найду его…
— Ты точно что-то найдёшь, — перебил её Адриус с тяжёлым вздохом. — Если кто и сможет это доказать, так это ты. Но я не думаю, что это что-то изменит.
— Ты правда считаешь, что Амара не захочет наказать настоящего виновника того, что случилось с твоим отцом? — спросила Марлоу. — Я понимаю, что у вас с ним сложные отношения, но…
Адриус снова покачал головой:
— Захочет. Но Амара прекрасно понимает: если она пойдёт против Вейла, скорее всего, проиграет. И она предпочтёт наказать хоть кого-то, чем оставить всё безнаказанным. Даже если накажет не того. К тому же… ты дочь Вейла. Если она решит, что может ударить по нему, ударив по тебе — тем лучше для неё.
Медленно, болезненно, но логично. Конечно, в Эвергардене политика всегда перевешивала правду.
Но Марлоу не собиралась сдаваться из-за этого.
— Я найду способ, — пообещала она.
— А если не найдёшь? — тихо спросил Адриус. — Я не готов рисковать тобой. Не готов.
В его голосе звучала такая уверенность, какую она слышала от него всего несколько раз. И даже зная, что его чувства к ней настоящие, это всё равно сбивало с толку. И всё же, больно.
— То есть ты готов просто никогда меня больше не видеть? — спросила она, горько усмехнувшись.
Он сжал челюсть.
— Если это сохранит тебе жизнь — да.
— Я не просила тебя меня спасать.
— А я не просил тебя брать на себя вину за меня, — процедил Адриус. — Но вот мы здесь.
Вот они и стояли. Всего в нескольких дюймах друг от друга, а за тонкими стенами шатра ждали его десятки девушек, мечтающих стать его женой. Марлоу могла бы остановиться на этом. Позволить ему поставить между ними черту. Позволить ему вернуться к той жизни, которую он для себя выбрал.
Но она никогда не умела оставить всё как есть.
— Да. Вот мы и здесь, — сказала она.
Она шагнула ближе, схватила его за лацкан пиджака.
— После всех этих притворных чувств ты правда хочешь сделать вид, что не хочешь меня?
— Марлоу… — его голос прозвучал, как предупреждение. Она чувствовала его дыхание у себя на щеке. Но он не отступил.
Это было безрассудно, опасно, и Марлоу знала, что в конце этого пути её ждёт только боль, но не могла остановиться. Её тянуло к Адриусу так же сильно, как к любому неразгаданному секрету — она должна была разгадать его, даже если это сломает её саму.
— Это только всё усложнит, — сказал он. — А если Амара узнает…
— Как ты однажды сказал мне, — перебила его Марлоу. — Если уж не можешь контролировать свою жизнь, то хотя бы проживи её чертовски хорошо.
Он сглотнул, его взгляд, тёмный и горячий, не отпускал её.
— Скажи мне, что ты этого не хочешь, — прошептала она в уменьшающемся расстоянии между их губами. — И я уйду.
— Я…
Она слышала его дыхание в тишине между ними. Ждала один вздох. Второй. Когда он так и не сказал ни слова, она опустила руку, отпуская его пиджак.
Разочарование болезненно скрутило её внутри, смешавшись с горечью стыда. Чего она ожидала? Она никогда не имела над ним власти. В отличие от той, которую он имел над ней.
Она повернулась, собираясь уйти.
Адриус резко схватил её за руку и развернул к себе. Его губы накрыли её прежде, чем она успела вдохнуть. Одна рука скользнула на её талию, прижимая ближе, другая запуталась в её волосах. Марлоу задыхаясь вздохнула в его губы, сердце бешено заколотилось в груди.
Он целовал её так, словно отчаянно нуждался в этом. В ней. Словно она могла исчезнуть, если он её отпустит.
Жар разлился по её венам, обжигая изнутри. Её ещё никогда не целовали так. Голова кружилась, руки сами собой цеплялись за его пиджак, и она была бессильна перед этим ураганом, который сама же и разбудила в них обоих.
Адриус оторвался от неё с приглушённым, почти болезненным стоном. Марлоу сама выдохнула, не в силах сдержать вздох.
Он всё ещё держал её, тяжело дыша.
— Это плохая идея, — прошептал он, но в голосе его звучала такая теплая нежность, что он не сделал ни малейшего движения, чтобы отпустить её. Почти рассеянно он убрал с её шеи прядь волос, прилипшую к влажной от жары коже.
Марлоу протянула руку и притянула его обратно, чтобы поцеловать снова.
Изнутри шатра раздался заливистый смех. Она почувствовала, как этот звук словно ударил Адриуса, напомнив ему о том, где они находятся: всего в нескольких шагах от толпы девушек, мечтающих стать его невестой.
— Пойдём отсюда, — сказал он торопливо. — Прямо сейчас.
— Все заметят, если ты вдруг исчезнешь посреди матча, — напомнила Марлоу.
— Мне плевать. — Его пальцы крепче сжали её талию. — Джемма прикроет.
От этого горячего, низкого голоса по её коже побежали мурашки. Руки дрожали от того, как сильно ей хотелось согласиться — утащить его куда угодно: в башню Вейла или хотя бы в ближайшую кладовую. Она хотела, чтобы он снова поцеловал её. Но, пожалуй, ещё больше — насладиться этой новой властью: властью заставить его так сильно её хотеть, что он был готов пойти на любую глупость.
Вместо этого она мягко положила ладони ему на грудь и чуть оттолкнула.
— Заманчиво. Но у меня есть одно дело.
— Тогда сегодня вечером, — не сдавался Адриус. — Гала в музее Изабеллы Моранди. Я там буду.
Марлоу легко догадалась, что он не договаривает. Там будут и те самые десятки девушек, что мечтают стать его женой.
— Думаешь, ты сможешь туда пробраться? — с вызовом спросил он.
Марлоу улыбнулась, лукаво прищурившись:
— Адриус, ну ты же меня знаешь.