Боясь пошевелиться, я стояла как вкопанная, переводя взгляд с Майло на мужчину и обратно. Это был Вальдес. Его акцент проступал сквозь густую темную бороду, когда он продолжил. От его мощного голоса у меня задрожали кости. Каким-то странным образом он мог бы быть почти красивым, но его внушительная внешность затмевала даже это.
— Ты опередил Беллами, Харрингтон. Возможно, ты с самого начала знал, что делаешь, но ты же знаешь, я не люблю тратить время впустую. Хорошо, что ты уже мертв, потому что я бы убил тебя несколько дней назад за эту болтовню.
Майло стоял рядом с Вальдесом, наблюдая за разворачивающейся сценой, как будто даже не знал меня. Я посмотрела на него, надеясь, что ошибаюсь, думая, что он вот так меня предал. Он отвел взгляд, как только я встретилась с ним взглядом. Он не смотрел на меня. Мое бешено колотящееся сердце замерло.
Слезы страха и гнева навернулись на глаза. Вальдес шагнул вперед, все еще целясь в меня из пистолета. Я боролась изо всех сил, чтобы скрыть свой ужас, но мое паническое прерывистое дыхание выдало меня.
Вальдес уставился на мою шею, словно загипнотизированный. Я опустила взгляд на ожерелье, стараясь не делать резких движений, но пытаясь придумать, как из этого выпутаться.
— Оу, парни. — Он тяжело втянул воздух через ноздри, и в уголках его рта появилась слабая усмешка. — Без сомнения, это чешуя сирены.
Из задних рядов раздался сухой, отчаянный крик члена экипажа:
— Тогда чего же мы ждем, капитан?
Матросы согласно заворчали.
Вальдес повелительно поднял руку.
— Терпение, вы, трюмные крысы, — проворчал он. — Я все еще пытаюсь решить, что делать с этой юной красавицей на борту нашего судна. Было бы стыдно просто взять и отказаться от других удовольствий, которых мы так долго были лишены… — Он облизнул зубы, глядя на меня так, что у меня мурашки побежали по коже. Я почувствовала, как каждый мускул в теле напрягся, защищаясь. Дрожа, я еще раз взглянула на Майло, который оставался невозмутимым. Но я заметила, как он сжал руку в кулак.
— Она вся ваша, капитан. — К моему удивлению, Майло заговорил, почти выпалив эти слова. — Я уже повеселился с ней. — Из толпы пиратов, наблюдавших за происходящим, донеслись свистки и непристойности.
Я недоверчиво моргнула, глядя на него. В моей груди клокотало пламя, наполняя каждый дюйм моего тела болью и отвращением.
— Ты отвратителен, — прошипела я ему. Он только отвел взгляд, уставившись на мачту над головой, что еще больше разозлило меня.
— Ты не будешь так неуважительно относиться к членам моей команды, девочка. — В голосе Вальдеса слышалось веселье. — Давай посмотрим, как ты встанешь на колени за это.
Мне хотелось плюнуть ему в лицо. Но не так сильно, как снова влепить пощечину Майло.
Майло вытащил саблю из кобуры на боку и направил ее на меня, подойдя достаточно близко, чтобы при желании дотянуться до меня рукой.
— На колени. — Его голос был каменным. — Это приказ капитана. — Он положил руку мне на плечо и слегка отодвинул в сторону, направляя меня туда, куда хотел. — Опустись.
То, как он произнес эти слова, задело что-то во мне. Это было не угрожающе, а скорее настойчиво, будто он умолял меня сделать то, что мне сказали. Когда на меня были нацелены пистолет и меч, я не могла спорить. С самым холодным выражением лица, на какое была способна, я опустилась на колени. Вальдес убрал пистолет и начал снимать пальто, в то время как Майло держал меня под прицелом меча.
— Ты напоминаешь мне одну женщину, которую я знал, довольно властную и жестокую. И красивую тоже. — Он сделал паузу и указал на палубу. — Ты знаешь, что она подарила мне этот корабль? Она могла заставить любого мужчину повиноваться ей, и она отправила за борт целую морскую команду всего лишь одной песней. Только ради меня. И она стояла прямо там, где стоишь ты. За исключением того, что, если я правильно помню, она стояла полностью раздетая и не испытывала ни капли стыда по этому поводу.
