Было странно осознавать, что я могу узнать каждую из своих подруг по звуку шагов. Длинные, быстрые шаги Кайтрионы, легкая поступь Олвен, торопливый шаг Невы.
— Тэмсин? — начала Кайтриона, садясь на большой валун рядом со мной. Её голос был таким же хриплым и глубоким, как всегда, но напряжение на лице смягчилось до чего-то, что могло бы сойти за умиротворение. На Авалоне, и всё наше время в мире смертных, она всегда казалась старше своих лет. Может быть, именно неуверенность на её лице сейчас заставляла её выглядеть на свой возраст.
— Это… закончилось? — спросила она.
— Разве это когда-нибудь заканчивается по-настоящему? — спросила я, потирая руки, чтобы согреться.
Неподалеку Олвен впитывала вид леса. Выражение покоя озарило её лицо, когда она закрыла глаза и подставила лицо мягкому лунному свету. Нева стояла сразу за ней, обхватив себя руками, и смотрела на Экскалибур во мху и снегу.
— Прости, — сказала Кайтриона. — За то, что оставила тебя и остальных. Я просто… я сказала себе, что только я достаточно сильна, чтобы довести это до конца, но какая-то часть меня так стыдилась того, как сильно я желала его смерти, что не могла вынести, чтобы кто-то из вас был свидетелем этого.
— Я понимаю, — сказала я ей, потому что так и было. Невыносимо выставлять напоказ самую уродливую часть себя перед другими и рисковать потерять их. — Мы просто волновались за тебя.
Я успокаивающе провела рукой по её плечу. Облегчение отразилось на её лице. Мы сбились в кучу в темноте, вдыхая сладкий аромат роз поблизости.
— Ты в порядке? — спросила я её.
— Нет, — ответила она. — А ты?
— Даже близко нет.
К моему вечному облегчению, мы обе оставили всё как есть. Некоторые вещи всё равно не поддавались объяснению. Кайтриона встала, затем протянула руку, чтобы помочь мне подняться. Я сжала её ладонь, и она улыбнулась при виде наших плетеных браслетов, всё еще туго завязанных на запястьях.
— Он отпустил нас, — сказала Кайтриона, глядя в темное сердце леса. — Кабелл. Он мог остановить нас несколько часов назад, когда застал меня освобождающей Олвен из дома, где они её держали. Но он не стал.
Я кивнула, благодарная узнать это наверняка.
— Как вы меня нашли?
— Так же, как Нева, полагаю, — сказала Кайтриона, кивнув в сторону чародейки. — Мадригаль оставила Жилу в имении Саммерленд открытой. Думаю, она искренне верила, что вернется победительницей.
В конце концов, Олвен отошла дальше от нас и поляны. Она работала быстро, сжигая останки Детей в пепел один за другим.
Нева, казалось, приняла какое-то решение и, слегка кивнув самой себе, наклонилась, чтобы забрать Экскалибур. Меч пульсировал силой в её руке. Неподалеку другие осколки засветились в ответ, позволяя ей найти их.
Глаза Кайтрионы встретились с моими, ища ответ.
— Она потомок первой Леди Озера, — сказала я. — Первой жрицы Авалона. Магия меча работает только для её рода.
— Экскалибур подвел не потому, что счел меня недостойной? — спросила Кайтриона. Боль в её словах уколола меня.
— Нет, — резко сказала я. — То, что тупой огненный меч работает именно так, не значит, что все они такие.
Мы наблюдали, как Нева, наконец, наклонилась и собрала разбитые куски Экскалибура, заворачивая их в свое пальто для сохранности.
— Нева, — тихо позвала Кайтриона; её ноги уже несли её к чародейке. Услышав свое имя, Нева отложила останки меча и преодолела оставшееся расстояние между ними. Мгновение Нева и Кайтриона стояли там, на расстоянии вдоха друг от друга, ничего не говоря.
Олвен взяла меня под руку, прижимаясь ближе для тепла, пока мы наблюдали.
Более высокая девушка опустила глаза, словно боясь того, что может найти в выражении лица Невы. Чародейка взяла её за запястья, притягивая ближе к своей груди. Только тогда, когда её руки были прижаты к сердцу Невы, Кайтриона подняла взгляд.
— Ты в порядке, — мягко сказала Нева. — Я так за тебя волновалась.
— Я в порядке, — ответила Кайтриона.
Нева посмотрела на неё умоляюще.
— Кейт, где ты была?
Кайтриона судорожно выдохнула.
— Прости. Я никогда не должна была уходить.
— Да, не должна была, — колко согласилась Нева.
Выражение лица Кайтрионы стало страдальческим.
— Я была напугана. Не только тем, что случилось с тобой, но и тем, чем я становилась. Я хотела защитить тебя, но всё это время я знала, что именно я причиняю тебе больше всего боли. Те вещи, что я тебе наговорила… я могла бы умереть от стыда.
