Прикрепив Тюрфинг к поясу и уложив дядины богатства в сумки, я вышла из пещеры. Хотя ноша была тяжелой, на душе у меня было легко. Свафа любила меня, я знала это, но она редко была рядом со мной. Кроме Ирсы, которая по-своему заботилась обо мне, у меня не было никого. И вот я здесь, с легендарным отцовским мечом в руках, богатством и благословением моих дядей. Пусть и всего на одну ночь, но я наконец-то почувствовала, каково это — иметь настоящую семью.
Когда я выбралась из кургана, то с удивлением обнаружила, что на улице уже рассвело. Как такое возможно?
Ирса, Эйдис и Снорри сидели у небольшого костра неподалеку от входа в усыпальницу.
— Хервёр! — воскликнула Эйдис, вскочила с земли и бросилась ко мне.
Ирса тоже поднялась и направилась в мою сторону.
— Благодарим тебя, Всеотец, что в мудрости своей ты позволил нам всем пережить эту ночь, — прошептал Снорри, воздев руки к небу.
— Только посмотри на себя, бледная как снег. А это что? — произнесла Эйдис, дотронувшись до рукояти меча на моем поясе, и тут же отдернула руку. — Проклятая вещь. Дважды она погубит Ангантюра.
Я уставилась на вёльву. Она почти дословно повторила слова отца.
— Что ты имеешь в виду?
— Я… я не знаю. Можно нам на него взглянуть?
Я покачала головой.
— Только когда наступит подходящий момент. Если клинок достать из ножен, он должен будет испить крови.
К нам подошла Ирса.
— Что это? — спросила она, указывая на мои набитые до верху сумки.
Я махнула рукой, жестом приглашая Эйдис и Ирсу подойти ближе. Положив мешки на землю, я распахнула их, показывая лежавшие внутри серебряные монеты, слитки и другие сокровища. Герой Одд Стрела почтил сыновей Арнгрима, похоронив вместе с их имуществом. Вместе они получили почти столько же денег, сколько имел ярл. Мои дяди умерли обеспеченными людьми.
— Какое богатство, — прошептала Эйдис, перебирая серебро.
— И я знаю, что мне теперь делать. На Больмсё на моего деда Арнгрима напали враги. Я должна отправиться туда и извлечь из этого пользу, — сказала я, прикасаясь к сокровищам и мечу. — Я должна помочь своему деду.
— А как же Далр? — поинтересовалась Ирса.
— Я вернусь. Потом. Сначала я должна отправиться в Хальмстад. Затем отправлю корабль обратно в Далр. Ирса, если ты волнуешься за маму, можешь вернуться с остальными.
Она склонила голову на бок, раздумывая, но больше ничего не сказала. Я повернулась и посмотрела на Эйдис.
— О, а я ни за что на свете не пропущу то, что будет дальше!
Мы собрали вещи и вернулись в Мунарвагар. Снорри посмотрел на меч у меня на бедре, но ничего не сказал.
Мы скакали вдоль побережья. Вода плескалась о скалистый склон. Глядя на море, я снова ощутила его зов. Но теперь я не сбегала. Теперь я была Хервёр, дочерью Свафы и Ангантюра, и направлялась в дом, которого никогда не видела: Больмсё, остров посреди озера Больмен. Там, на острове, жил Арнгрим, мой дед. Его жена и дети умерли. Он был совсем один.
Пока.
* * *
Когда мы вернулись в маленькую рыбацкую деревушку, меня уже ждал мой небольшой отряд из Далра и Зигфрид.
— Хервёр, слава богам! — воскликнул Харальд Четырехпалый. — Небо полыхнуло огнем сразу после твоего ухода. Дом содрогнулся. Странное голубое пламя упало с Биврёста на землю. Это было… Мы испугались за тебя.
— Я здесь. И всё хорошо. Но нам пора отправляться.
Мужчина кивнул.
— Отлично. Пойду готовить корабль.
Зигфрид, державшая какой-то мешок, протянула его мне.
— Возьми.
Я схватила предложенное.
Быстро потянувшись к поясу, Зигфрид достала нож. Действуя уверенно, она схватила мою длинную косу и одним движением клинка срезала на несколько дюймов волос у затылка.
— Эй! — закричала Эйдис. — Что ты наделала?
Я перевела озадаченный взгляд на Зигфрид, сжимавшую в руке мою косу.
— Когда окажешься на Больмсё, назовись Хервардом, миловидным юношей. В образе Херварда ты сможешь узнать гораздо больше, — сказала она и похлопала по сумке, которую я сжимала в руках, предлагая мне заглянуть внутрь.
Я смущённо распахнула сумку и разглядела внутри мужскую одежду и шляпу.
— Но…, — начала я, но вдруг над головами пролетели, громко каркая, два ворона.
Хервёр.
Хервёр.
Прислушайся к её словам.
Зигфрид указала на воронов и кивнула.
— Видишь? Послушайся Игга[1].
Я поклонилась пожилой женщине.
— Спасибо.
— Иди и отыщи свою судьбу.
Я ещё раз поклонилась, и направились к кораблю.
Эйдис протянула руку и коснулась коротких волос на моем затылке.
— Хервёр, ты выглядишь…
— Даже не начинай.
Она рассмеялась.
— Хорошо, не буду. Хотя из тебя получился очень неубедительный мужчина. Будем надеяться, что Хофунду нравятся миловидные юноши.
— Если ему нравятся миловидные юноши, значит, нам с ним точно не по пути.
Эйдис фыркнула.
Я потянулась назад и коснулась своих волос — вернее, того, что от них осталось. Затем повернулась и посмотрела на Зигфрид. Она махала мне рукой, всё ещё сжимая в ладони мою длинную косу.
Я вздохнула.
— Кто мы такие, чтобы сомневаться в богах?
— И не надо. Но что-то мне подсказывает, что кому-то скоро предстоит тяжелый разговор с Сиф. Потому что если она к чему-то и относится трепетно, так это к тому, что кто-то срезает такие волосы!
Я усмехнулась. Конечно, Эйдис не могла не знать историю о том, как Локи однажды отрезал волосы Сиф, пока та спала. Но взамен богиня получила парик из золота. Мне же повезло меньше.
— Что ж, если Сиф слушает, возможно, она будет благосклонна ко мне и поможет быстро отрастить волосы, когда мы покончим с делом.
— Кстати, об этом… Что ты собираешься делать, когда мы доберёмся до Больмсё?
— У Хервёр был план, но Хервард должен для начала просто понаблюдать. Так что разберёмся на месте.
— Отличный план, — хмыкнула Эйдис. — Но, чтоб ты знала, я не собираюсь срезать свои локоны и менять имя на какого-нибудь Эда. Даже не проси!
Я взяла в руки локоны Эйдис цвета воронова крыла.
— Ни за что не стала бы навлекать на себя гнев Локи. Да и Лейф бы меня не простил.
— Забудь про них! Это мои волосы, и тебя никогда не прощу я!
Я усмехнулась. — Не сомневаюсь. Ладно, идём. Похоже, нам нужно спасти целый остров.
[1] Игг — одно из имён Одина.