Я понятия не имела, что он имел в виду, но мне стало интересно, была ли женщина, о которой он говорил, Корделией. Он посмотрел на меня сверху вниз из-под густых темных бровей и подошел ближе, поправляя ремень.
— Но ты, девочка, дрожишь, как собака под дождем. Будто тебе есть чего стыдиться. Будто у тебя есть что-то, чего ты не хочешь, чтобы я взял.
Я сжала ожерелье обеими руками и прижала к себе. Его ботинки прогрохотали по деревянному полу, когда он шагнул ко мне.
— Я предоставляю тебе честь разыграть сцену, мастер Харрингтон. Считай это наградой.
Майло кончиком меча приподнял край моей рубашки. Я вздрогнула и попыталась вырваться, но он схватил меня за запястье свободной рукой. Я сопротивлялась, но ему удалось удержать меня на месте, и он на полсекунды наклонился к моей шее. Мне едва удалось расслышать шепот, который пронесся мимо моего уха, но я отчетливо услышала его.
— Доверься мне и держись.
Затем одним молниеносным взмахом меча он развернулся и перерубил веревку, которая была туго привязана к крюку на палубе. Майло притянул меня к себе свободной рукой, и я обняла его за плечи. Он схватился за веревку, когда та рванула вверх, и нас сбило с ног и подняло вместе с ней. Мы взлетели на «воронье гнездо», и Майло бросил свой меч на палубу внизу, чтобы освободить руку и ухватиться за мачту, когда мы будем подниматься над ней.
— Будь ты проклят, Харрингтон! После этого ты пожалеешь, что не можешь умереть. Я собираюсь провести свою вечность, убеждаясь, что твоя жизнь — сущий ад. — Вальдес потянулся за пистолетом и выстрелил, но мы с Майло быстро забрались в «воронье гнездо» в поисках укрытия. Вокруг нас трещало дерево, свинцовые пули застучали по полу под нами, и запах пороха ударил мне в ноздри.
Я посмотрела на Майло, когда мы нырнули в укрытие. Я поняла, что он сыграл свою роль, чтобы спасти меня. Мне хотелось ударить его и обнять одновременно.
— Это было подло, — сказала я ему. — Но… я знаю, почему ты это сделал.
Он подмигнул мне.
— Я же сказал, что защищу тебя. Я не сказал, как.
— Что случилось с «постучать три раза»?
— Это трудновато сделать, когда на тебя напали из засады. Еще до того, как я услышал предупредительный выстрел Беллами, их уже ждала лодка на другой стороне.
Раздались новые выстрелы, снизу пираты выкрикивали ругательства, громче всех был слышен громкий голос Вальдеса.
— И что теперь?
— Уже почти рассвело. Теперь я просто должен увезти тебя с этого корабля.
— А что насчет тебя?
— Ты знаешь, что со мной произойдет.
— Я имею в виду…Что произойдет завтра вечером? Когда ты вернешься? Что Вальдес с тобой сделает?
Майло зажмурился, словно пытаясь проглотить что-то горькое. Пираты внизу выкрикивали угрозы, а двое начали карабкаться на мачту. Раздались новые пистолетные выстрелы.
— Не беспокойся обо мне. — Он взял мои руки в свои и прижался к ним губами. — Но что бы ни случилось, знай, что тебе нужно держаться подальше от берега. Когда вернешься из поездки, держись подальше от моря. Ты не можешь вернуться на этот корабль. Никогда. Я найду выход. Как-нибудь. И когда это сделаю, вернусь к тебе. Каждую ночь. Обещаю.
— Разве не ты говорил мне: «Не давай обещаний, которые не сможешь сдержать»?
Он только посмотрел на меня в ответ, затем помог подняться на ноги и бросил взгляд через край на воду на одну из лодок, плававших в черной воде внизу.
— Вот тебе и аттракцион, — пробормотал он.
— Что?
Он ничего не объяснил.