— Но теперь ты понимаешь, да? — спросила Нева. — Выбор, который сделали Моргана и остальные в поисках мести.
Кайтриона тяжело сглотнула и кивнула.
— Сможешь ли ты… — снова неуверенно начала она. — Сможешь ли ты когда-нибудь найти в своем сердце прощение для меня?
— О, Кейт, — сказала Нева, её лицо сияло от счастья. — Простить тебя? Как я могу не простить?
Взгляд Кайтрионы взметнулся вверх, снова встречаясь с взглядом Невы.
— Вот в чем дело, в этой действительно неудобной, сбивающей с толку, чудесной вещи, — сказала Нева. — Я люблю тебя и не хочу быть вдали от тебя. Не только потому, что ты благородная и красивая, и так много других замечательных вещей, но потому что ты делаешь меня смелой, и ты заставляешь меня хотеть быть сильнее, чтобы я могла сражаться рядом с тобой.
Она продолжала, задыхаясь, не позволяя себе отступить теперь, когда начала.
— Это не любовь сестры, и это больше, чем любовь друга, просто чтобы прояснить. И ты не обязана чувствовать то же самое, никогда, но я хотела, чтобы ты знала.
Одного листика хватило бы, чтобы сбить Кайтриону с ног. Её лицо залилось краской и благоговением.
Нева действительно была самым храбрым человеком, которого я знала: то, как она могла стоять там, открывая себя для любого ответа, который последует. Вручить кому-то свою любовь, не боясь, что её вернут разбитой.
Олвен переводила взгляд с одной на другую, в восторге. Я тоже это чувствовала, но эйфории было недостаточно, чтобы вытеснить острую боль, засевшую в груди. Разум рисовал образы Эмриса в темноте, его медленную улыбку, когда он склонял голову к моей.
Но всё это исчезло, оставив лишь те последние мгновения. Я бы остался.
Я чувствовала его здесь, вокруг нас, каким-то образом я его чувствовала.
— Так что… да, — закончила Нева. — Это то, что я хотела тебе сказать. Это то, что я обещала себе сказать тебе, когда найду. Если мы выживем. Мне бы очень понравилось, если бы ты сказала что-нибудь прямо сейчас, потому что иначе я просто продолжу нервно болтать…
— Ты… — хрипло сказала Кайтриона. Она казалась ошеломленной. Прошло еще мгновение, прежде чем она смогла собраться. — Ты прокралась в мои сны наяву и была хранительницей моего сердца с того момента, как я увидела тебя.
Тревога исчезла с лица Невы, и её улыбка засияла радостью.
— О, ну, если так — ты будешь ужасно против, если я поцелую тебя?
Кайтриона высвободила руки, только чтобы взять лицо Невы в ладони. Когда она наклонилась, мягко касаясь её губ своими, я поняла, что пялюсь, и быстро отвернулась, давая им минуту уединения, а затем заставила Олвен тоже отвернуться.
Минута превратилась в две, затем во множество, и вскоре пальцы на ногах у меня замерзли в ботинках.
— Простите, — сказала я, стуча зубами, — правда ненавижу прерывать. Но не могли бы мы, может быть, продолжить это там, где не так холодно?
Когда они отстранились, Нева издала слегка безумный смешок. Она бросила на Кайтриону взгляд, от которого другая девушка стала пунцовой.
— Продолжение следует.
— Нам пора, — начала Олвен. — Мы можем воспользоваться Жилой. — Она вдруг посмотрела на Кайтриону, склонив голову. — Во всём этом мне и в голову не пришло поинтересоваться, как ты нашла меня там, в том доме.
— Теперь я должна услугу Косторезке, — сказала Кайтриона, слегка поморщившись при воспоминании. — И мне пришлось выщипать почти все ресницы, чтобы заставить Росидд открыть портал туда.
Выдох Олвен мог быть смешком.
— Росидд…? Ты имеешь в виду Трясинную Каргу?
— Болотную, — хором поправили я, Кайтриона и Нева.
— Мы вас догоним, — пообещала я.
Олвен кивнула. Оглянувшись на поляну, она спросила:
— Куда же нам теперь идти?
— В имение Саммерленд? — предложила Нева. — Совет Сестёр сейчас там всё вычищает.
Тошнота поднялась во мне, быстрая и жестокая.
— Не туда.
Нева, как всегда, поняла.
— Назови место, я открою Жилу.
Домой, взмолилось мое сердце. Домой.
Но я больше не знала, где это.
— Косторезка хочет тебя видеть, — сказала мне Кайтриона. Её брови поднялись, когда она посмотрела на Олвен. — И тебя тоже.
Я расслабилась.
— Ладно, — сказала я. — Туда мы и пойдем.
Олвен взяла нас под руки, ведя через дикую чащу леса к пустошам, лежащим за ним. Но каждая из нас оглянулась, бросая последний украдкой взгляд на цветы, что росли среди снега, восставая из смерти, чтобы начать заново.