— Ой, — произнесла Дочь Дьявола Лаура, зажимая Малыша Джона под подбородком. — О-о-о — это галстук милашка-пирожок? Это о-о-о? Да?
— Прекрати, — приказал Синклер со своего барного стула в уголке для завтрака, — или я сия же секунду убью тебя.
Лаура проигнорировала его.
— Это о-о-о! Так ми-ло! — она переложила его к себе на левое бедро и посмотрел на меня. — Я столкнулась с миссис Тейлор уже на подходе. Она пригласила меня на мероприятие по сбору средств, которое она проводит.
— Пригласила? — она не пригласила меня. Не то чтобы я бы пошла. Но всё же. Она не подкидывала Лауре Малыша Джона каждые два дня, но кто получил приглашение? Хммм? Вот именно, Дочь Дьявола. — Я не знаю, зачем она вообще потрудилась зайти. Я имею в виду, он пробыл у неё дома, сколько? Шесть часов?
— А теперь, — сказала Тина, — он вернуууулся. Она хихикнула над Синклером, который проигнорировал её.
— Лаура, это просто замечательно, — это было на следующий вечер, и он листал «Уолл-Стрит Джорнал». — Похоже, ты обладаешь способностью растопить самую ледяную и бесчувственную внешность.
— Ты не должен быть так строг к себе, — поддразнила я.
— Я имел в виду миссис Тейлор.
— Ты помирилась с Софи? — поспешно вмешалась Лаура. Она закинула Малыша Джона на плечо и погладила его. Запах отрыгнутой детской смеси смешался с ароматом свежевыжатого апельсинового сока — любимого напитка Лауры.
— Э-э, нет. От Софи ничего не слышно.
— Я уверена, что это всего лишь вопрос времени, — беспомощно сказала она.
— Верно. На самом деле, это очень сложно, потому что парень, на которого она так разозлилась, большой европейский зануда и к тому же очень обаятельный. Я имею в виду, он извинится. Он заверил, что извинится. Кем я, по-твоему, должна быть, чтобы отрубить ему голову?
— Формально, тебе это разрешено, — отметила Тина.
— Ну, новый босс — это не то же самое, что старый. Что для меня, знаете ли, значит совершенно новый. Как это называется?
— Основа, — сказал Синклер.
— Верно. Сочувственное понимание, внутри. Обезглавливания, снаружи.
— Рада, что это твоя проблема, а не моя, — весело сказала моя сестра, потому что на этой неделе она принимала Бесполезные таблетки.
— Вообще-то, Лаура, я рад, что ты заглянула, — сказал Синклер, взглянув на часы. — Нам нужно провести важную личную встречу с домашними. Я надеялся, что ты сможешь взять ребёнка на час или около того.
— Его зовут Малыш Джон, — сказал я, — а не «ребёнок». И о чём ты говоришь? О какой встрече?
Я услышала, как снаружи хлопнула дверца машины, и, к моему раздражению, Тина и Синклер совершенно не удивились.
— Конечно, — сказала Лаура. Любой другой, кому бы так бесцеремонно дали пинка под зад, был бы немного обижен, но вам пришлось бы поступить с Лаурой гораздо хуже, чтобы разозлить её. — Рада помочь, — она взяла пакет с подгузниками и вышла с Малышом Джоном как раз в тот момент, когда Джессика вошла на кухню, всё ещё в пальто и резиновых сапогах.
— Добрый вечер, — сказал Синклер.
— Привет, — сказала я, когда Джессика бросила свою сумочку на стол и сразу же направилась к чайнику на плите.
— Привет, — ответила она.
— Джессика, мы рады, что ты здесь, — Тина взглянула на меня, затем продолжила. — Мы давно хотели с тобой поговорить. Уже давно.
Хотели? Верно. Хотели. Я собиралась. застать её наедине и спросить, почему она была такой стервозной в последнее время. Похоже, Тина и Синклер тоже это заметили.
— Супер, — ответила она с заметным отсутствием энтузиазма.
— Дорогая, ты ничего не хочешь нам рассказать? — спросил Синклер, складывая газету и складывая руки перед собой.
— Тебе пора платить за квартиру? — спросила она, добавляя в чай изрядную порцию сливок.
— Чек у тебя на столе. Кое-что ещё.
— Это что, — пошутила она, — интервенция?
Я не знала, что это было. Но я заметила, что из её сумочки выглядывает белый пакетик с рецептом из Уолгринс. Внезапно мне расхотелось присутствовать на этой встрече.
— В некотором смысле, — ответил Синклер, — да.
— Джесс, в последнее время ты какая-то, э-э, обидчивая, — я кашлянула. — Что-то случилось?
— Нет.
— Возможно, — мягко сказал Синклер, — мы сможем тебе рассказать.
Она села. Сбросила пальто. Посмотрела на него. Я впервые заметила тёмные круги у неё под глазами. Она плохо спала.
Чего ещё я не заметила?
— Почему бы и нет? — спросила она. — Я имею в виду, расскажи мне.
— Как пожелаешь. Поначалу изменение твоего запаха показалось мне результатом стресса. Но, посоветовавшись друг с другом, мы с Тиной быстро вспомнили, когда в последний раз ощущали это состояние у живого человека.
— Вы быстро вспомнили? — поддразнила Джессика, хотя по голосу было не очень похоже, что она поддразнивала. — Или вы вспоминали медленно?
Он проигнорировал её и продолжил.
— Это произошло вскоре после того, как мы прибыли на Западное побережье и нашли временное пристанище в подвале дома престарелых. Там была женщина, которая долгое время страдала…
— Мы можем перейти к делу? — прошипела я, подавляя желание вырвать все волосы у себя на голове. Не было никаких шансов, что эта история закончится хорошо.
Джессика поёрзала на своём барном стуле и посмотрела на меня. Я могла бы сказать, что она очень, очень хотела это сказать. Но не могла.
Синклер позволил своей руке скользнуть по мраморному столу и накрыть её.
— У тебя миелома.
— Что? — спросила я.
Джессика не сводила с меня глаз.
— Рак крови.
— Что? — закричала я.