Когда один из пиратов начал подбираться к нижней части «вороньего гнезда», размахивая саблей, Майло вытащил пистолет из-за ремня, висевшего у него на груди, и выстрелил. Мужчина с проклятиями и стоном рухнул на палубу. Но их было еще больше. И Вальдес направил на нас свой пистолет.
Майло взял веревку, которую держал в руке до этого. Она все еще была прикреплена к петле на мачте.
— Подожди. — Он прижался губами к моим губам, и я растворилась в нем. Это было волнующе. Несмотря на то, что моя жизнь была в непосредственной опасности, я почему-то чувствовала себя в безопасности, когда мы обнялись, уютно устроившись среди парусов в лунном свете. Звуки ударов мечей и пуль стихли, когда тепло губ Майло заставило мои задрожать. Тихий стон вырвался из моего горла, когда он поцеловал меня с неумолимой яростью, прижимая к себе так, словно это был последний раз.
Без предупреждения он оторвал свои губы от моих и выпрыгнул из «вороньего гнезда», крепко прижимая меня к себе. Веревка была маятником, а мы — противовесом. Когда мы пролетали над палубой, он выпустил еще несколько пуль в команду внизу. Я почувствовала, как он рванул изо всех сил, все еще держа меня, и мы перевалились через край корабля, где внизу на воде покачивалась маленькая лодка.
С настойчивостью человека, спешащего потушить пожар, он приблизил свои губы к моему уху, оставляя сообщение, которое отозвалось во мне до глубины души.
— Я всегда найду дорогу обратно к тебе, Катрина. Моя Полярная звезда. — Он не дал мне времени ответить.
С этими последними словами он отпустил меня и позволил веревке перенести его обратно на палубу, где зазвенели мечи. Я поднялась со дна лодки, подняла глаза и увидела Беллами, сидящего напротив меня с веслами в руках.
— Бери весло, любимая. Уже почти рассвело, — спокойно приказал он.
Я сделала все, что могла, чтобы помочь Беллами как можно быстрее добраться на веслах до берега. Над горизонтом забрезжил слабый свет восходящего солнца, и звуки хаоса на корабле начали отдаляться по мере того, как мы удалялись от него. Я также слышала шум формирующегося водоворота, который начал свой ритуал погружения корабля в свои глубины. Мы молчали.
Что-то изменилось в Беллами. Я наблюдала, как он позволил лодке плыть к берегу, слегка подталкивая ее веслом. Его обычная самоуверенность исчезла, и вместо нее на его лице появилось выражение растерянности, которого я раньше не видела.
— Белл… — он остановил меня прежде, чем я успела произнести его имя.
— Не надо. — Он опустил голову и посмотрел на воду. — Я видел, как ты целовала его. Не говори ничего только потому, что тебе жаль меня.
— Я просто хотела поблагодарить тебя, — частично солгала я, хотела сказать ему что-то еще, но не была уверена, что именно.
— Ты уже знаешь, что я хочу сохранить чешую от своего отца. — Он оперся локтем о колено. — Но… — он провел рукой по волосам, — похоже, нам с Майло наконец-то удалось договориться кое о чем.
— И что же это?
— Что ты стоишь того, чтобы тебя защищать.
Я слабо улыбнулась ему, но это было все, что я смогла выдавить. Знал ли он, что Вальдес написал о том, что пожертвует собой, чтобы освободить его от проклятия? Я раздумывала, стоит ли сказать ему об этом сейчас, но мне показалось, что это неправильно. Все еще не было никакого шанса, что это сможет компенсировать то, что случилось с Сереной.
Прежде чем я успела придумать, что сказать дальше, Беллами начал таять у меня на глазах. Точно так же, как призрачные волны накатывали на Майло раньше, вода поднялась вокруг Беллами, чтобы поглотить его. Маленькая лодка медленно исчезла за ним, превратившись в ничто у меня под ногами, и я прыгнула в воду, которая была достаточно мелкой, чтобы перейти ее вброд. Обернувшись, я в последний раз увидела вдали корабль, который уходил под воду. А потом на пляже стало тихо, как обычно, и взошло солнце. Будто ничего этого никогда и не было.